труд становится намного легче, и мы это ценим, – он ласково обнял девочку.
– Таланты здесь очень важны, – добавила Кирсти, – но семьям не по карману отправлять их в школы, как это принято в Нове.
Мне больно было думать о том, что, хотя я из простецов, моя жизнь намного лучше любого из Талантов в других странах, кроме Новы. Может быть, если я расскажу про девочку Ренелу или хотя бы Зейну, они смогут помочь…
Кирсти моментально всё поняла по моему лицу:
– Ты не сможешь «спасти» всех Талантливых детей, которых встретишь. К тому же она нужна здесь, в деревне.
Я закусила губу.
Ужин закончился, и нас с Кирсти, Анитой и Арджуном провели в гостиную – просторную открытую веранду. На полу были разбросаны яркие удобные подушки, а потолок украшали гирлянды. Вид был сказочный. Я с удовольствием устроилась на подушках, а Арджун зажёг ароматическую лампу, и вскоре от неё поплыл тёплый, успокаивающий дымок.
Анита села напротив меня и сурово нахмурилась.
– Ну всё, Сэм, выкладывай. Откуда вдруг у тебя в друзьях оказался Зейн Астер? Когда это вы, ребята, успели так подружиться?
И правда, в этой суете я так ничего и не успела рассказать Аните, и невольно покраснела. Я постаралась придать себе небрежный вид.
– Он сам заскочил в лавку пару дней назад. Сказал, что ему не нравится то, как со мной обошлась его команда.
– Ого, как мило с его стороны, – Анита удивлённо подняла брови.
– Ага, настоящий милашка, – Арджун закатил глаза. – Спорим, он просто искал предлог пошарить в лавке Кеми на случай, если подосланные ими воры что-то пропустили.
Его сарказм причинил мне неожиданно острую боль. Я возмутилась:
– ЗА нас не грабили. Дедушка считает, что это Эмилия Тот хотела помешать нам найти рецепт.
– Папа рассказал, как она заявилась во Дворец, – Анита зябко передёрнула плечами. – Жуткое дело. Хотя вряд ли она так уж опасна. Она, почитай, всю жизнь проторчала в изгнании?
– Ага, и видок у неё такой, будто она купается в запретных зельях, а не просто балуется с ними. – Я вспомнила длинные пряди безжизненных серых волос, отливающую свинцом кожу и хищно загнутые ногти. Меня передёрнуло при мысли о том, что кто-то способен добровольно отдаться такому ужасу. – Я не думаю, что кто-то её недооценивает. Она ни за что не откажется от такой возможности. Если с принцессой что-то случится, она становится наследницей трона. Погром в лавке – это наверняка её рук дело. А что, если бы ей удалось выкрасть и жемчуг?
– Зачем ей вообще сдалась эта Охота? – Анита машинально обхватила себя за плечи.
– Скорее всего, она хочет сделать так, чтобы никто не нашёл способ исцеления, – заметил Арджун.
– И тогда понятно, зачем она стала алхимиком, – кивнула я. – Дикая Охота автоматически даёт доступ во Дворец, независимо от изгнания. Да, это непростой путь, но пока риск оправдывается.
– Хватит уже про Эмилию, – решил Арджун. – Пока мы остаёмся вне зоны внимания, пусть ставит палки в колёса другим командам, которые считает угрозой.
– Но она уже успела напасть на Кеми, – возразила Кирсти. – Нам следует быть начеку. Держите глаза и уши открытыми.
– Давай пройдёмся по профилю Зейна – вдруг найдём какие-то зацепки? – Анита подмигнула мне и открыла свой ноут.
– У тебя есть связь?
– А то как же, – рассмеялась Анита. – Здесь может не быть горячей воды в туалете, но чтобы пропал сигнал? Ни за что!
Я наклонилась через её плечо и набрала свои логин и пароль, но, когда мы вышли на Зейна, его профиль в «Связном» оказался закрытым для меня. Он удалил меня из друзей. И это напрягало.
– Ох, ладно, – сказала я. – На самом деле не так уж и хотелось копаться в #ТалантыПроблемы. – Я захлопнула крышку и глубоко вздохнула. – В общем, ребята, по-моему, у меня появилась теория. – На меня тут же обратились три пары внимательных глаз. – Конечно, это может быть полной чушью, но… я много думала о морском жемчуге и элювианском плюще. Они оба обладают качествами, которые можно назвать способностью «строить» любовь, как из кирпичей. Жемчуг – красота. Плющ – верность. И теперь вот розовый жасмин – страсть. Мы добиваемся самого мощного эффекта, какой и должен быть у запретного зелья, верно? Так что мне кажется, что следующим должен быть волос снежного человека.
– То есть одиночество? – удивился Арджун. – Но каким боком он сюда входит?
– Ну… – я почувствовала, что краснею, – я не могу быть уверенной, поскольку сама пока не влюблялась, но…
– Нет, ты права! – перебила меня Кирсти и шумно выдохнула. – Йети, он же снежный человек, как пингвин, создаёт пару на всю жизнь. Мало того, он и партнёром выбирает кого-то одного. Он может без конца таскаться по горам и не обращать внимания на других соплеменников, пока не найдёт настоящую любовь. И платой за такой поиск становится одиночество. Это превосходный кирпич в нашу постройку. И никто не смог бы так быстро свести вместе такие ингредиенты, кроме тебя, Сэм. Это вдохновляет.
– Значит, как только получим жасмин, отправляемся искать плющ, а потом сразу уходим в горы, – Анита увлечённо подалась вперёд.
– Да, – кивнула Кирсти, – и с плющом будет непросто. Это каверзная штука, если не сказать больше, – она так мрачно посмотрела на меня, что я поёжилась. – Нам лучше разделиться, чтобы одновременно искать разные ингредиенты, и ускориться. Я правильно полагаю, что ни один из них не завалялся в каком-нибудь углу у твоего деда?
– Я напишу родителям, чтобы проверили, – ответила я без особого энтузиазма.
Однако стоило мне войти в почту, и на меня обрушилась лавина посланий от других Ищеек, поставщиков и перекупщиков, рвавшихся продать ингредиенты по фантастически завышенным ценам. Я видела десятки вариантов жемчуга Афродиты – один дороже другого, и кто даст гарантию, что он настоящий?
– Кому-то нужен золотой жасмин за двести тысяч крон?
– Ты шутишь? – возмутился Арджун.
– Нет, смотри сам…
– Торговцы наверняка разнюхали что-то про следующий ингредиент. А что насчёт элювианского плюща, никто не предлагает его по космической цене? – поинтересовалась Кирсти.
Я быстро пролистала предложения, но ничего не увидела.
– Хорошо, по крайней мере, есть надежда, что мы пока впереди.
– Или мы ошибаемся, – возразила я. Я подняла голову и принюхалась: приятный аромат благовоний вдруг превратился в нечто отвратительное. – Никто не сидит слишком близко к лампе? Как будто что-то горит.
Все машинально отодвинулись от огня, но всё было в порядке. Я подняла взгляд: на фоне темнеющего небосвода стояла колонна густого дыма.
– Пожар, – вырвалось у меня.
Все обернулись в ту сторону, и в следующую секунду
