оставшейся в пещере Сакраала драконьей кладки. И марпринцы Альтар и Альфир, известные исследователи драконов, отправились в горы, чтобы найти его пещеру. Именно тогда Альтар отыскал пустующую пещеру, где было одно из драконьих гнёзд. Он потрогал все яйца в кладке и нашёл лишь одно, в котором теплилась жизнь: чёрное, как кусок угля.
Он забрал его с собой. Но, сходя с гор, со своим отрядом попал под оползень. Тогда-то Минорай, бывший ещё рыцарем, и спас его от падающих деревьев и комьев земли, успев вытащить его на твёрдую поверхность. Более того, он сберёг и яйцо.
Альтар был очень ему благодарен. И сэр Минорай решился испросить этого дракона себе. «Я знаю, я мелкого рода», — пересказывал он детям их разговор. — «Но, как и с Манаарами, мои предки давным-давно были доа. Кровь Кантагара есть в моих жилах. Я читал Кодекс Доа и мечтаю когда-нибудь оседлать дракона. Раз я спас его, как и вас, можете ли вы даровать мне его?»
Альтар был растерян. Но просьба рыцаря звучала справедливо. Без его помощи ни его, ни нерождённого зверя уже не было бы в живых. «Хорошо», — ответил Альтар. — «Но тогда ты женишься на моей дочери».
Потому что он был рассудителен и не хотел, чтобы дракон покидал пределы его семьи.
Этот брак разрушил мечты Вельвелы, которая готовилась стать невестой диатра Леонгеля и была первой кандидаткой. Но делать было нечего. Альтар держал слово. Став его зятем, Минорай осел в Долине Смерти и на богатое приданое возвёл замок Покой.
Вот только Минорай так и не стал доа. Славное прошлое привело к бесславной смерти.
«То ли судьба пошалила, то ли и впрямь Скара дожидался меня — но не папеньке он предназначался», — ухмылялся маргот.
Скорость драконьего полёта была очень велика. Морай едва не упустил из внимания мелькнувшее внизу поселение. Миг — и они уже пронеслись над соломенными крышами, разогнав колесо водяной мельницы. Внутри Скары засвербила озорная жадность. Но Морай, чуть перенеся вес влево, заставил его принять сторону дороги и ничего не сжечь.
«Рано, побереги силы», — думал он, любовно поглаживая его в спокойные моменты парения.
Он не заметил переполоха внизу и не увидел, как люди, разбегаясь кто куда, загодя бросаются в реку. Он держал в голове только одно. Где-то здесь, меж поворотом и заставой, был тот длинный отрезок нехоженой дороги, куда Морай рассчитал свой прилёт.
И вскоре он засёк цель. Действительно, его благородный брат Вранг решил отослать жену и сына подальше от фронта, где сгущалась гроза. И он наивно полагал, что этот манёвр останется вдали от чужих ушей.
Кто стал бы подозревать придворного шута в Скабиозе в сговоре с другим таким же шутом, только в Брезаре? Дурик был гением не только законотворчества, но и создания поистине ужасающих в своей странности сетей общения. Он многое ведал от придворных скоморохов; и Лопух, служивший при Астралингах, за нескромную сумму согласился сообщать ему о перемещениях семьи марпринца.
Оперативно, как истинный разведчик, Лопух послал Дурику почтовую горлицу с известием об отъезде леди. А тот передал Мораю.
Раньше никто не желал соглашаться на подобные сделки с людьми Беззаколадного, но со временем меняется всё. Морай завоёвывал всё больше авторитета.
И всё же после этого он как никогда ясно осознал, что Дурик делается всё более важным его перстом в Брезе. Это был талантливейший и страннейший человек, и сотрудничество с ним возвышало их обоих.
Сегодня полезность Дурика должна была переломить ход войны.
«Их с Врангом ребёнок, Вранальг, это, по их мнению, законный наследник Тарцевалей и наглая заявка на мой титул. А сама его жена — это его союз с Астралингами. Сегодня он лишится их обоих».
Чёрным вороном Скара выпорхнул над караваном. Вереница двигалась быстро и тихо, но всё же была подкреплена внушительным эскортом. Сотня безупречных рыцарей в голубых и белых плащах сопровождала три походных кареты.
Морай мог зуб дать, что леди Ланита и Вранальг будут в той, что посередине.
«А что если я возьму их живьём?» — осенило его в тот короткий миг, когда он оценивал расстановку сил с высоты полёта. — «Этим я добьюсь всего, чего пожелаю!»
Тогда ему мешал лишь вооружённый отряд из сотни мечей. Но для дракона это была лишь забава. Окинув взглядом стройные ряды, Морай ощутил блаженное предвкушение. Скученная кавалькада — это не утомительная разрозненная засада; это лакомая и лёгкая цель.
Огромная тень пала на конвой. За мгновение никто не успел даже испугаться. Скара раздул грудь и окатил строй латных рыцарей струёй огня.
Ряды всадников полегли, как жжёное сено. Лес разразился криками, каретные кони помчали галопом. За считанные секунды дорога провалилась словно в огненную преисподнюю.
Скара с утробным рёвом пронёсся над процессией и сделал вираж над расположенной вдали заставой, к которой так спешило сопровождение маргасы. Застигнутые врасплох путешественники надеялись укрыться под защитой стенных орудий.
Застава Трёх Лигнимов имела несколько башен, на которых стояли баллисты. Противодраконьи орудия, баллисты-скорпионы, использовались для стрельбы в воздух, а не по стенам; они довольно быстро меняли угол наклона и имели жуткую разрушительную силу даже против драконьей чешуи.
«Нас всегда ждут в Арракисе», — усмехнулся про себя Морай. — «Поставили эти адовы болтомёты даже в такую глушь».
Баллисты Скара знал прекрасно. Дракон с гневным рыком увернулся от снарядов и лапами сорвал одну из баллист с башни, протащил за собой и швырнул механизм на землю. Когда он видел заряженные в боевые машины длинные, как копья, болты, он приходил в бешенство. Его единственный глаз наливался кровью, а грива тряслась от идущего из груди рычания.
Защитники заставы выбегали, вскидывая к плечу арбалеты. Скара не спал: он тут же смёл первый десяток стрелков со стены филигранным взмахом хвоста. А затем набрал высоту и остервенело кинулся на вторую баллисту. И сорвал её с башни ударом могучей лапы.
Морай ненавидел эти болтомёты вместе со Скарой. Ему хотелось рвать и крушить их, кусать натянутые тетивы и ломать болты…
«Его эмоции берут надо мной верх!»
Маргот скрипнул зубами от натуги и потряс головой. Единство дракона и всадника было потрясающе; и всё же всадник не мог всецело отдаться звериному нутру. Морай сделал усилие разумом и переборол Скару: отвлёк его от баллист и завернул обратно к дороге.
«Мы с тобой порезвимся, дружок, но чуть позже. Наша цель там, внизу».
Туча стрел пронзила в воздух. Но они успели ускользнуть. И помчались прямо в лоб конной процессии, стремительно снижаясь к колее.
Скара разогнавшимся
