![]()
Однажды бобровая хатка спасла жизнь человеку. В 1809 году в районе, где теперь находится Йеллоустонский национальный парк, некоего пришельца преследовали воинственно настроенные индейцы, грозя убить его. Вдруг человек нырнул в пруд и исчез без следа, чем немало удивил аборигенов. Оказывается, через скрытый под водой вход он проник в бобровую хатку, достаточно просторную, чтобы в ней спрятаться. Поскольку пол в хатке расположен выше уровня воды, то спасшийся оставался там до тех пор, пока не убедился, что индейцы, махнув на него рукой, ушли восвояси.
Умные бобры понимают, что в случае наводнения их жилищам грозит затопление. Чтобы предотвратить беду, они сооружают плотины. Известно, какие они мастера валить деревья: своими могучими зубами они за 15 минут сваливают дерево 10 сантиметров в поперечнике, но могут перегрызть и ствол, имеющий полметра в диаметре. Если ствол слишком длинный, чтобы его можно было в целом виде доставить к месту строительства плотины, бобры раскусывают его на части. Материал они сплавляют по воде; иногда с этой целью они даже строят каналы. Но вот материал на месте, и бобры принимаются за укладку бревен слой за слоем, пока сооружение не достигнет требуемой высоты. Чтобы уровень воды возле хатки поддерживался на постоянной отметке, у плотины устраивается еще и водослив.
Бобры — неутомимые труженики: на постройку плотин иной раз идет до 100 тонн материалов. Самая крупная плотина была построена на реке Джефферсон (штат Монтана) и достигала 700 метров в длину. Представьте себе, сколько деревьев пошло на ее сооружение! Крупные плотины — результат труда многих бобров; иногда поколение за поколением поддерживают в рабочем состоянии плотину, сооруженную предками. Обычно бобры работают парами — например, в Канадском национальном парке одна пара бобров свалила 266 деревьев для постройки трех плотин длиной около 15 метров каждая.
Существуют два вида бобров: европейский бобр (Castor fiber) и сходный с ним, но более крупный американский бобр (Castor canadensis), ставший символом Канады. В былые времена бобров в Европе было немало, но они оказались почти повсеместно истребленными из-за мускусной жидкости. В Канаде же их добывали в основном ради шкур: спрос на последние был столь велик, что только в период между 1853 и 1877 годами там было добыто 3 миллиона бобров. И это при том, что бобр, как мы уже говорили, является национальным символом Канады и что первая марка, выпущенная в этой стране в 1851 году, так и называлась — «трехпенсовый бобр»[19]! К счастью, теперь и в Канаде, и в других странах этих животных взяли под охрану — принимаются меры к восстановлению их численности.
Самая тонкая в мире нить
С древнейших времен внимание людей привлекало удивительное мастерство пауков в прядении таинственных нитей. В некоторых культурах к этим в общем-то малопривлекательным существам относились с большим почтением. Отдельные племена в Индии считали пауков обиталищами душ своих предков и поклонялись им. В ряде регионов пауков почитают за то, что они, по местным поверьям, когда-то спасли людей.
Существует даже легенда о том, как паук спас жизнь великому пророку Мохаммеду. Паук тщательно заплел своей сетью вход в пещеру, где Мохаммед укрылся от преследования противников. Враги тщательно осмотрели все пещеры, а эту не тронули: увидели, что она заплетена паутиной, и решили, что здесь никого нет.
Хотя паучья сеть кажется деликатной и хрупкой, она отличается необыкновенной прочностью. У определенных видов пауков нить прочнее, чем стальная проволока той же толщины. У некоторых пауков нить имеет толщину всего в один микрон, тогда как самая тонкая рукотворная проволока (из золота) — около четырех микрон в диаметре.
Прочнее всего паутина у пауков вида Nephila. На ряде островов Тихого океана аборигены использовали ее в весьма необычных целях — она служила орудием казни за супружескую неверность: на голову женщины, наставившей мужу рога, надевали паутину, и несчастная погибала от удушья.
Более безобидное применение паутине нашли австралийские аборигены — они ловят с ее помощью рыбу на живца, в роли которого выступает сам паук. Сперва они берут палку, смазанную слизью, и достают ею паука. Затем паучью сеть привязывают к концу удочки, а паука бросают в воду в качестве приманки. Пытаясь схватить добычу, рыбка запутывается в сети — и остается только ее вытащить. Ловко придумано?
Изучая искусство пауков плести паутину, ученые подвергали восьминогих архитекторов воздействию различных наркотических средств, чтобы выяснить, как это отразится на их мастерстве. И вот что получается: в зависимости от того, какой применялся наркотик, изменялся и характер сети, которую плел паук. Так, паук, которого «угостили» раствором кофеина, сплел нечто совершенно не соответствующее нормальной структуре сети. Парадоксально, но у паука, находившегося под воздействием галлюциногена ЛСД, сеть получалась куда лучше, чем обычно.
Некоторые пауки плетут гигантские сети — их можно перекинуть, словно мост, через небольшую речку. А есть и такие, у которых размер сети не превышает обыкновенной почтовой марки. Как же распоряжается паук столь крохотной сетью? Держа ее передними ногами, он ловит ею насекомых примерно так же, как человек ловит сачком бабочек.
Хотя принято считать, что все пауки плетут сети — разные по рисунку и размеру, — некоторые этого не делают, а прядут длинные шелковые нити, заканчивающиеся липучим шариком. Паук использует это орудие примерно так же, как охотник — лассо. Поймав насекомое, паук подтягивает его к себе и убивает ядовитым укусом. Эти любопытные пауки называются еще пауки-«удильщики».
Мы уже упоминали паука, плетущего самую прочную сеть. Это гигантский древесный паук Nephila maculata из Бразилии, принадлежащий к числу наиболее крупных видов. Размах конечностей у него достигает 20 сантиметров. Поначалу никто не верил сообщениям о том, что он способен ловить и пожирать даже птиц. Когда в 1705 году Мария Себилья Мериан опубликовала известие о гигантском пауке Nephila, высасывающем кровь у колибри, она была попросту высмеяна биологами — невероятно, чтобы паук мог справиться с птицей, пусть и такой крохотной! К этой истории относились как к вымыслу в течение свыше 150 лет, пока в 1863 году Бэйтс не стал свидетелем того, как в долине Амазонки гигантский паук обедал зябликом, попавшим в его сети. Только тогда ученые мужи вынуждены были признать, что аппетит у этого хищника прямо-таки зверский.
Справедливости ради заметим, что страх людей перед пауками отнюдь не лишен причины: укус иных из них может привести к смертельному исходу. Впрочем, бывало и так, что почти безобидному пауку приписывали возникновение симптомов опасных заболеваний. И уж в совсем любопытную историю оказался замешан один из видов тарантулов (Lycosa narboensis), водящийся в Южной Италии. Считалось, что его укус вызывает жуткую боль и даже бред и единственным эффективным средством против этого является жгучий танец под особую музыку. Это убеждение бытовало до второй половины XIX столетия. Впрочем, по мнению некоторых историков, тарантулы тут были ни при чем — просто нужен был предлог для исполнения языческих ритуалов, преследовавшихся церковными властями. Но до сих пор зажигательный итальянский танец называется тарантелла.
Не все пауки живут отшельниками; есть виды, образующие колонии, иные из которых насчитывают до 100 тысяч особей. Такие пауки плетут большие «коммунальные» сети, вместе ловят добычу и даже вместе заботятся о потомстве.
«Собачьи поселения»
Несмотря на общепринятое название, луговые собачки (род Cynomys) — на самом деле не собачки, а… земляные белки. Назвали их собачками за необычный резкий голос, напоминающий отрывистый лай, к тому же сопровождающийся легкими ударами хвоста. Первые колонисты, пришедшие на североамериканскую землю, назвали этих животных дикими собаками прерий. До конца прошлого столетия их популяция, например в Техасе, оценивалась в 5 миллиардов особей. Один из самых больших «собачьих городков» занимал территорию 400 километров в длину и 160 в ширину и насчитывал до 400 миллионов жителей — куда там нашему мегаполису с его жалким десятком миллионов!
