Читаем без скачивания Пепел сгорающих душ - Ален Лекс

Спустя пару поворотов пол резко пошел вверх, заставляя ловца снова и снова пробовать на прочность трофейный нож, чтобы удержаться на скользком склоне.

Проход вывел его еще в одну пещеру, погруженную в полумрак. Здесь тоже потолок украшали статуи аагиров, а вдоль стен в мерзлой породе были выбиты неровные ниши. Хеан шагнул ближе и испытал желание протереть глаза. На каждой из ниш мягко светились тоненькие кристаллы, рассортированные кучками по несколько штук.

– Проклятье… – он коснулся пальцами одного из кристаллов, ощутив привычный всплеск силы глубоко внутри. – Да здесь же столько душ, сколько мне не удалось собрать и за всю жизнь…

– Ты преувеличиваешь. Подозреваю, что их будет достаточно, чтобы прорвать Барьер, но недостаточно, чтобы аннулировать сделку с Киренхом. К тому же тебе придется потратить часть сил, чтобы покинуть эту пещеру. Прямого выхода на поверхность здесь все-таки нет, это тупик.

– Посмотрим, – нервно выдохнул Хеан, бережно касаясь то одного, то другого кристалла, и все не решаясь раздавить хотя бы один. – Это похоже на сон…

– На кошмар? – съязвила шальра. – Довольно облизываться. Не думаю, что подобное хранилище оставлено без присмотра. Активируй кристаллы и уходим отсюда.

Они пели, когда ловец разбивал их темницу, вырывая из временного заточения. Тонко и надрывно, громко и негодующе, насмешливо и зло… Многоголосый хор чужих душ, погибающих последней смертью. Призрачные эмоции наполнили сердце, чтобы почти сразу же исчезнуть, превращаясь в спрессованную волну силы.

Мерзлые камни качнулись, растекаясь жидким киселем. С пола взметнулся рой ледяных обломков, широкой спиралью окутывая ловца. Миг – и спираль рванулась вниз, взрывая казавшиеся монолитными камни. А впереди уже звенело кружево, сквозь прорехи в котором можно было разглядеть осенний лес.

ГЛАВА 18

Демоны неслышными тенями просочились сквозь каменную толщу стен, заставив напряженно ожидавшую Шаарель вздрогнуть. Руна «хель», вплетенная в колючий многоугольник, свидетельствовала об их принадлежности к личной страже Реххаса.

– Властитель желает тебя видеть, – бесстрастно произнес один из визитеров.

Шаарель недоуменно нахмурилась. Она просила об аудиенции несколько часов назад, но почему ответ доставили воины, а не слуги?

– Поторопись. – Демон демонстративно положил лапу на рукоять оттягивавшего пояс длинного клинка.

Ей не оставалось иного выбора, кроме как послушно встать и последовать за ними. Руны стражники чертили сами, пробивая горы кратчайшим из возможных путей. Втолкнув Шаарель в просторную залу, они поспешили ретироваться, оставив ее наедине с восседавшим в дальнем конце Реххасом.

В воздухе пахло кровью. По гладким плиткам пола, перечеркивая узорную зеленую вязь, разливались алые потеки. Чем ближе к трону, тем больше становилось этих пятен, пока они полностью не скрыли под собой остальные цвета.

– Ближе, – холодным ветром пронесся по залу приказ Властителя.

Шаарель осторожно шагнула вперед. Хлюпающая под лапами кровь делала пол слишком скользким, а этикет не допускал размахивания руками для поддержания равновесия.

– Еще ближе… Я желаю кое-что показать тебе, недостойная.

Огни расставленных вдоль стен светильников отражались в его начищенной до зеркального блеска кольчуге и слепили глаза. Шаарель не сразу заметила, что руки Реххаса от кончиков когтей до предплечий тоже покрыты алыми пятнами.

– В слепоте своей я был настолько милостив, что дал тебе шанс искупить ошибки рода. Но ты проявила недостаточно тщания…

– Я как раз хотела сказать вам… – торопливо начала она, стараясь унять нервную дрожь в голосе.

– Молчать! – резким шипением оборвал ее Властитель. – Тебе не давали права голоса!

– Но… я… – Шаарель сглотнула. – Я же просила об аудиенции…

– Я сказал, молчать! Дрянь… – он стремительно поднялся с трона, делая шаг навстречу. Украшавшая череп диадема на миг шевельнулась, словно свернувшаяся кольцом змея. Тонкий узор подернулся слоем черной изморози. – Можно подумать, от тебя требовали чего-то запредельного! Но нет, даже эту работу ты не пожелала сделать. Ты придумывала отговорку за отговоркой, лишь бы не выполнять приказ. Полагаю, тебя обрадует моя новость. Тебе больше не придется шевелить жалкими зачатками своего мозга. Завтра на тебя наденут кольцо подчинения.

Шаарель с трудом заставила себя остаться на месте.

– За что? Я же…

– Мое терпение закончилось, – сухо проронил Реххас. – Оставлять тебе свободу было очевидной ошибкой. Равно как и рассчитывать, что беспокойство за судьбу рода заставит тебя беспрекословно слушаться. Мне следовало приставить к пленнику из внешнего мира кого-нибудь еще. Менее наивного. Того, кого он не сумел бы обхитрить и использовать для побега.

– Я не ожидала… Я не думала, что он… – слова оправдания вязли на языке.

– Разумеется, ты же слишком глупа! Мне стоило подвергнуть тебя пыткам и публично казнить, но ты пока еще можешь принести пользу. В отличие от других женщин твоего рода.

– Что? – сердце ударилось о ребра и заколотилось часто-часто.

Реххас небрежно взмахнул рукой, отряхивая с когтей свежую кровь.

– Ты не выполнила договора. Всех остальных я уничтожил.

Россыпь мелких капель коснулась луж на полу, породив едва заметные круги. Шаарель рухнула на колени, расплескивая алую жидкость.

– Нет… – беспомощно прошептала она. – Вы же обещали… Вы же давали слово!

Светильники продолжали свой безразличный танец, яркими огоньками поблескивая на мокрых плитках.

– Я никогда не говорил, что буду ждать вечно. Поиски пленника ничего не дали. Вероятно, его загрыз один из спятивших хелланов. Следовательно, ты потеряла свой последний шанс. Или ты собиралась самолично прорвать Барьер и привести ко мне еще пару-тройку ловцов? – в узких расщелинах глаз полыхнули ядовитые искры.

Шаарель не достало сил ответить. Пальцы невольно коснулись живота. Если бы он сразу согласился принять ее! Если бы она успела на несколько часов раньше! Кровь на полу еще сохраняла тепло… Но теперь все это бессмысленно. Полностью и совершенно бессмысленно. Ее охватило странное оцепенение, словно все вокруг было не более чем сном.

– Вы должны были убить меня, не их… – медленно прошептала демоница.

– Ты вознамерилась мне указывать? – когтистые пальцы схватили ее за подбородок, рывком поднимая с полу. – Я все равно уничтожил бы твой род, рано или поздно. Предателям не место рядом со мной.

– Мы были верны Киренху…

– Киренх мертв! – в бешенстве прорычал Властитель. – Мертв и уже никогда не восстанет из пепла! Или ты не видишь вот это? – он ткнул пальцем в закрепленный на диадеме пирит. Черная руна шевелилась, перебирая тонкими паучьими лапами.

– Киренх бог. Он бессмертен.

Реххас отшвырнул ее в сторону, сшибая расставленные у стены светильники. Тлеющие угли с шипением утонули в кровавых лужах. Над полом пополз серый дым.

– Я убил его! И никто – слышишь? – никто не вправе больше упоминать его имя! – Злая ругань искаженным эхом многократно отразилась под сводами залы. – Если бы ты не была так ценна, я бы давным-давно прикончил тебя, как и всех прочих! Но эта мутация… Очень редкая мутация… – Длинные когти снова вонзились ей в лицо, оставляя глубокий порез в том месте, где антрацитовая чешуя сходила на нет, обнажая тонкий слой кожи. – Если мои предположения верны, твой организм способен породить существо, для которого воздух за Барьером будет просто воздухом. Я превзойду Киренха! Я создам то, что не удалось ему! Новых, сильных демонов, которые поработят мир живых и останутся пировать на его развалинах! Я выведу мой народ из заточения в этом ядовитом склепе и позволю ему наконец достигнуть тех высот, что были предназначены! А когда Герлена на коленях приползет умолять меня о милости, я заставлю ее испытать боль куда сильнее той, на которую она обрекла Киренха… – бушующий огонь рвался из его глаз.

– Вы безумны, – безразлично прошептала Шаарель. – Я слабейшая из рода. А если мутация усилится…

– Молчать! – Когти вспороли щеку, вырвав тонкий лоскут. – Молчать… Меня не интересует твое мнение. И если надеешься разозлить меня и призвать смерть, то ты еще глупее, чем я полагал. Ты послужишь для исполнения моего плана, даже если сама того не желаешь. И убью я тебя не раньше, чем получу с десяток опытных образцов! Когда меня удовлетворит их качество и ты уже не будешь мне нужна, я вспорю твои внутренности и повешу под окнами церемониального зала на всеобщее обозрение. Эта казнь будет долгой и мучительной, как ничья другая. Ты успеешь многократно пожалеть, что посмела возражать своему властелину!

Шаарель не ответила. Кровь медленно стекала с раненой щеки, легкими брызгами долетая до луж на полированных плитках.