Делает шаг внутрь, но дальше не идет. Его рубашка расстегнута на шее, галстук ослаблен, под глазами темные круги.
— Все в порядке?
Он хмыкает.
— Алекс и Джордан хотят, чтобы мы привели Хейван на ужин.
— Когда?
— В четверг. — Он проводит рукой по волосам.
Я сажусь и поджимаю под себя ноги.
— И поэтому ты задержался у входа в комнату?
Обе его руки в карманах, и он, кажется, смотрит куда угодно, только не прямо на меня.
— Не был уверен, что ты захочешь меня видеть.
— И почему же?
— У тебя куча гребаных вопросов.
— Ты избегаешь моих гребаных вопросов.
Хейс вдыхает так глубоко, что вся его грудь вздымается и опускается.
— Вчера вечером...
Я жду, подняв брови.
— Мне не следовало говорить то, что я сказал.
— В этом мы согласны.
Его темный взгляд наконец-то встречается с моим.
— Я в этом не силен.
Я предполагаю, что он имеет в виду извинения.
— А раньше у тебя получалось. Помнишь, когда я получила четыре с плюсом за тест по физике, а ты сделал замечание, что я не такая умная, как мне казалось? Ты пошутил, но я расплакалась. Помнишь?
Он хмыкает и кивает.
— Ты взял рупор директора, встал на стол в кафетерии и сказал всей школе, что я самая умная девушка в Нью-Йорке, а ты — самый везучий засранец в мире, раз стал моим.
Уголок его рта дергается.
— Это было потрясающее извинение.
— Я получил за это неделю наказания.
— А помнишь, как я испекла тебе печенье? Ты сказал, что съел их все, хотя на самом деле я видела, как ты их выбрасывал.
— Они были несъедобными.
— Это неважно. Ты солгал.
— Я не хотел ранить твои чувства.
— Ты упал на колени на парковке и обхватил меня за ноги, извиняясь и клянясь, что с тех пор будешь есть все, что я приготовлю, даже если это убьет тебя. — Я усмехаюсь при воспоминании.
— И я это сделал.
— Так и было, — мягко говорю я.
— И сломал зуб о те кексы, которые ты приготовила...
Подушка, которую я бросаю ему в голову, заставляет его замолчать.
— Ты сломал зуб на хоккейной тренировке!
Он пожимает плечами.
— Да, ну... возможно, я соврал об этом.
— О, боже, Хейс! Это из-за кексов?
— Я обещал тебе, что съем все, что ты приготовишь, а не то, что больше никогда не буду врать.
— О чем еще ты солгал?
Его выражение лица падает.
— Теперь это имеет значение?
— Нет, думаю, нет. Но я все равно хочу знать.
Он чешет челюсть и снова опускает взгляд в пол.
— В таком случае... помнишь, ты поручила мне присмотреть за сэром Реджинальдом Б. Финсом, когда уехала в лагерь на неделю?
Я не слышала этого имени уже много лет. Хейс выиграл для меня эту золотую рыбку во время нашего второго свидания на Кони-Айленде.
— Да, я любила эту рыбку.
— Он умер. Я заменил его до твоего возвращения.
— И я не заметила?
Он качает головой.
— Я принес его в зоомагазин, чтобы убедиться, что нашел такого же, как он.
— Ты убили сэра Реджинальда?
Хейс опускает взгляд.
— Он был всего лишь рыбкой, не думаю, что у них репутация долгожителей, Несс.
Я скрещиваю руки на груди, чувствуя себя немного уязвимой, услышав, как легко он манипулировал мной.
— Что еще?
Он вздрагивает.
— Хейс, о, боже, что?
— Ничего такого... — Он ловит подушку, которую я с силой бросаю ему на голову. — Это глупо. Почему мы вообще говорим о...
— Хейс!
Он прижимает подушку к груди, и я думаю, не чувствует ли тот необходимость защищаться.
— Тот раз, когда ты поняла, что ходила на уроки с юбкой, случайно заправленной в колготки?
Я ахаю и прикрываю рот рукой.
— Ты сказал, что никто не видел мою задницу, — шепчу я, прикрываясь руками.
Он вдыхает сквозь зубы.
— Кто видел мою задницу, Хейс?
Он крепче сжимает подушку.
— Тебе нужны имена?
— О, боже! — Я падаю на матрас лицом вперед.
— Я не мог сказать тебе правду. Ты бы больше никогда не показалась в школе.
— Все видели мою задницу! На мне были стринги!
— Да, я знаю, — говорит он с юмором в голосе.
Я швыряю в него еще одну подушку, и на этот раз она пролетает мимо него.
— Я предупредил всех, что если кто-то, и я имею в виду любой, будет дразнить тебя или даст понять, что видел твою задницу, то сделаю их жизнь настолько несчастной, что они предпочтут домашнее обучение.
Я смотрю на него из своего положения лицом вниз на кровати.
— Ты это сделал?
Отблеск сочувствия смягчает его черты.
— Конечно, сделал.
— Никто никогда ничего не говорил.
— Видишь? — Он бросает подушку в изножье кровати. — Это сработало.
Прикусываю губу, думая о том, как нелепо, должно быть, выглядела, переходя из класса в класс с выставленной на показ задницей. Я поверила ему, когда он сказал, что никто ничего не видел, потому что никто даже не посмотрел на меня с весельем в глазах и ничего не сказал.
— Спасибо.
— Не всякая ложь плохая.
Я хмурюсь, не совсем понимая, что чувствую по этому поводу, но сейчас не могу спорить.
Он делает пару нерешительных шагов ближе.
— Насчет ужина с Алексом и Джордан, если ты не хочешь идти, я пойму.
— Хейван очень понравилось знакомиться с твоей семьей... — Я хмурюсь. — Ее семьей. Но вы двое можете пойти без меня. Не понимаю, зачем мне там быть. Это только все усложнит.
Хейс опускает взгляд в пол и кивает. Между нами повисает тишина, и я задаюсь вопросом, хочет ли он сказать что-нибудь еще. Уже собираюсь спросить его об этом, когда Хейс, наконец, заговаривает.
— Спокойной ночи, Несс.
Он выскальзывает из комнаты, прежде чем я успеваю ответить.
ГЛАВА 15
Ванесса
Вот уже три дня Хейс уходит до шести утра и возвращается домой поздно. Я выработала определенный распорядок дня, который помогает мне не скучать. После долгой прогулки и душа я сажусь за ноутбук, чтобы поработать несколько часов, а после обеда открываю контракт на продажу моего приложения. Я решила, что каждый день буду читать как можно больше и выделять то, что мне непонятно и требует разъяснений.
Сегодня у меня чуть глаза не вытекли от всего этого юридического жаргона. Интересно, они специально делают эти контракты запутанными, чтобы заставить людей подписаться на большее, чем они хотят? Почему бы не сформулировать все это простым языком? Мы покупаем ваше приложение за сто тысяч долларов, и это значит, что мы можем делать с ним все, что захотим. Как при продаже автомобиля. Подпишите здесь.
Я выделила почти каждый абзац, и у меня накопилось две страницы вопросов. Часть меня хочет подписать контракт и получить деньги, но другая часть сомневается, стоит ли вообще все это затевать. Я зарабатываю достаточно денег, чтобы содержать себя и Хейван за счет рекламы в приложении. Кроме того, нужно учитывать конфиденциальный характер приложения. Могу ли я доверять корпорации, которая делает то же самое, что и я, чтобы пользователи чувствовали себя в безопасности?
Тэг звонит мне в полдень, чтобы узнать, как дела, и дать контактную информацию юриста, которого очень рекомендуют фермеры из Маниту-Спрингс.
Хейван заходит на кухню в час дня в пижаме.
— Поздно легла? — Она много времени проводит с Дэвидом, и хотя я знаю, что та не выходила за пределы своего комендантского часа, также знаю, что, придя домой, Хейван сидит в своем телефоне до Бог знает какого времени.
Она наливает себе стакан апельсинового сока.
— Допоздна переписывалась с Лией и Мэг.
— Обязательно уточни даты с Хейсом, хорошо? Это его дом, и мы должны это уважать.
Она поднимает глаза к потолку, а затем шаркает ногами по направлению к своей комнате.
— Хейс сказал тебе о сегодняшнем ужине? — кричу я.
Я слышу, как закрывается дверь спальни, и несколько секунд спустя на мой телефон приходит новое сообщение от Хейван.
