в телефон, заметила бы его раньше. Получила бы пару секунд на то, чтобы хоть как-то приготовиться – или придумать план бегства. Но вдруг прямо перед ней появились его туфли – коричневые итальянские туфли «Форзиери», которые она сама же подарила ему в прошлом году на Рождество. В ноздри ударил легкий древесный аромат одеколона от «Армани».
Сара инстинктивно застыла. У нее перехватило дыхание. Он засмеялся – знакомым чарующим, грудным смехом. Сара подняла глаза и увидела своего бывшего мужа.
– Давно не виделись, а? – небрежно улыбнулся он.
Что он тут делает? Сара думала, он не то в Индии, не то на Бали, не то еще где-то в своем странствии под девизом «есть, молиться, любить» – а не тут, в Картер-билдинг на Манхэттене, прямо перед ней. Она не видела его с того дня, как он ушел. Она вскочила на ноги, уронив телефон, который с громким стуком ударился о каменный пол. Она торопливо подхватила его и сунула в сумочку.
– Привет… Майк, – прошептала она. Полагается ли ей его обнять? Пожать ему руку? Просто дыши.
Он снова засмеялся, коснулся ее плеча и поцеловал в щеку. Сара вся застыла и отстранилась.
– Что ты тут делаешь? Я думала, ты… в отъезде.
– Ну, я добрался до Индии, оказалось – богом забытое место, так что я решил оттуда поехать в Италию, потому что, ну, ты же понимаешь, Италия. Что может быть лучше. Ну вот, а там я кое с кем познакомился… и мы решили вернуться. Очень сочувствую по поводу твоей мамы. Мы были в Альпах. Чертовски плохой интернет. Я только недавно узнал. Ужасно досадно.
У Сары все сжалось внутри. Она вдруг почувствовала себя невыносимо маленькой.
– Да… спасибо.
Он что, правда сказал, что смерть ее матери – это ужасно досадно?
Около Майка материализовалась неестественно яркая блондинка на несколько дюймов выше него. С великолепной фигурой, в белом платье – обтягивающем во всех нужных местах – и серебристых босоножках на высоченных каблуках.
– Майкл, наш столик готов.
Она произносила его имя как «ми-ки-лиии», с гортанным итальянским акцентом.
– Это Абриэль.
Ее искусственный загар лежал неровно, а поверх него она посыпалась какой-то блестящей пудрой, искрящейся на свету и придающей Абриэль сходство с рождественской ярмаркой – или вампиром среди бела дня.
Сара пожала теплую переливающуюся руку. Покосилась на Фила – тот все еще разговаривал по телефону. Взгляды их встретились. Фил посмотрел на Майка, расширил глаза и резко закончил разговор. Он быстро подошел к Саре и кивнул Майку.
– Фил, старина! – Майк схватил его за руку и крепко пожал. – Чертовски рад, как поживаете?
– Отлично, – ответил Фил ровным голосом. Без тени эмоций.
Майк приподнял брови, явно удивленный тем, что Сара ужинает с Филом.
– Фил помогает мне с… э-э-э… с одним писательским проектом.
– В самом деле? Я тут и сам взялся за книгу. Про свой опыт в Италии. Что это мне дало в смысле лидерских способностей, бизнеса, делового успеха – всего такого, и, знаешь, идет прямо хорошо. Со стороны мне всегда казалось, что книги писать сложно, но теперь я понял – сущие пустяки.
Сара теребила в пальцах сережку. Почему у нее так горят уши?
– Э-э-э… это ты удачно, Майк.
Бывший муж казался ей одновременно и до боли знакомым, и совсем чужим. Голос тот же, а вот брови словно бы потемнели. И что это за маленькая татуировка в виде виноградной лозы у него на шее? Наверняка переводная, не настоящая. Майк начинал умирать от банального пореза бумагой.
Теперь у нее горело уже все тело. По спине потекла струйка пота.
– Я подумал, для бизнеса полезно было бы выпустить книгу тут, да? Может, Фил меня с кем-нибудь познакомит, а, старина?
– Очень сомневаюсь, – произнес Фил.
Майк с преувеличенной веселостью расхохотался и хлопнул Фила по плечу, как будто Фил просто шутил – хотя оба знали, что тот и не думал.
Абриель склонилась на плечо Майку, томно поигрывая кудрями у него на затылке.
– Слушайте, – заявил Майк, – вы просто должны поужинать с нами.
Фил чуть сдвинул брови, посмотрел на Майка ледяным взглядом и покачал головой.
– Сара, нам пора.
Он показал на дверь, Сара неловко попрощалась. Фил взял ее под руку, вывел и проворно запихнул в первое же подъехавшее такси.
Сара сидела на заднем сиденье и никак не могла отдышаться. Голова у нее кружилась. Она слышала, как Фил дает водителю ее адрес. Сара попыталась дышать чуть медленнее. Не хотелось бы зайтись в панической атаке в такси, при Филе. Вот уж не хватало разреветься прямо перед ним. Она со всех сил старалась наскрести пресловутую стальную волю. Но такое потрясение. И так внезапно.
Перед глазами стоял Майк – приветственно улыбающийся, как будто однокурсницу по университету встретил. Шесть лет брака – а он ведет себя точно они старые друзья.
И у него новая девушка. Сногсшибательная искрящаяся блондинка.
– Ты как? – спросил Фил. В голосе его было столько неожиданной и искренней заботы, что Сара больше не смогла сдерживаться. По лицу у нее покатились слезы. Не успев подумать как следует, она обняла Фила и уткнулась головой ему в плечо, сотрясаясь от рыданий. Сперва Фил закоченел, не зная, как реагировать, а потом неловко обнял Сару за плечи. У него никогда не было дочери. Да и в целом он не очень-то знал, как обходиться с чужими эмоциями, – но сейчас покрепче обнял Сару, ласково пожал ее плечо и не мешал выплакаться, пока сам давал водителю какие-то новые указания.
Некоторое время они ехали молча. Наконец Сара успокоилась, вытерла глаза и нос и выглянула в окно.
– Куда мы едем?
– В другой ресторан.
– Куда?
– Увидишь.
Через тридцать минут они проехали по мосту в Квинс.
Сара посмотрела на Фила.
– Квинс?
– Положись на меня.
Такси остановилось перед кирпичным зданием в заброшенном с виду районе. Ярко-зеленая вывеска гласила: «СК Объединенных шахтеров „Рудар“».
Сара сощурила опухшие глаза.
– Что это за место?
– Футбольный клуб. И мой любимый ресторан.
– Футбольный клуб?
– Тут внизу ресторан с дивной хорватской кухней.
Сара была переполнена скептицизмом, но и любопытством тоже.
Они вошли в бар с неожиданно приветливой и праздничной атмосферой. Кряжистые старики потягивали пиво из огромных кружек и разговаривали на языке, которого Сара никогда в жизни не слышала. Одни играли в карты, другие смотрели футбол на многочисленных экранах. Фил помахал кому-то из них на ходу и повел Сару вниз.
По контрасту с баром в ресторане оказалось очень тихо и уютно. Не более дюжины столиков с накрахмаленными белыми скатертями. На стенах – большие фотографии хорватских пейзажей с причудливыми
