Собрав волосы в блестящий замысловато переплетенный пучок, Моника закрепила его на макушке двумя длинными заколками черного дерева. Заколки, как и два браслета, которые она надела на левое запястье, были усеяны радужно переливающимися кусочками морских раковин. Следом из рюкзака перекочевали на ноги блестящие черные туфельки. Наконец, Моника взяла аметистовую ткань и обернула ее вокруг себя наподобие индийского сари.
Последние четыре фута лучистой материи накинула на голову, отчего аметистовый цвет глаз стал еще ярче.
— Моника! Ты здесь? Открой! Мне надо принять душ, а в другой ванной Сандра.
От неожиданности Моника вздрогнула. Сердце бешено забилось. Этого не может быть он, еще слишком рано, подумала она.
Бросив взгляд на окно, она поняла, что день клонится к вечеру. Направилась к двери, но замерла, едва рука коснулась задвижки. Моника не была готова встретиться со Стивом лицом к лицу и при этом ослепительно ему улыбнуться. Вообще не была уверена, что когда-нибудь хватит на это храбрости.
— Моника! Я знаю, что ты там. Открой, черт возьми!
Но, прежде чем она собралась что-нибудь сказать, по дому разнесся знакомый вопль Роджера:
— Босс Дик? Йо, босс Дик! Вы в доме? Блейн говорит, что одноглазая выдергивает стежки из швов. Будете дока звать, или сами заштопаете эту старую чертовку?
Ответ Стива убедил Монику в правоте Роджера: хозяин был в таком настроении, что мог бы вогнать в краску всех чертей в аду. Она слышала, как, громко бухая сапогами, он направился к выходу. И только когда звуки проклятий окончательно затихли, осторожно выглянула за дверь. Никого не заметив, поспешно вышла из спальни.
В гостиной Моника чуть не налетела на высокую стройную женщину с волосами цвета корицы, осанкой манекенщицы и с очень дорогим бриллиантовым браслетом на руке.
— Боже мой! — сказала женщина, разглядывая девушку. — С каких это пор Гордон завел гарем?
— Гордон?
— Ну да, Диксон. Гордон Стивен Диксон-третий, владелец этого ранчо и многого другого.
— А-а! Еще одно имя. Чудесно! Насчет гарема, — Моника произнесла это слово так, как это делают на Ближнем Востоке — «харим», — надо спросить его самого в следующий раз, когда он будет вам покупать бриллиантовый браслет…
— Простите?
— Вот ты где, Милда! — На пороге гостиной появилась еще одна женщина. — Я уж думала, ты с этим среброволосым соблазнителем.
Повернувшись, Моника увидела молодую высокую, хорошо сложенную женщину. Безупречная кожа, глаза, как два черных алмаза, красный шелковый комбинезон — сразу видно из Парижа.
— Боже мой! — теперь сказала Моника, бессознательно повторяя восклицание Милды. — У него и вправду гарем?
— У Роджера? — спросила черноглазая красавица. — Боюсь, это так. Но ему простительно. В конце концов, он один, а жаждущих его так много!
— Не у Роджера — у Стива. Босса Дика. Гордона Стивена Диксона-третьего — уточнила Моника.
— Вы забыли добавить — и брата Сандры, — сухо вставила брюнетка.
— Кого?
— Сандры, — улыбаясь, сказала Милда. — Давай познакомимся с этой маленькой гяуркой, пока она не пронзила нас одной из своих изящных шпилек. Кстати, где это вы такие достали?
— В Судане. Но они фабричные, не ручной работы, — рассеянно ответила Моника, не сводя глаз с высокой брюнетки. Рядом с ней и Милдой она чувствовала себя коротеньким заборным колышком, обернутым второсортной дерюгой.
Надо было остаться на Лугу! Здесь я чужая. Я не такая, как эти женщины. Господи, до чего ж они красивы! Вот их место здесь, а мое — нет. Не среди всех этих людей, где каждый знает друг друга, и Стива, то есть Гордона Стивена Диксона-третьего.
— А макияж прямиком из Египта, примерно трехтысячелетней давности. Платье — вариант сари, — продолжала рассматривать Монику Милда. — Туфли турецкие. Глаза вообще не из нашего мира. Похоже, скандинавские, а скорее всего — уэлльские. Фигура прекрасных пропорций, разве что рост маловат. Каблуки бы уладили дело. Почему вы их не любите?
— Милда — бывшая манекенщица, теперь у нее свой дом моды. Она не хочет показаться грубой, — пояснила другая женщина.
— Я? Грубой? — удивилась Милда, приподнимая брови. — Ансамбль необычный, но совершенно сногсшибательный. Разве это грубо, указать, что туфли на каблуках усилили бы эффект? Я бы предложила свои, но их пришлось бы урезать наполовину. Господи! Удавиться можно за такие изящные ножки. А глаза! Вы натуральная платиновая блондинка или хоть чуть-чуть оттеняете?
— Оттеняю? — озадаченно переспросила Моника.
Mилда застонала.
— Ясно, натуральная. Скорее спрячь ее, а то никто из мужчин на меня и не глянет!
Моника так удивилась бесцеремонности высокой красавицы, что не смогла ничего ответить.
— Давайте начнем сначала, — предложила высокая брюнетка. — Я — Сандра Диксон, сестра Стивена. — Она улыбнулась. — А это моя подруга Милда Эванс. Когда она поблизости, другим женщинам рассчитывать на внимание мужчин нечего. Но, к сожалению, боюсь, сегодня вам обеим ничего не светит. Стивен себе уже кого-то нашел, причем ужасно при этом скрытничает. Правда, тут есть другие одинокие мужчины, так что нет причины для тоски.
Из всей этой шутливой болтовни Сандры Моника обратила внимание только на одну фразу: «Стивен себе уже кого-то нашел».
— Она тебе не верит! — поддержала подругу Милда. — Как ты думаешь, у нее есть имя или ее обронила по дороге фея Тинкербел, чтобы выманить аллигатора?
— По-моему, там, в «Питере Пэне», крокодил, — уточнила Сандра.
Милда пожала плечами.
— Кстати, из кожи того и другого получаются замечательные туфли! Слушай, если мы будем вести себя потише, может, она все-таки скажет, как ее зовут?
Моника улыбнулась через силу.
— Мое имя Моника Семс.
— Ага! Чувствуется что-то французское! — торжественно заключила Милда.
Но тут за ее спиной неожиданно возник Роджер. Слегка наклонившись, сказал ей что-то, что могла расслышать только она, и был за это вознагражден огоньками в глазах и протянутой рукой, скользнувшей в его ладонь.
— Приведи ее обратно до рассвета! — приказала Сандра, глядя вслед уходящей парочке.
— Вы имеете в виду какой-то определенный день? — обернувшись, уточнил Роджер.
Сандра рассмеялась и покачала головой. Моника пристально всмотрелась в ее лицо, но не увидела ни ревности, ни удивления.
— Вам все равно? — спросила она.
— Это вы о Роджере с Милдой? — Сандра пожала плечами. — Они совершеннолетние! Я надеялась, что Милда может зацепить Стивена, но теперь на это рассчитывать не приходится, он уже занят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
