Читаем без скачивания Лезвия Судьбы - Варди Соларстейн

Скарви смутился.

— Ну, пошел. И что?

— Да то, что пиететы и преклонения перед эльфами ты эти брось. Не сотвори себе кумира. Нет их больше над тобой. Над тобой только твой конунг и чистое небо! И в этом небе больше нет эльфийских драконов. Одного из них, кстати, ты убил сам.

Ты свободен Скарви, и твои люди теперь свободны. Ты больше не должен валятся перед ними в пыли и целовать сапоги.

Скарви разозлился!

— Я никогда так не делал! Не смей так говорить! Пусть ты и конунг, но…

Влад поднял руки.

— Прости меня Скарви, я не хотел тебя обидеть. Ты, конечно, никогда ничего подобного не делал. А вот старосты других деревень, у которых и десятой части нет твоего духа? Уверен, что каждый день облизывали ее сапожки.

Скарви сплюнул со страшной гримасой но кивнул в знак согласия. Других старост он не держал ни во грош.

— Мы не в праве решать за эльфийскую ведьму что ей делать. Она ведь ведьма а не воин. Правильно? Но если ведьма ведет себя как ведьма, как злая ведьма, что с ней сделать надо? Что с ней делают?

Скарви попался в хитрую ловушку.

— Где нет эльфов — там сжигают, а так — бъют камнями до смерти, или топят.

Влад сделал вид, что-то вспомнил.

— Скарви, черт с ней с ведьмой, я вот чего хотел сказать! Остров-то наш падает! Что-то высасывает из сильмарилла магическую энергию. Мы скоро упадем и разобьемся. Все. Насмерть. И никто не расскажет скальдам, что ты убил дракона! Что делать, мудрый Скарви? Кто это мог быть из магов?

— Клянусь Одином!! — взревел на весь остров Скарви, мысль его отработала в нужную сторону быстрее молнии, — Это сделала эта грязная эльфийская шлюха! Ах, ведьма! Я сейчас раскрою ей голову! — заорал он потрясая выхваченным мечом. Он выхватил его настолько быстро, что Влад не успел даже вздрогнуть.

— Постой, меткий Скарви! Не убивай сразу ведьму. Всунь ей кляп, чтоб не могла колдовать! А потом мы ее осудим.

Когда Скарви убежал, Влад трясущейся рукой достал флягу и выпил хорошими глотками сто грамм разбавленного спирта. За время разговора, он чуть пару раз не пристрелил вредного и упертого старосту, который с маниакальным упорством раз за разом все старался послать его на верную смерть. Сначала история с лешим, затем кладбище, теперь, вот зачетная схватка с эльфийской ведьмой. Только опыт общения с руководителями питерского подполья, которое спало и видело, как разменять своих пешек-исполнителей на сомнительные операции, и результат деятельности которых больше походил на поддавки чем на игру в шахматы, позволил перенаправить деструктивного старосту в другое русло.

Он пошел искать Наталью. Ответ на ее вопрос он уже знал. Они оба знали ответ на вопрос, но сразу старательно его обошли.

Наталья сидела в доме, устремив безумный взгляд сквозь поднос, служивший перископом. Она была где-то далеко в своих мыслях. Перед ней, на другом топчанчике, на козьей белой шкурке лежала горсточка перстней, амулетов и прочих фенечек. Лежал даже свежевырванный рог единорога, стекая каплями крови на пол. К чести парней, поняв проблему, они отдали все что имели, хоть отдалено напоминающее магическое, а отдав, побежали по деревне искать дальше. Мертвым цацки ни к чему. Тем более обидно — потерпеть поражение, не достигнув цели, когда добыта такая победа.

Люди древности были устроены несколько по другому чем мы. Современный нам среднестатистический мужик из деревни, пьянствующий девять дней из десяти, после такого боя, безо всякого сомнения закрысил бы самую симпотную цацку, разумно рассудив, что и без нее телега прокатит. И был бы прав в конечном итоге — своя рубашка ближе к телу, и нет таких ситуаций, за редким исключением, чтоб одна цацка меняла облик земного шара. Напомню, что мы тут ведем речь о цацках, а не о патронах. Про патроны — совсем другой разговор и система ценностей. Но мы отвлеклись. Мы ведем тут речь не о современной спившейся деревне, а мировоззрении людей средневековья.

Так вот, высшим достижением для простого человека того времени было — это быть зафиксированным в памяти потомков, попасть в устные былины. Чтобы скальды от северных морей до восточных гор на пирах конунгов драли до одури глотки, вспоминая имена простых парней, ставшими героями. И это работало.

А кто у нас сейчас герои? Правильно, те кто смотрят на нас из зомбо-ящика с той стороны. Смело скажем, не все они нам симпатичны. Как говорится — всем понравится невозможно. А вспомните теперь хоть одного, хоть одну фамилию воина, заслужившего высшую награду нашей конституционной двухголовой монархии на поле боя за последний год?

Вот! Не можете вспомнить. Разве что погуглить. А в средние века их знали все. Но прошли времена и пришла замена понятий, и теперь наши фетиши это футбольные форварды. Ну, или, на особо извращенный вкус, переевшие сладкое балерины.

Я ни в коем случае не говорю что это плохо или кому-то в упрек. Времена меняются и человек меняется вместе с ними. Прогресс не остановишь. Заботливо взращенное медийное поле не переплюнешь и против него не попрешь.

Просто скальды теперь поют немного не про то.

Вернемся же теперь в кровавый, порабощенный эльфами мир Ванахейма, на летающий остров, который сейчас держит путь из темного прошлого в светлое будущее, и зайдем в единственный дом, оставшийся на этом заваленном обломками летающем кладбище.

— Ну что, мать, не выходит каменный цветок? — сразу, от входа, начал ерничать ново-конунг над своей колдуньей.

Наталья, опомнившись, схватилась за лежащий рог единорога, но тут же, запачкавшись кровью, бросила его обратно.

— Что ты мне тут рогом махаешь? Что, нету реактора? — количество слов-паразитов "что" у Влада явно зашкалило за оптимум за последние пять минут.

— Эх-х-х-х, — только и вздохнула Наташка. Она уже все поняла и смирилась. Но вслух признавать этого не хотела.

Влад ее дожал.

— Нет у тебя реактора! А если и есть, то ты не знаешь, как правильно активировать.

Не хватает у тебя практических знаний. Но ты и я — знаем один универсальный способ. Беда одна — нужна жизненная энергия. И вот поворот судьбы — у нас тут валялась, буквально под ногами, целая куча источников, но ты их всех пустила под молотки! Наталья, я не спрашиваю тебя о том, знакома ли тебе высшая ценность человечества — милосердие, ибо сейчас не в тему, и мы к этому вопросу вернемся обязательно. Но ты мне ответь на другой вопрос — как я за такую транжиру отдам своего Женьку? Ты же его в медовый месяц по миру пустишь, нет в тебе совсем чувства меры! А мера, Наташа, должна быть во всем.

Наталья сидела раскрыв рот. Такого поворота разговора она услышать не ожидала. Она думала услышать упреки за бессмысленную жестокость, а ее стыдили за растрату.

Да еще и намекали при этом на женитьбу. Так мафиозо Аль-Капоне сидел в аналогичном шоке, когда его взяли ФБР и когда основанием к аресту послужило уклонение от налогов, а не многочисленные трупы на дне реки с ногами в тазиках с цементом.

— Значит так, делай что хочешь, оптимизируй как хочешь колдовской свой код, но жертва у тебя будет только одна. — выдал ЦУ капитан летающего кладбища.

— Владислав Юрьевич, — тоненьким, жалобным голосочком заблеяла Наташенька. — Я все сделаю, но я об одном прошу, не рассказывайте Женьке. Пожалуйста!

— Ладно. Договорились. Скажешь — что я тебя заставил это сделать. И не бойся ничего. Вывезет, как на мертвом.

Влад потрепал Наталью по плечу, встал и вышел из дома. Он посмотрел на небо — солнце перевалило зенит и медленно клонилось к горизонту. В чистом небе над островом кружила орлиная тень. По движению, в спину, надувал ветерок. Магические парадоксы воздушных масс, которые, по идее, должны были сейчас сносить с ног против движения, Влада не заботили никак. Он был полностью поглощен своей идеей фикс. С эльфийкой надо было кончать — билось у него в голове.

Допрашивать эту древнюю, но симпатичную дрянь смысла не имело. Наврет еще, а потом думай, переживай. Или, не дай Маниту, скажет такое, после чего ее придется оставить в живых. Одна растрата нервов от лишних знаний.

Так человек, который знает наизусть расписание поездов, седеет раньше, чем тот, который приходит к вокзалу, сторонясь расписаний. Ведь на такого человека не давит шок техногенной цивилизации по поводу опозданий и вечной, вгоняющей в инфаркт, бесполезной спешки. А не тратящий на мелочи нервы банально живет дольше, при всех прочих равных, конечно.

Церемония суда началась через полчаса. Народ разобрал завалы у одной из стен рулевой рубки и чинно уселся в тенечке. Помятую эльфийскую ведьму прислонили напротив, к груде камней, прямо на солнцепеке. Лица мужей были суровы и сосредоточены. Лицо Натальи озаряла подленькая улыбка, она увидела кляп во рту у пленной и поняла, что Влад сейчас будет отрабатывать свой коронный номер — доказательство вины при полном молчании защиты. Но Влад шикнул на Наталью, и та убежала в дом дописывать алгоритм и следить за затухающим сильмариллом. И теперь только ее радостное сопение обманувшего всех подростка доносилось из пробитой дыры в стене.