же… Ты ведь всегда говорила, что эта ветвь особенная.
— Я сомневаюсь, что они рискнут проигнорировать такой чёткий приказ. Но даже если и так — помнишь, с чего всё началось? Детей оставишь и переселишь в другой мир. Создания не должны забывать о могуществе своих создателей.
Вот интересно, я ведь давно почти не пересекаюсь с иными богами — забыли ли они прошлые уроки? Вряд ли все, но если судить по недавнему взбрыку Ллосс, с которой я всё же общаюсь гораздо чаще, то многие — вполне вероятно. Напомнить? Пожалуй нет. Останется ещё одна возможность развлечься в случае чего.
Ллосс сжала губы, но не возразила.
— Как скажешь, Великая.
Не нравится ей это решение, но я и в самом деле уверена, что дроу не рискнут прямо нарушить волю богини, тем более столь неоднозначно выраженную.
— Вам пора, Ллосс, церемония погребения не бесконечна. И напоследок прими совет: заглядывай иногда в разум своих Жриц и правителей — многих неприятных сюрпризов и попыток обмана сможешь избежать. Да и создания будут постоянно в тонусе, они нуждаются в напоминаниях о бренности собственной жизни, особенно тёмные.
Парочка исчезла, а я вздохнула — сделанная дроу пакость нисколько не развеяла мрачного настроения. В душе неожиданно обнаружилась странная пустота. Нельзя привязываться к слугам, нельзя! Они смертны, и терять тех, к кому испытываешь какие-либо чувства, оказывается, очень больно. Блуждая взглядом по пространству, наткнулась на натянутую красную нить. Долг короля эльфов. Теперь уже невозвратный. Впрочем… Он же считает меня тёмной богиней? А тёмная ни за что не простит подобную оплошность, ведь обещанное ей не уберегли, не уследили, да ещё и подаренного защитника потеряли! Вот и нашёлся повод, а главное объект, чтобы сорвать своё кровожадное настроение, но сперва…
Сосредоточилась на метке своего создания и оказалась в центре затемнённого пространства, по границам клубящегося серой дымкой. Маленькая богиня сотворила себе укромный уголок в глубоких оболочках мира? Защита — очень даже не дурственная — пропустила меня беспрепятственно, не потревожив уютно устроившуюся девочку. Причём устроилась она в корнях точной копии своего древоцветочного алтаря, точнее, его астральной проекции. Как ей там удобно, я не понимала, но у богини Природы свои понятия о комфорте. Тихонько коснувшись спокойной ауры, позвала:
— Артезия, проснись, малышка.
Зелёные глаза приоткрылись, но почти сразу же сонная муть из них исчезла и Артезия светло улыбнулась, потянувшись ко мне всей сутью, подскочила и обняла с детской непосредственностью.
— Создательница! Я так рада тебя видеть! Но ты какая-то хмурая… Что-то случилось?
Я вздохнула, всё-то она видит. Погладив девочку по зеленоватым волосам, заправила за ухо длинную прядь.
— Ничего особенного, если не считать потери двух самых верных своих слуг. Одного сегодня, второго — в скором времени. Так что я немного… расстроена. Причем в первой ситуации отчасти виноваты твои эльфы. Как, кстати, у тебя с ними дела?
Миленькое личико скривилось.
— Так себе. Упрямые, если не сказать упёртые. Как богиню меня приняла только треть, остальные то ли выжидают, то ли и вовсе не собираются ничего менять.
Я улыбнулась.
— Думаю, я помогу им сделать выбор. Не хотела давить, но сейчас повод очень уж удачный — разыграю гнев за гибель полукровки, обещанного мне в уплату долга жизни, и накажу. Лишу возможности обращаться к силам Леса без твоей поддержки. Так что готовься, милая: и к скорому энергетическому скачку, и к последующему паломничеству к твоим алтарям. Справишься?
Детские черты изломала хищная улыбка.
— Обязательно, Создательница! Мне и существующего количества, в принципе, хватало, но при таком притоке веры качественный скачок наступит гораздо быстрее, чем я рассчитывала, — Артезия мечтательно прикрыла глаза. — Вырасту, наверное…
— Что, надоело быть малышкой? Иногда это полезно.
— Полезно, но мне надо развиваться. А то остальные боги своей опёкой-заботой-сюсюканьем уже насмерть надоели!
Я даже и не сомневалась.
— Так это от них ты сюда сбежала? Настолько достали?
Артезия недовольно передёрнула плечами.
— Бесит, когда они начинают пытаться что-то объяснять, подгоняя факты под собственные нужды. И вечно кто-нибудь отирается рядом! Я знаю о мире не меньше каждого из них, а они всё пытаются учить… И это бесконечное: «Ты просто ещё маленькая, не понимаешь». Бесит!
Наблюдать, как злится маленькая девочка, действительно забавно. Но я её прекрасно понимала. Сорок с лишним лет для богов совершенно не срок, но Артезия потратила годы с толком, стремительно развиваясь. А подростки любой расы очень не любят снисходительного к себе отношения. Пожалуй, мир в достаточной мере принял новую богиню, чтобы она могла начать безбоязненно изменять окружающее под себя. И чисто внешне повзрослеть малышке не помешает.
— Хорошо, Артезия. У тебя будет возможность показать себя, заставить других богов относиться к тебе серьёзней. Отправляйся к своему главному алтарю и жди. А я пока навещу Риэнаэля.
Девочка согласно кивнула, а я сменила одежду на любимое чёрно-зелёное платье, проявила корону и сосредоточилась на связи со своим должником. Скользнув по нити, перенеслась во дворец эльфийского правителя. Хм, прямо в спальню, где под тонким покрывалом мирно спали два тела. Старик уже, хоть телом и достаточно моложав, а туда же. А, не моё дело, не за тем я здесь. Сначала подготовительный этап — потом может просто не хватить времени. Сосредоточившись на спящем, потянулась к каждому носителю крови перворожденных, собирая нити, направляя их энергию в место силы маленькой богини Природы. Вот теперь можно и начать представление.
Резко дёрнув нить долга, заставила эльфа подскочить, схватившись за загудевшую набатом голову. Проснувшаяся от резкого движения любовница с недоумением посмотрела на Риэнаэля, потом заметила меня и, взвизгнув, натянула покрывало до самого носа. Эльф выпрямился, но почти тут же согнулся в изящном поклоне. Надо отдать должное — много времени, чтобы понять, кто навестил его среди ночи, королю не потребовалось.
— Повелительница…
Забавное зрелище: безукоризненное придворное поведение, соблюдение этикета и… голый зад. Ну и все остальные части тела тоже. Но я же в гневе, так что улыбаться как-то неуместно. Говорила тихо, однако эльф ощутимо вздрогнул.
— Отошли свою
