— Попался! — Мария схватила кого-то в зарослях и вскрикнула от неожиданности. — Ты? Как ты нас нашел?
Ю выглянула из-за угла со своей стороны и, увидев хулигана, опустила оружие. Перед девушками стоял Крантик и мило улыбался.
— И давно ты за нами наблюдаешь? — поинтересовалась Маша и отпустила воротник рубашки. — Надеюсь, ты не видел, как я купалась?
Друзья вернулись обратно к входу в клуб.
— Ты что, следишь за нами? — спросила Ю.
— Ни за кем я не слежу, — Грант вытер нос рукавом. — Рядом тут сухостой собираю. Свежие-то не пилю, а сушняк весь кончился рядом со станцией. Вдруг слышу громкий скрип на весь лес. Стало интересно, не каждый день такой услышишь. Потом еще раз и еще, и главное — не где-то там, а рядом. Ну я и пришел.
— И не страшно тебе? — Ю поставила оружие на предохранитель и повесила на плечо. — Ах, совсем забыла, ты же не робкого десятка, в одиночку зомби собак привел.
— А дверь-то зачем закрыл? — полюбопытствовала Маша.
— Весело же, — ухмыльнулся паренек. — А что это за дом такой?
— Не дом это, а бывший пионерский лагерь, — ответила Мария. — Только об этом никому пока, понял? Дай слово, что не проболтаешься.
— Я и не собирался, а что в нем такого важного? — удивился мальчик. — Жратвы много?
— Нет.
— Хм... Тогда не понимаю я вас, — парень заглянул внутрь клуба и крикнул: — Бууу!
Ю улыбнулась.
— Вы же позавчера ушли со станции, — обратился Крантик к девушкам. — Здесь ночевали?
— Не твоё дело, где мы были, — сердито ответила Маша.
— А ну, раз не мое дело, тогда вам не обязательно знать, что случилось сегодня на станции.
Мария обняла одной рукой парня за шею, будто сестра брата, и тихонько сказала:
— Ладно тебе, не обижайся. Времена нынче такие. Приходится трепаться как можно меньше. Знаешь, как я люблю болтать? Хлебом не корми. Будь моя воля, я бы с утра до ночи только и делала, что обсуждала кого-нибудь.
— Я ведь дрова заготавливаю, — парень почесал затылок. — Постоянно хожу туда-сюда, из станции в лес и обратно. А днем прихожу, смотрю, два парня с автоматами в зале ожидания. Я весь разговор не понял, но один из них потом встал у двери и пригрозил оружием, а второй всё портрет какой-то девушки рассматривал и сверял с присутствующими молодыми бродяжками.
— Видел девушку на картинке? — спросила Маша.
— Успел взглянуть через плечо, когда он показывал Сереже.
— И? Нашли, кого искали? — Глаза Марии заблестели.
— Неа, пообещали награду за информацию, — Грантик вынул свой топорик и приготовился рубить ветки с когда-то поваленной ветром елки, лежащей рядом с клубом. — Сказали завтра вернуться.
— Вот что, дружок, иди сейчас на станцию, — серьезным голосом добавила Маша. — О том, что нас видел, никому ни слова, понял? Даже Сереже.
— Да понял, не дурак, дурак бы не понял.
Паренек ловко срубил колючие ветки, убрал топор за пояс и, взяв молодую елку под мышку, поволок ее в сторону железной дороги.
Глава 22
— Почему мы не пошли ночевать на станцию? — спросила Ю свою напарницу.
Девушки натаскали веток и затопили печь в столовой. Труба оказалась целой. Дым хоть и пошел сначала в кухню, подружки даже выбежали со слезящимися глазами, но через какое-то время кирпичи прогрелись, и тяга стала отличной.
— Разве не здорово вот так вот посидеть перед огнем в темноте? — ответила Маша, стараясь не смотреть в глаза Ю.
— Что-то не замечала я за тобой особой любви, — Ю принесла из столовой два стула и села на один из них. — На станции к печке не подходила.
— Там много лишних глаз и ушей, — фыркнула Мария.
Девушка нашла на полу кочергу и ржавый железный совочек для выгребания золы.
— Вода кончилась еще днем, — продолжала нагнетать Ю. — До станции с колодцем рукой подать. Даже сейчас, когда стемнело, легко сориентироваться и найти правильное направление. Что происходит, Маш? Может, объяснишь мне? Воду из пруда я пить не буду, кипятить не предлагай.
Мария ничего не ответила, вышла из помещения и через несколько минут вернулась с большой охапкой веток разной толщины. Бросила дрова возле входа и снова ушла.
— И еда у нас закончилась, — пробубнила себе под нос Ю. — А там как-никак можно с общего стола хоть геркулеса на худой конец отварить. Он, правда, от времени начинает горчить, но все равно хоть не на голодный желудок спать.
Через какое-то время Маша вернулась с алюминиевой раскладушкой в руках. Брезент на ней местами спрел и порвался, но в целом на ней вполне можно было спать.
— Ты где ее нашла? — удивилась Ю.
— В том здании, я не знаю, для чего оно, — ответила Мария и разложила лежанку
