— Я полагаю, — заметил разведчик, — надо вначале разобраться с тем, что не вызывает споров. Жемчуг, золото, драгоценности — все, что сосчитано и оценено, следует разделить сейчас же.
Он посмотрел на мрачное лицо Айолы, и девушка нехотя кивнула головой. Ратаг, стоявший за ее креслом, судорожно сжимал пальцы на рукояти сабли; похоже, он был настроен весьма решительно. Блейд видел, что у многих руки тянутся к оружию. Это был нехороший признак, еще немного, и конклав пиратских главарей перейдет в ожесточенную резню. Среди этого сборища Аталир выглядел самым спокойным. Казалось, капитан «Коршуна» разделял желание Блейда покончить дело миром.
— Я согласен с Черным, — поглаживая усы, заявил он. — Мы все знаем цену жемчуга и золота, так что с их дележом не возникнет проблем. Я предлагаю поручить это дело помощникам, и пусть их возглавит Коверг. Он — человек опытный и справедливый.
Похоже, никто не возражал, так что Коверг, оглядев собрание, поднялся и подступил к сундукам. Добра было много, но хозяин «Чайки» действительно обладал немалым опытом: под его руководством помощники капитанов проворно разобрали награбленное на двадцать примерно равных частей. Потом были вызваны носильщики, и сокровища герцогов Кархайма начали перекочевывать на ховестарские галионы. Через пару часов суета, связанная с перетаскиванием тюков, мешков и сундуков, улеглась; теперь стол был пуст — если не считать хрустального бокала да чаш с отличным вином из герцогских подвалов.
Когда вынесли последний мешок, набитый так, что он едва не расползался по швам, в комнате воцарилась напряженная тишина. Джентльмены удачи молча смотрели на таинственную драгоценность, возлежащую в своей прозрачной темнице, на это неделимое сокровище, магический символ власти и благоденствия, и в их глазах разгорался алчный блеск. Блейд понял, что пора принимать решительные меры. Он перевел взгляд на Аталира и поинтересовался:
— Скажи-ка, славный капитан, что ты будешь делать с этой штукой, если она достанется тебе? Продашь?
— Продать свое счастье? Никогда!
— Хм-м… резонно! Ну, так что же?
— Что? — ховестар слегка опешил. — Она приносит удачу… победу в сражениях…
— И ты вставишь это чудо в рукоять своего ятагана? Или прицепишь к бушприту корабля? Будешь носить в кошельке? Проглотишь? — Блейд насмешливо прищурился, глядя, как Аталир неуверенно покачивает головой. Маги, до той поры с профессиональной отрешенностью исследовавшие содержимое своих кубков, внезапно оживились. Одни чуть подались вперед, другие, откинувшись в креслах, приняли вид важный и многозначительный. Колдовская братия явно старалась показать, что вопрос о применении волшебного перла должен решаться специалистами.
— А ты, Коверг? Ты, Тоот? И все остальные? — Блейд поочередно оглядел капитанов. — Что вы собираетесь делать с зеленой жемчужиной? Полоскать в вине? Или нюхать на ночь? — он продолжал выдвигать самые абсурдные предположения, стараясь переключить ход мыслей своих соратников с проблемы дележа на более практические вопросы. Прежде чем делить, надо разобраться, что, собственно, они делят, и постепенно эта идея дошла до самых тупоголовых и упрямых.
— Может, мы будем носить ее по очереди? — неуверенно предложил капитан «Цапли»; казалось, он воспринял всерьез каждое слово Блейда.
— Невозможно, — отрезал один из магов, пухлый молодец со светлыми курчавыми волосиками, похожий на ангелочка. Тон его, однако, был далек от ангельского — чувствовалось, что этот парень не любит возражений. — Только безраздельное владение магическим предметом дарует хозяину удачу.
— Это почему же, драгоценный мой собрат? — прозвучал скрипучий голос Эота. — Во-первых, совсем не обязательно владеть жемчужиной; достаточно находиться рядом, чтобы ощутить ее благотворное влияние. Во-вторых, о какой удаче ты толкуешь? Всем известно, — Эот покосился на своих коллег по ремеслу, — что магический жемчуг дарует бессмертие.
— Вот как? — Еще один колдун решил высказаться по затронутому вопросу. — Значит, мы все будем жить вечно, раз таращимся на нее полдня?
— Эта проблема, — глубокомысленно ответствовал маг с «Коршуна», — требует отдельного обсуждения.
— Так давайте обсудим ее, любезные маги, — покивал головой Аталир. — Для того мы вас сюда и пригласили.
— И с утра накачиваем вином, — добавил Коверг.
Черная Сестра бросила взгляд на Онбола, и тот немедленно поднялся с кресла, стараясь выглядеть внушительнее; впечатление, правда, смазывалось его худобой и слегка трясущимися руками.
— Любой недоучка знает, что указанный предмет, — он величественно повел рукой в сторону драгоценности, бросив ядовитый взгляд на Эота, — надо всегда носить с собой, а где именно — неважно. И он не дарует бессмертия, как надеются невежды… Это — талисман власти!
— Ты назвал меня невеждой? Ты?! Старый ходячий скелет, ублюдок, рыбья кость… — Эот угрожающе стиснул кулаки и привстал с места.
— Тихо, почтеннейший! — Айола, вытащив метательный нож, воткнула его в стол. — Каждый выскажется в свой черед. Ты кончил, Онбол?
Тощий маг кивнул и потянулся к вину.
— Кто станет возражать, что удача приносит и власть, и долгую жизнь? — безапелляционно заявил пухлый ангелочек. — Онбол и Эот — выжившие из ума старики, которые не видят дальше собственного носа! Любой, кому доступны азы магической науки, сразу вспомнил бы, о чем говорится в Книге Святых Тайн… — он набрал в грудь воздуха, явно собираясь разразиться длинной цитатой.
— Не стоит поучать старших, юнец! — длиннобородый маг с седыми волосами грохнул по столу пустой кружкой. — Мы все знаем, что написано в Книге! Прах и пепел! В начале там сказано одно, в середине — другое, а в конце — третье! И сами демоны моря не разберут, где истина!
Ангелок свирепо уставился на старика, но возражать не посмел — кулаки у длиннобородого, несмотря на возраст, внушали почтение.
— Однако Эот утверждает нелепые вещи, — вступил в дискуссию очередной маг, крепкий еще мужчина с огромными зубами. — Жемчуг может потерять всякую силу, подвергаясь воздействию со стороны. Каждую жемчужину Ринвел продавал конкретному человеку, и, я думаю, недаром.
— Я же говорю, что этот недоумок с «Коршуна»… — начал кучерявый молодец, почувствовав поддержку, однако не успел завершить мысль. Внезапно толстяк Эот, видимо, решив, что в открытом споре ему не устоять, нырнул под стол, и через секунду комната огласилась пронзительным визгом ангелочка — Эот вцепился зубами в ляжку оппонента.
Все на миг оцепенели. Потом Онбол с неожиданным проворством выпростал одну за другой свои длинные ноги из-под стола и ринулся добивать пострадавшего. Подлетев к креслу ангелочка, старый маг вцепился в его пышную шевелюру, заодно пнув ногой Эота. Тот опрокинулся на спину и, пробормотав замысловатое ругательство, изо всех сил лягнул Онбола. Тощий маг рухнул прямо на зубастого, добавившего ему по ребрам. Остальные почтенные колдуны, повскакав с мест, с усердием ринулись в битву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
