– А с чего ты взяла, что он врач?
– Ну… я так подумала. Раз Зинаида была акушеркой…
– Операционной сестрой.
– Все равно! Она работала в роддоме, где умерла Клеопатра, а тайна исчезновения Марго связана с родами ее матери. Значит, наш гном тоже каким-то боком причастен. А кто чаще всего встречается в больнице? Правильно, врачи.
– Там еще пациенты есть.
– Думаешь, гном – пациент? – удивилась Леся.
– Скоро мы узнаем, кто он такой! – воинственно заявила Кира.
Подруги уже миновали многочисленные ряды железных коробок и сейчас подходили к будке у шлагбаума, где мирно дремал охранник. Средних лет мужчина, он не оказался гадом. И охотно поверил в придуманную подругами историю о том, что они хотели бы приобрести себе гараж. И даже присмотрели, какой именно.
– Номер 236. На нем объявление висит, что он продается.
Охранник энергично закивал.
– Да-да, Никита Сергеевич у нас тот еще жучила! Только я вам, девушки, у него покупать не советую.
– А что? Плохой гараж?
– Гараж у него как раз отличный. Только что с него толку? Сносят ведь нас. Этот год только спокойно и доживем. А в следующем году мы в плане на снос.
– Ах, какой обманщик! – воскликнула Кира, делая вид, что крайне шокирована этим известием. – Это что же, он хотел с нас десять тысяч долларов получить за просто так?
– Сколько? – крякнул охранник. – Ну, Никита Сергеевич дает!
– А вы его хорошо знаете?
Охранник снова закивал и приоткрыл дверь своей будки.
– Заходите. Чего на морозе торчать? А у меня тепло. Поговорим.
Подруги охотно вошли. В будке и в самом деле было тепло. Добрый сторож дал им горячего чаю с конфетами.
– Берите-берите. Мне вечно суют разные презенты. А то водочки… Не хотите ли? Я при исполнении и не могу пить. А вам по рюмочке бы не повредило. Вон синие все от холода.
Одетые лишь в легкие курточки (зачем им длинные пальто или шубы, если они целый день либо проводят в офисе, либо передвигаются по городу на машине?), подруги действительно здорово замерзли, выплясывая перед гаражом гнома и уговаривая того открыть им дверь.
И вот теперь они пили горячий душистый чай, оттаивая и телом, и душой. Охранник им попался разговорчивый. К тому же среди дня в обреченных на снос гаражах народу почти не было, и охраннику было скучно, так что он явно обрадовался возможности поболтать и немного отвлечься от своей службы.
– Никита Сергеевич тот еще жук! Квартиру свою сдал. Дом за городом у него имеется – тоже сдал. Машину по доверенности продал, а сам в гараж перебрался и тут живет теперь.
– Да что вы? Прямо так и живет?
– Ага! А чего? Гараж у него теплый. Он там и стены обшил, и подпол себе сделал. И электричество провел. Ничего не скажу, хозяйственный мужик. Вот только скупой просто до ужаса. И вредный. Вас вот опять же обмануть хотел.
– А кто он такой?
– В смысле?
– Ну, чем занимается?
– Ничем. На пенсии он.
– Это сейчас. А раньше?
– Раньше водителем был. На «Скорой помощи» работал. Только сдается мне, что врет он.
– Почему?
– На «Скорой» работая, денег на хоромы не наживешь. А у этого типа и дом за городом каменный, он мне показывал. И квартирка трехкомнатная. Между прочим, в кооперативном доме купленная. А в те годы это недешевое удовольствие было. И деньги у него всегда в кубышке имелись. И до сих пор он их под проценты разным людям дает.
– Под проценты? Так он ростовщичеством занимается? Это ведь опасно!
– А он хитрый! Знает, кому дать, а кому нет. Ну, и расписки должным образом оформляет. У нотариуса и все прочее, как полагается.
Подруги слушали и запоминали. Значит, Никита Сергеевич Горшков. Имя и отчество звучные, а вот фамилия подкачала. Но ничего, женщины Горшкова и с такой фамилией любили. Взять, к примеру, Зинаиду Владимировну. Сама уже давно на пенсии, а все не выбросила из головы идею стать мадам Горшковой. И ведь что интересно… Согласна жить с Горшковым в его гараже! Такое сильное чувство ценить надо. И женщину – тоже, а не гнать ее от себя. Дурак он, этот Горшков! Как есть дурак!
Охранник продолжал рассказывать, а подруги делали выводы. Как финансист гном был удачлив и дальновиден. А вот с личной жизнью у мужика никак не клеилось. Жены у него менялись одна за другой. Несмотря на почти карликовый рост и прочие отвратительные внешние данные, женщины к Никите Сергеевичу клеились только так.
И все же нормальной семьи у гнома не получилось. Возможно, виной была его крайняя скупость – зарплаты он у своих жен отбирал, а им выдавал на карманные расходы лишь какую-то жалкую мелочь. А может, женщины просто разочаровывались в таком муже и уходили к другим мужчинам, которые, может быть, и не умели зарабатывать хороших денег, но испытывали к своим женщинам более горячие чувства. Так или иначе, а на старости лет гном остался один. И, сдав все свое имущество в аренду, сам перебрался жить в гараж.
– Говорит, что пока он тут живет, гараж снести не посмеют. Все-таки живой человек внутри. Другие у нас уже смирились с тем, что гаражи придется отдать. Но Никита Сергеевич у нас не таков. Его тут все знают. Он за свое добро до последнего зубами цепляться станет. Ишь, что удумал! Вам гараж свой решил продать! Не получится!
– А вы бы могли с нами к нему сходить?
– Зачем?
– Ну, скажете, чтобы он дурака не валял.
– А-а-а… Это я могу! А чего вы сами-то не хотите?
– А вдруг он разозлится?
– Это он может, – хмыкнул охранник. – Никита Сергеевич у нас человек вспыльчивый и грубый. Почти как его тезка. Тот ботинком стучал. А этот сапогом по физиономии может заехать.
– Вот и сходите с нами! Пожалуйста! Вас он не посмеет прогнать или накричать!
Охранник закрыл ключом свою будку. Осмотрелся. Потом кивнул подругам.
– Только быстро! Надолго пост не могу оставить. Шлагбаум, конечно, штука хорошая. Машину через него не укатят. Но ведь такие умельцы встречаются, им гараж вскрыть и машину до костей раздеть – это раз плюнуть.
И охранник торопливо зашагал рядом с подругами. Вот и гараж Никиты Сергеевича. Уже издалека подругам показалось, что там что-то неладно. Да и охранник нахмурился.
– Не пойму я, мороз на улице, а Никита дверь открытой настежь оставил! Что он, с ума сошел? Выстудить помещение хочет?
Подойдя еще ближе, подруги убедились, что их дурные предчувствия не зря. На снежном покрывале было полно следов. Узнавались сразу следы самих подруг. Вон Лесины ботиночки, а вот Кирины сапожки. Но были и еще чьи-то. Мужские следы размера сорок пятого, не меньше.
– Гости у нашего Никиты Сергеевича, что ли, – удивился охранник. – Чего же их только не слыхать?
Истина выяснилась, когда охранник и подруги окончательно подошли к гаражу.
– Мать моя женщина! – ахнул охранник. – Это что же такое делается?
Подруги тоже заглянули в гараж и вскрикнули от ужаса. Посредине гаража, оборудованного под жилую комнату, лежал его хозяин – Никита Сергеевич Горшков. Руки карлика были широко раскинуты, словно он и после смерти охранял свое добро. А лицо искажено уродливой гримасой. Карлик был мертв. На его шее была туго затянута петля.
– Тросом удавили! – едва слышно пробормотал охранник. – Тут же у него на стеночке трос висел. Ох, нехорошо мне что-то. Девки, за что же вы его так?
– Обалдел, дядя?! – возмутилась Леся. – Как бы мы с ним справились!
– Верно, верно, – смущенно забормотал охранник. – Сам не соображаю, что говорю! Никита Сергеевич у нас даром что ростом не удался – руки у него были, что клещи. Вы бы с ним и не справились.
– Да и зачем?
– Верно, верно. Гараж-то он вам еще не продал. Только собирался на обман пойти.
И снова посмотрев на убитого, охранник простонал:
– Ох, мертвый он, что ли?
– Да уж не живой.
– Может, дышит еще? Девки, посмотрите, что ли?
Подруги переглянулись. Ну и мужики пошли!
А еще хвастался, что он солдат старой закалки. Но так как охранник очень уж бледнел и охал, то подруги шагнули в гараж, чтобы пощупать пульс у гнома. И стоило им это сделать, как дверь позади них тяжело ухнула и закрылась.
– Эй! В чем дело? – кинулись к двери подруги.
– Вы вот что, девки… Посидите там, пока я ментов вызову, – отозвался коварный дядька, подпирая дверь снаружи ломиком, которым владелец гаража скалывал наледь с порога. – Пусть они разбираются, кто вы такие и откуда. А мне недосуг!
– Мы не убивали Никиту Сергеевича!
– А мое дело маленькое, – отозвался охранник равнодушно. – Обнаружил непорядок, принял меры, а сейчас ответственных лиц вызову.
И ушел. Вот гад! Подруги стучали в дверь и стены, рыдали, умоляли не оставлять их тут одних. Все было бесполезно. Охранник ушел. А владельцы соседних гаражей тоже словно вымерли. Никто не пришел подругам на помощь. И девушкам, чтобы не охрипнуть от криков, пришлось умолкнуть.
