Ниема упаковала вещи в потрепанные чемоданы, которые ей передали накануне отъезда. Симпатичные чемоданчики, подумала она. И дорогие, и фирма известная, что лишний раз подтверждает ее вымышленную биографию. И в то же время чемоданы выглядят так, словно она объездила с ними полмира. На бирках красовались ее новое имя и фамилия.
Ниема надела стильное платье рубашечного покроя из зеленого льна, дополнив его кардиганом, на ноги — удобные туфли на низких каблуках. Несмотря на кажущуюся простоту, а может, и благодаря именно этой простоте весь ансамбль выглядел очень элегантно и дорого. День выдался ясный, солнечный; задержка рейса по причине плохой погоды исключена. Ниема ужасно нервничала — от волнения или от страха. Но внутренне была готова к выполнению возложенной на нее миссии и торопилась улететь в Париж немедленно. Ей не терпелось встретиться с Луи Ронсаром и проверить, действительно ли женщине достаточно вздохнуть, чтобы обольстить мужчину. Джон хочет, чтобы она получила приглашение на виллу Ронсара; он сможет справиться и без нее, но всегда спокойнее, когда тебя могут подстраховать. Она во что бы то ни стало должна получить приглашение.
Ниема не без отвращения вспомнила о тех мерах предосторожности, на которых настоял Джон: он убедил ее взять противозачаточные таблетки, уверяя, что так поступают все разведчицы. Уж не думает ли он, что она будет спать с Ронсаром? Ниема знала, что женщины частенько использует секс с целью добиться своего как в обыденной жизни, так и в разведке. Ну нет, она не настолько предана своей работе; она не станет спать с торговцем оружием, каким бы он ни был красавцем.
Машина подъехала минута в минуту, и таксист подошел к ее двери, чтобы вынести багаж. Когда он отправился с поклажей обратно к калитке, Ниема обошла свой уютный домик. Она никак не могла отделаться от мысли, что больше никогда сюда не возвратится. «Я уезжаю ненадолго, — убеждала она себя. — Неделя, другая, и я снова буду дома, и все вернется на круги своя. И игра в шпионов закончится раз и навсегда».
Она тщательно заперла дверь и установила сигнализацию, которую Джон успел починить. Общение с ним сделало ее более осторожной: не доверяя сигнализации, она проверила щеколды на окнах и дверях. Для ламп и телевизора она приобрела таймер, чтобы создать по крайней мере видимость своего присутствия. Джон пообещал, что сотрудники ЦРУ присмотрят за ее домом, пока она в отъезде, и поэтому волноваться особенно не стоило.
Ниема поспешила по дорожке к выходу. Настроение ее заметно улучшилось. Наконец-то она вернулась к настоящей жизни!
В Париже ее встретил шофер в униформе; он взял у нее багаж и проводил ее в «мерседес-бенц». Ниема опустилась на мягкое кожаное сиденье и со вздохом закрыла глаза. «Конкорд» ли задержался в пути или ее организм автоматически отреагировал на смену часовых поясов? Сверхзвуковой реактивный самолет долетел гораздо быстрее обычного пассажирского лайнера, и все же она так устала, словно провела в полете целый день. Сейчас она мечтала только о ванне и кровати.
Охранник проверил их машину и лишь потом впустил их на территорию посольства. Когда автомобиль остановился у подъезда, вниз по ступенькам сбежала высокая стройная женщина лет шестидесяти с ослепительно белой сединой. Она раскрыла объятия и воскликнула:
— Ниема! Как я рада тебя видеть!
Это и есть супруга посла Терио, Элеонора, старый друг семьи, догадалась Ниема. Шофер открыл дверцу автомобиля, и Ниема вышла навстречу миссис Терио.
— Ты выглядишь усталой, — сказала миссис Терио, ласково, по-матерински потрепав ее по щеке. — Тяжелый был перелет? Наверное, на запад лететь хуже, чем на восток. Или наоборот? Все время путаю! Но это не важно, поскольку я всегда плохо переношу смену часовых поясов.
Ниема поняла, что миссис Терио своей болтовней дает ей возможность немного прийти в себя и собраться с мыслями. Она улыбнулась вымученной улыбкой.
— Да, я и в самом деле устала, но не намерена отлеживаться весь свой отпуск.
— Не беспокойся об этом, — проворковала миссис Терио, поднимаясь с ней вверх по ступеням в посольство. — Выспишься, отдохнешь, и все будет в порядке. Тебе некуда торопиться.
Из этих слов Ниема заключила, что сегодня к обеду ее не ждут, иначе это вызовет дополнительные сложности.
— В таком случае я с удовольствием подремлю часок-другой.
Улыбаясь и мило беседуя, словно старые знакомые, Элеонора и Ниема подошли к лифту, который отвез их на четвертый этаж.
— Это твоя комната, — сказала Элеонора, открыв дверь в спальню, убранную в роскошном стиле, представляющем собой изысканное сочетание старины и современного декора. В комнате преобладали бирюзовые, персиковые и белые тона. Кровать такая высокая, что к ней приставлена специальная лесенка, а матрас такой толстый, что в нем можно утонуть. — Здесь ванная, — продолжала миссис Терио, открывая белую дверь, и Ниема окинула взглядом бронзовые краны (или золотые?). — Твои чемоданы сейчас принесут в комнату. Если хочешь, я пришлю к тебе горничную, и она их распакует.
Ниема хотела было сказать, что справится и сама, но тут же сообразила, что Ниема Джемисон привыкла к такого рода услугам.
— С вашего позволения я сначала немного отдохну, — ответила она. — А чемоданы можно распаковать и потом.
— Ну конечно, моя дорогая. Я скажу, чтобы тебя не беспокоили. — Миссис Терио подошла к столу, написала коротенькую записку и передала ее Ниеме. — Когда проснешься, мы с тобой обстоятельно побеседуем. У меня порой просто не хватает времени поддерживать постоянные дружеские контакты. Скажи мне, что у Жаклин и Сида все в порядке, и можешь ложиться спать.
Жаклин и Сид были вымышленными родителями Ниемы.
— У мамы с папой все хорошо, — ответила она. — Они сейчас в Австралии на отдыхе.
— Как я им завидую! Но не буду мучить тебя расспросами. Отдыхай, дорогая моя. — Она порывисто обняла Ниему и вышла из комнаты.
Ниема пробежала глазами записку. «Не надейся, что можешь доверять каждому, кто работает в посольстве. — писала миссис Терио. — Старайся всегда и со всеми придерживаться своей легенды».
Ниема скомкала листок и уже собиралась швырнуть его в мусорную корзину, но, поразмыслив, разорвала на мелкие кусочки и сожгла. Проделав эту процедуру, она сладко зевнула: сейчас для нее всего важнее сон.
Прибыл багаж. Его доставил серьезный молодой человек, обращавшийся к ней «мэм». Как только он ушел, Ниема заперла дверь спальни на ключ, задернула занавески, разделась и приняла душ. Борясь с дремотой, вытерлась полотенцем и поплелась к кровати, поленившись надеть пижаму. Взобравшись на постель по двухступенчатой лесенке, Ниема с наслаждением вытянулась на прохладных ароматных простынях, расслабив напряженные мышцы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
