Читаем без скачивания Пепел сгорающих душ - Ален Лекс

Одолженная одежда оказалась слишком просторной: сводные сестры Викаимы пошли в мать. Грубая, во многих местах штопаная ткань слегка царапала привыкшую к шелку кожу: служители Храма должны были выглядеть наилучшим образом. Но почему-то эта деревенская одежда была такой уютной…

Викаима приканчивала третью порцию, когда в избу ввалилась целая толпа разновозрастных детей, за которыми спешили старавшиеся держать лицо взрослые. Кто-то все-таки заметил снижающегося аагира.

Они замерли у порога, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь начать разговор. Виданое ли дело – служительница Храма!

– А как там, в столице? – нервно облизнув губы, выпалил взъерошенный мальчишка, самый смелый из всех. – Говорят, трава и вовсе не растет, одни камни да камни кругом.

Послушница улыбнулась, вспоминая ровные дороги, выложенные полированной брусчаткой и раскрашенные яркими красками дома. Окна, оплетенные цветущими вьюнками, тщательно подстриженные невысокие деревья во дворах зажиточных горожан. И Храм, гордо возносящий к небу свои зеркальные шпили.

– Там красиво.

– А твой рисунок – он жжется? – встрял в разговор второй мальчишка, пожирая жадными глазами ее руку. – Я вижу, он горит весь! Больно, да?

– Нет, совсем нет. Это просто знак богини.

– А можно, можно потрогать? Ну чуть-чуть? – И, не дожидаясь разрешения, он ткнул в белую ветвь и опасливо отскочил в сторону, изучая палец на предмет кошмарных повреждений. Викаима не сдержалась и хихикнула. Убедившись, что метка не кусается, ее рукой тут же завладел еще один подросток, чуть ли не носом уткнувшись в контур остролиста.

– А император? Какой он? Ты его видела? У него и вправду в глазах светится солнце? И куда глянет, там сразу пожар?

– Император… – Девушка едва заметно нахмурилась. Это воспоминание горчило. Слова ловца все еще звучали в ее ушах, заставляя болезненно сжиматься сердце. «Император продал мне твою душу, светлая…» Викаима до сих пор не знала, правда ли это. Но Маэр имел право так поступить, и имел право не ставить послушницу в известность. Ради блага империи, ради жизней людей, ее населяющих. Душа Викаимы – маленькая искра посреди огромного океана. Оправданная жертва… – Император мудрый человек.

– Ну да, да, мудрый… А выглядит как?

Девушка вздохнула. Вряд ли ей поверят, что Маэр ничем не отличается от обычного подростка, а нос у него усыпан веснушками. Она и сама не верила в это, пока не столкнулась с ним лицом к лицу.

– Как подобает Сыну Света.

– А ловцы? Они страшные, да? Я слышал, у них глаз нет, а оттудова черви торчат!

Викаиму слегка передернуло от подобной картины.

– Нет, глаза у них обычные. То есть почти обычные. – В памяти всплыл худой профиль с развевающимися на ветру длинными белыми волосами. – У всех, кроме одного. Его глаза алые, будто свежая кровь, а сам он светлый, как лунь. Одиннадцатый ловец, самый сильный из всех.

– Ух ты! – мальчишка восхищенно выдохнул. – Совсем как демон, да? Болтают, они злющие, похуже бешеной собаки!

Послушница уставилась в пустую тарелку. Отвечать не хотелось.

Одиннадцатый постоянно кричал на нее, попрекая в нерасторопности и глупости. Был груб и резок, не обращал внимания на ее раны. Заставил открывать для него проход в горах, напугав до полусмерти.

Но ведь ловец не хотел убивать Викаиму, и лишь по ее просьбе начал проводить ритуал. Так и не смог нанести последний удар, а руки у него дрожали.

А красные глаза… Если подумать, не такие уж они и страшные. И ничуть не похожи на злобное пламя, вырывающееся из глазниц демонов.

Жив ли он еще?

– Я не знаю… – нерешительно прошептала девушка.

– А правду говорят, что они через зеркала могут забрать душу? Ты смелая, раз видела их! Я бы не смог!

– Эй, хватит уже про ловцов! – вмешался в разговор кто-то из взрослых. – Что радости слушать про зверства да убийства? Вот бы про аагиров! Дед болтал, что в желудке у каждого скрыт самоцветный камень и мешок золотых монет, и если ты понравишься ему, аагир может чем-нибудь и поделиться.

– Нет, лучше расскажи про Храм!

– А на что похожа Богиня Света?

– Все, все, довольно! – прервала нескончаемый поток вопросов Ири. – Не видите, притомилась она с дороги? Брысь отседова! Вот передохнет, так приходите трещать! А то понабежали тут…

От сытной еды и тепла девушку разморило и она лишь сонно мигала, выслушивая смущенные извинения крестьян. Как их Ири выгнала за порог, Викаима уже не заметила, погрузившись в дрему. В полусне почувствовала, как ее укутывают одеялом, а под голову подталкивают подушку. Впервые за долгое время девушке снилось что-то спокойное. Не хотелось ни просыпаться, ни улетать. Отсюда столица казалась чем-то невыразимо странным и далеким.

ГЛАВА 17

– И долго ты намерен еще изображать героя? – Хрустальный перезвон был едва различим. Пульсирующая в висках кровь отдавалась тяжелыми ударами молота, мешая сосредоточиться на чем-либо. – Что же ты молчишь? Неужели заснул?

Зашевелились кости хеллана, мертвой петлей удерживавшие лодыжки жертвы у свода пещеры. Пытка длилась долго, слишком долго. Ловец потерял счет времени. Ног он почти не чувствовал. Голова раскалывалась от запредельной боли, Хеану казалось, что она вот-вот лопнет, как перезрелый плод.

– Еще немного, и глаза вытекут, не выдержав давления. Ты необратимо ослепнешь. И к тому же это будет крайне несимпатично…

Ослепнет? Ловец думал, что это уже произошло: вокруг плескалась непроглядная тьма.

– Какая разница? – с хрипом вырвалось изо рта. – Ты же все равно убьешь меня…

– А если нет? – обладатель хрустального голоса помедлил и приказал в сторону: – Опустить!

Хватка на лодыжках ослабла, роняя обессиленное тело вниз – в предусмотрительно подставленные лапы второго хеллана. На голову обрушился поток ледяной воды, смешанной с нерастаявшим снегом, прогоняя темноту перед глазами.

Скованные толстым слоем льда стены огромной пещеры отвесно уходили вверх, к маячившему высоко над головой каменному своду, где мерцающей грудой костей замер крылатый хеллан, надежно вцепившись когтями в мерзлые камни. Рядом с ним, густо запорошенные изморозью, в странных позах изогнулись статуи двух аагиров. Если бы не абсолютная неподвижность, ловец решил бы, что они живые – с такой тщательностью были выполнены изваяния.

Кое- где сквозь лед из стен выступали странные каменные обломки, напоминавшие покореженные обломки колоннады. Пол пещеры покрывала белая пыль, не намокавшая в воде. При малейшем движении она взмывала мелкой взвесью в воздух, стремясь забить нос и рот. Вот и сейчас, едва Хеан успел стряхнуть с себя остатки мокрого снега, как снова почувствовал неприятное першение в горле.

– Н-ну? – Склонившееся над ним наполовину изуродованное юное лицо казалось маской, страшной в своей безмятежности. – Как насчет сделки, о мой неожиданный гость? Хотя ты можешь не спешить с ответом. Я никуда не тороплюсь, а беседа с тобой доставляет мне неподдельное наслаждение, – краешек рта изогнулся в полуулыбке.

– Чего ты добиваешься? – Хеан бессознательно отер капавшую из носа кровь.

– Развлекаюсь. Видишь ли, в последнее время здесь немного скучновато. Соседи совсем перестали нас навещать. А иногда так хочется посидеть, поговорить…

– Я не буду тебе ничего рассказывать.

– Трагично, – черные пальцы небрежным жестом взъерошили перья шальры. Ловца окатило волной чужой боли. – Ты не находишь, что мог бы проявить и чуть больше уважения к своему создателю?

– Я не демон. И не подчиняюсь тебе, Киренх.

– Не совсем демон, – поправил подросток, с откровенным любопытством изучая белую птицу. – Как твое истинное имя, Ловец? То, что дала тебе Бездна?

– У меня только одно имя.

– Мгм… Хорошо, продолжим нашу разминку, – он махнул рукой застывшим в небольшом отдалении костяным ящерам. Шальра дернулась, как от удара.

– Скажи… Ты не выдержишь… – скользнула в сознании усталая мысль. – Ты мог надеяться выстоять против помощника бога, но не против него самого…

Костяные лапы вцепились в окровавленные ноги, вызвав ледяную судорогу. Чужие воспоминания, подернутые паутиной времени, мелькнули перед глазами.

– Анарешш. Третий круг, – послушно повторил он.

Неповрежденная бровь Киренха изумленно надломилась.

– Всего-то? А гонору, гонору…

– Сколько есть, – тяжело выдохнул Ловец. Чужая память захлестывала, топя под собой человеческую сущность.

– О чем говорить, я даже не помню тебя.

– Крайне удивительно! – не удержался от сарказма Хеан. – Нас было почти пять сотен.

– И осталось бы столько же, если бы не предательство… – безразлично добавил Киренх. – Вместо того, чтобы предупредить меня об изменении планов Герлены, вы предпочли перейти на ее сторону. Тебе нравится подчиняться ей, демон третьего круга? Ты получил то, ради чего поставил на кон свою жизнь?