Я глубоко вздохнула.
— Мне нужно некоторое время пожить в безопасном месте.
Он покачал головой.
— Лус, как ты могла сомневаться, в этом? Мой дом в твоем распоряжении.
Он отступил так, чтобы я могла зайти внутрь, я с благодарностью сделала шаг вперед.
— Спасибо, Джуд. Я ценю это.
Он приподнял бровь.
— Просьба номер два?
— Я … мм …
Я колебалась. По пути к его дому, я все обдумала и проговорила сама с собой. Но теперь, когда он стоял передо мной, настолько высокий и с таким взглядом, я просто не могла произнести свою просьбу вслух.
— Лус? — нежно прошептал он.
Я вздохнула и провела рукой по волосам.
— Ты не возражаешь, если я приму душ прежде, чем мы поговорим? У меня была долгая ночь, бегая под луной и воя. Это требует много сил.
Его глаза вспыхнули с волнением.
— Так что, ты смогла измениться? Ты изменилась?
— Я смогла, я сделала это.
Я попробовала улыбнуться. Я все еще чувствовала эхо радости, от моей первой, и надеюсь последней, охоты со стаей. Стоит только представить, что эта радость мне стоила. Раскрытие моего истинного «Я» стоило мне кучу новых проблем. Но я же не могла об это рассказать Джуду. Вместо этого я попросила его о том, что бы принять душ.
Он посмотрел на меня проникающим взглядом.
— Пойдем, покажу.
Он повел меня к гостевой комнате, для невампиров. По крайней мере, мне так показалось, ведь там были окна, которые выглядывали на хорошо ухоженную лужайку.
— Ванная там, — сказал он, жестикулируя в сторону двери в спальне, — полотенце и банные принадлежности в льняном чулане.
— Спасибо.
Я подошла к двери, когда Джуд окликнул меня.
— Тебе нужно, что-нибудь, что можно будет одеть позже?
Он посмотрел на мою потрепанную одежду, которая была в земле и масле, от того, что я толкала машину через лес.
Я подняла бровь.
— У тебя есть, что-то моего размера?
Он засмеялся.
— Едва. Но, ты могла бы одеть одну из моих рубашек. Они достаточно длинные.
Учитывая, как высок он был, то я думаю, что действительно так. На нем была темно-красная футболка, которая выглядела мягкой и приятной на ощупь, и, вероятно, пахла так же, как и он теплым и пряным ароматом. Сразу вспомнила, то, как его руки меня обнимают, то, как рядом с ним мне спокойно и безопасно, главное перестают мучить воспоминания. Эти чувства сразу вернулись, и это было действительно хорошо.
— В действительности, — сказала я, когда он меня остановил, — это не имеет значения.
— Что? — мягко спросил Джуд.
— Я… — я смотрела вниз на свои руки, — это может прозвучать смешено, но, я могла бы одеть то, что сейчас на тебе?
Без слов он снял футболку и протянул мне.
— Спасибо, — прошептала я, прижимая ее к груди. Его голый торс был соблазнителен, но сейчас я была слишком расстроена, чтобы возбудиться. События сегодняшней ночи начали опять догонять меня, и мне лучше быть одной, когда они меня настигнут.
— Пожалуйста, — сказал Джуд, — я буду ждать в кабинете, когда ты закончишь. Ты найдешь дорогу назад?
Я кивнула.
— Хорошо.
Тогда он развернулся и оставил меня в компании моих забот и опасений.
Пытаясь, вытолкнуть мысли из головы я поплелась в гостевую ванную комнату Джуда. Оказалось, она такая же, как и моя гостиная, но лучше обставлена, с мраморными стенами, импортным кафелем и блестящим краном, казалось, будто Джуд весь день сидел и полировал их. Свалив грязную одежду в кучу, я залезла в большую душевую кабинку и включила на полную мощность горячую воду.
И тогда я была уверена, что шум воды заглушит мои рыдания. Я рыдала по моему несчастному прошлому и сомнительному будущему. О том, что со мной случилось, что могло со мной случиться, что должно было случиться, буду ли я когда-нибудь свободной. Но больше всего я плакала о том, что после сегодняшнего вечера я больше никогда не увижу Джуда. Я не выдержу этого.
Через некоторое время мои рыдания прекратились, икая, я поняла, что скоро рассвет. Если я хочу покончить сегодня со всем, то надо поторопиться. Я вышла из-под душа и насухо вытерлась полотенцем из египетского хлопка, которое было больше, чем мое одеяло дома. Потом закрутила влажные волосы в свободный узел на затылке и надела футболку Джуда.
Она пахла, как и его кожа, так же, как я и рассчитывала, и это действовало на меня успокаивающе. У меня не было никаких трусиков, чтобы их одеть, так как я не подумала взять чистые, но это не имело значения, футболка доходила мне до середины бедра. Если бы, был пояс, можно было бы сделать короткое платье.
Я отправилась в кабинет, где Джуд сидел на кушетке, смотря на огонь. Он не потрудился надеть другую рубашку, таким образом, мраморные мышцы его груди и острые линии лица поочередно кутались в красно-золотом жаре камина и покрывались мерцающими тенями.
Я стояла и долго любовалась им не в состоянии оторвать своих глаз и сесть возле него. Учитывая, что именно я хотела сказать, лучше будет устроиться на противоположном конце кушетки.
Если Джуд был поражен тем расстоянием, которое я оставила между нами, то он не показал этого. Вместо этого он повернулся ко мне.
— Расскажи мне, — сказал он, и я знала, о чем он. Фактически, углубление в прошлое и рассказ о нем вслух было самое трудное из всех вещей, которые я делала.
Хорошо, что хоть он начал.
Я глубоко вздохнула.
— Когда, мне было тринадцать, и я должна была сделать свое первое превращение, наш вожак стаи — Армения Гарден Эстейт — праздновали его новую должность. Это случается каждые пятнадцать-двадцать лет, вожак добровольно уходит со своего поста или остается и борется с другими претендентами за пост. Вожак стаи — не только управляет стаей, но и всеми семействами. Он может уничтожить или повысить статус любой семьи, так что есть много желающих полизать ему задницу или сделать его счастливым.
Ладно, зачем я хожу вокруг да около, надо перейти к сути.
Так или иначе, церемония становления вожаком — это важное событие, и часть этого, — я прочистила горло, — часть этого события лишение девственности, но это должен быть новый волк, тот, кто никогда не изменялся перед ночью церемонии, — я посмотрела вниз на свои руки, — было несколько девочек, которые подходили на данную роль, но единственные родители, которые сами предлагали своего ребенка были моими, то есть предлагали меня.
Я посмотрела на него.
Лицо Джуд походило на камень.
— Это варварство.
Я засмеялась, но это был не счастливый смех.
— И это говорит вампир.
Он покачал головой.
— Есть разница между наказанием и убийством врагов и изнасилованием невинных детей. Прости, что я говорю, то, что думаю, но это пережитки прошлого.
