любовницу, Риэнаэль.
Быстрый взгляд, и эльфийка беспрекословно выскальзывает из кровати, хватает вещи и стремительно исчезает за дверью. Свидетелей больше нет, а правитель скоро оценит мою щедрость по части сохранения его гордости. Тут же переместилась ближе, одновременно навешивая плотный щит на всю спальню, и жестоко ударила силой, заставив эльфа со стоном упасть на колени и свернуться в клубок от боли.
В душе словно что-то сорвалось, выплеснув странные и неправильные чувства. Вот сейчас точно полегчает. В конце концов, это просто слуги. Я же изначально была готова, что когда-нибудь они покинут меня — когда решу, что больше не нуждаюсь в их службе, когда наскучат своим постоянством и захочется чего-то нового. Да, именно так, в этом дело — не по моей воле уходят, вот и бешусь. Планы нарушены, и кто-то должен понести наказание. Иных причин нет и быть не может. Точка.
— Наше соглашение недействительно, король эльфов. Тот, кто был мне обещан — мёртв. Ты не проследил за сыном, не сохранил, более того, из-за этого я также лишилась другого преданного слуги, которого оставляла в дар, для охраны полукровки. Как думаешь, Риэнаэль, может, мне просто забрать жизнь твоего наследника? Насколько я знаю, продолжить род он успел, и скоро родится твой внук.
В последний момент передумала выдёргивать Лирианэля из постели, чтобы поинтересоваться по этому вопросу ещё и у него. Что несу? А вдруг светлый разыграет благородство и согласится? Зачем он мне сдался? Но нет, судя по вскинувшемуся старому эльфу, по отчаянию и страху, горящих в глазах, родственная привязанность сильнее благородства и понимания, что пререкания с богами опасны. Даже опаснее самого факта нарушения договора. Риэнаэль выставил руку в защитном жесте.
— Нет! Прошу, Повелительница, я согласен заплатить как угодно, но не трогайте мою семью!
Смелое заявление, но его я и добивалась. Мрачное торжество завладело душой, а эльф отшатнулся с испугом. Поздно.
— Как угодно? Готов рискнуть благополучием расы, лишь бы сохранить личное? Ничуть в тебе не сомневалась. Молчи! Ты уже всё сказал, — я не собиралась давать правителю возможность исправить свою оплошность, развитие Артезии для меня куда важнее. — Ты — правитель, ты отвечаешь за свои поступки и слова, отвечаешь не только лично, но и собственным народом. Потому и народ несёт ответственность за твои проступки. Слушай мою волю, король светлых эльфов: за утрату моего дара, за клятвопреступление, я лишаю твой народ самостоятельных способностей к магии природы! Да будет так.
Эффекты, пусть и для одного свидетеля — вещь необходимая. От меня полыхнуло видимой тьмой, а эльф рухнул сломанной игрушкой и горестно, но тихо взвыл. Знаю, лишение силы для любого мага — страшная кара. Светлые к такому особенно чувствительны. Как там Артезия, интересно? Выброс произошёл огромнейший, но она должна справиться. А как немного придёт в себя, сразу займётся возвращением сил своим верующим. Вздёрнув Риэнаэля в вертикальное положение, усмехнулась в больные, потерянные глаза.
— Как недостойно, правитель. Имей стойкость принимать удары судьбы с честью. Впрочем, я решила не проявлять излишнюю жестокость — магия стихий у тех, кто ею раньше владел, останется. И я дам вам шанс вернуть исконные способности к магии природы: у вас есть её богиня. Обратитесь к ней, вряд ли Артезия откажет в помощи своим последователям.
С лица эльфа постепенно сходило обречённое выражение. Наконец-то, а то аж противно смотреть. Но тут король снова вскинулся тревожно:
— А мой внук… Как это на нём отразится?
— Никак. Нерождённые дети активируют дар, появляясь на свет, а пока он вне опасности. Что ж, больше меж нами нет долгов, король Риэнаэль. Прощай.
Оставив светлого приходить в себя и осознавать последствия, перенеслась к своему созданию. Да уж, выброс был очень неслабый: передо мной стояла девушка-подросток, даже внешне немного постарше местной богини Смерти, Лиатии. Её глаза просто сияли счастьем, а тело слабо светилось от переизбытка энергии.
— Не переусердствуй, малышка, начинай потихоньку возвращать дар своим последователям. Пусть разница окажется слишком ощутимой и сразу.
Девушка обиженно надула губы.
— Ну почему я опять «малышка»?! Я же выросла!
Я мягко щёлкнула её по носу.
— Не выросла, а подросла. И для меня ты всегда будешь малышкой, потому, что ты моя малышка. Смирись. Ты же знаешь, что я вкладываю совсем иное значение.
— Знаю, Создательница. Прости.
— Не стоит. Я понимаю. В общем, я сделала для тебя всё, что могла. Дальше развивайся сама и не поддавайся на уловки этих старых интриганов. У меня больше нет причин заглядывать в этот мир, но если будет необходимость — зови. Прощай, моя хорошая.
Обняв девушку напоследок, перенеслась в Лируан. Не так и много у нас времени на сборы — не больше пары дней, но Вэрс в общем и целом уже готов. Всё же не зря, занимаясь с Ллосс изменением и расселением дроу, я очень хорошо их изучила. Новый Владыка придёт в Эльдорлею подготовленным ко множеству неожиданностей, способных случиться в среде этих истинно тёмных созданий. От магической атаки, до боя на мечах или элементарного отравления. Судя по участи предыдущего правителя, от этой нежно лелеемой привычки они до сих пор не избавились.
* * *
В сгущающихся сумерках усталый дозорный отряд тихими тенями скользил между деревьев. День заканчивается, территория проверена, а в получасе ходьбы прячется тихая удобная полянка, где можно расположиться на ночлег. Дозорным не привыкать ночевать на земле, завернувшись лишь в походное одеяло. Главное, что можно будет вытянуть подуставшие ноги, перекусить нехитрым, зато горячим ужином и расслабиться, окунувшись в короткий сон. Ещё один день прожит. Сколько их осталось в запасе?
Ни ветки, ни кочки или ямки не мешали Сиарну атꞌМалиррас размышлять о бренности бытия. Очень актуальные мысли для любого дроу в нынешних условиях. После погребения Владыки, его же феерического явления и проклятия, а также подтверждения сказанного волеизъявлением Ллосс, прошло четыре с половиной месяца из отведённых пяти. Ярость призрака и гнев богини в тот же день унесли жизни нескольких магов и даже Жриц!
Конечно, ничего из происходящего во дворце Сиарн не видел — не тот уровень у его Дома, а уж про простого
