— Я это учту, мистер Хейл. Во время поездок в город я испытывала то же самое.
— Вы всех постояльцев встречаете лично?
— Только тех, кто меня заинтересовал. — С щелчком она заперла калитку. — Вы первый, кому флот заказал номер да еще заплатил вперед.
— Это еще самое малое, учитывая…
Опустив обрез, она всмотрелась в него внимательнее.
— Учитывая?..
— Мой послужной список.
Плечи его поникли, он действительно устал.
— После отпуска снова на службу? — спросила она.
Не будет возвращения после отставки с позором — сколь бы несправедливым ни был вердикт. Она разыгрывает неведение из вежливости или неловкости. Впрочем, она, похоже, не из тех, кому бывает неловко.
Он пожал плечами.
Мадам Джоунс первой пошла по гравиевой дорожке через сад с пышными кустами и зелеными лужайками. Поливалки разбрасывали сверкающие струи, в овальном пруду поблескивали толстые золотые рыбки. Джон шел мимо клумб ярко-красной герани, иногда на них встречался глиняный гном в космическом скафандре. Дорожка вела к двухэтажному особняку в колониальном стиле с белыми стенами и черепичной крышей. Окна затеняли тенты в красную и белую полоску. Справа от дорожки, за шпалерой, Джон различил темно-бордовый «порше» на охраняемой стоянке. Эту машину он видел впервые, но без труда предположил, что она пропиталась «Шанель шарм» и в плеере есть хотя бы один файл с записью Луи Армстронга. Он крупную сумму рискнул бы на это поставить.
Они поднялись в тень веранды. Повесив шляпу на столбик, мадам Джоунс прошла в вестибюль и, втиснувшись за стойку портье, убрала с глаз долой обрез.
— Ужин в шесть. Меню в номере. Если у вас есть особые пожелания, позвоните на кухню. Завтрак в семь… так… еще кое-какие формальности, и покажу вам номер. — Повернувшись к экрану, она загрузила страничку регистрации. — Все в полном порядке, мистер Хейл. Как долго вы у нас пробудете?
— Вот вы мне это и скажете.
— Флот оплатил две недели. Собираетесь уехать раньше?
— Понятия не имею.
Она тряхнула платиновыми локонами.
— Родственники? — Мадам Джоунс поглядела через толстенные очки, словно опасалась ответа.
— У меня нет ничего ценного, чтобы завещать.
Джон обвел глазами красновато-коричневые гардины и гравюры марсианских ландшафтов в рамках. Одну стену целиком занимал экран, где в замедленной съемке разгорался марсианский рассвет.
— Миссис Чехова… Сэди… уже приехала? — спросил он. — Мы условились здесь встретиться.
— Да. Хотите, чтобы я известила ее о вашем прибытии?
— Нет необходимости.
Разумеется, Сэди приехала первой. Она ведь всегда была на шаг впереди. Когда-то он находил это милым, пока она не сделала один лишний шаг — из его жизни.
Закрыв страничку регистрации, мадам Джоунс смерила его взглядом с головы до ног, словно пересматривая первые впечатления.
— Я покажу вам номер.
* * *
Джон медленно опустился на мягкую кровать. Он был измотан, но знал, что заснуть будет непросто. С самого прибытия спасателей он не спал по-человечески. Слишком много мыслей, слишком много картин и звуков, от которых он просыпался в поту, хватая ртом воздух.
Он уставился на светильник над головой, из которого лились и абрикосовый свет, и органная музыка Баха.
Сниженная гравитация была подстроена под стандарты Марса — и весьма эффективно. Закрыв глаза, он вообразил себе, что снова в порту Маринерис, опять готовит судно и экипаж сопровождать бригаду документалистов на плато Причудливых форм, в удивительный регион Призрачных гор у Северного полюса, где ветер высек извилистые туннели и звенящие башни.
Скачок гравитации застал его врасплох. Кровать вдавилась в спину — словно его засасывало в матрас, — но флуктации закончились так же быстро, как и начались. Его тело перышком легло на набивное покрывало. Странное ощущение. Он даже не думал, что на курортах такое случается, а ведь он бывал на них столько раз, что и не сосчитать.
Он беспокойно подождал, не повторится ли скачок снова, но нет, тяготение не изменилось.
На ум ему пришла Сэди. Зачем она захотела встретиться? Какие новости, кроме плохих? Или, может, маятник неуравновешенных эмоций качнулся не туда, и она здесь, чтобы отомстить за пробирников. Пуля Купидона прямо в сердце возлюбленного.
Джон рассматривал светильник. Нет… Сэди не наемный убийца. Да, невротический кошмар, но покажите женщину, которая им не является? Она, возможно, сочувствует подвиду человечества, существам, искусственно выращенным в пробирках и автоклавах, возможно, даже считает их людьми, но никогда не станет ради них убивать.
Гнев свел ему челюсти. Как можно считать человеком тварь без родителей, без братьев или сестер? Это же просто умная машина… иллюзия!
— Отпусти, — прошептал он самому себе. — Ты здесь, чтобы расслабиться, чтобы забыть — хотя бы на время.
Он вздохнул. С самой орбиты ему не было так комфортно. Зажмурившись, он расслабился, усилием воли сбрасывая напряжение. Нет смысла гадать, что нужно Сэди. Он и так скоро узнает.
Три дня прошло с тех пор, как он «отяжелел» — вернулся на Землю в шаттле Редпэпа. Три дня ноющих мыши и неповоротливости, пока его таскали с одного совещания на другое. Три дня вопросов репортеров и назойливости камер, гнева праведных и дифирамбов невежд, пока наконец сопровождающий не послал его сюда.
На курорт, в рай. Хотелось бы никогда его не покидать.
* * *
Сэди была красавицей. Джона злило, что приходится это признать. Она возникла в дверном проеме переполненной столовой, когда он ждал кофе из кофеварки. Одета в кремовую блузку, красновато-коричневый жакет и брюки в тон — этот костюм он купил ей, когда они отдыхали в Рио.
Она направилась к кофеварке, и он подвинулся, поздоровавшись лишь кратким кивком. Она была изящной, высокой женщиной, лишь чуть ниже его самого, и излучала рассчитанное очарование, от которой по спине у него пробежала счастливая дрожь воспоминаний.
Выбрав кофе, она повернулась к нему.
— Я рада, что ты согласился встретиться.
— Зачем сопротивляться? Ты всегда получаешь, что хочешь.
У оперативников внепланетной разведслужбы есть способы добиться своего…
Влажно-алые губки надулись.
Джон отпил кофе.
— «Порше» на стоянке… надо думать, это твой?
— Как хорошо ты меня знаешь…
— Хотелось бы, чтобы это было правдой. — Он обвел взглядом зал. — Пойдем поищем стол.
* * *
— Как все прошло? — спросила Сэди.
— Трудно. — Джон следил за ее глазами, надеясь распознать намерения, выжидая, когда она перейдет к делу. — Не так худо, как я думал. СМИ как будто не могут решить, злодей я или герой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
