Исходящее: Весело) Ладно, узнай там по мне, какая инфа бегает, стоит ли ждать гостей.
Входящее: Ага, если что, рассчитывай на нас.
Исходящее: Рассчитываю, договора на руках) Удачи.
Внимание! Зарегистрирована религия “Православие”, официально подтвердили данную религию 10000 игроков. Религия зародилась на территории Северось.
Внимание! Заложено строительство Православного Храма, на принявших религию наложена церковная десятина.
Междуглавие 7.
– Добрый вечер, – надменная улыбка протянувшего руку мужчины лет пятидесяти так и просила кулака. Все вечернее настроение в миг испортилось, ведь какой-то урод решил помешать ему славно провести вечер за стаканом, способным заглушить чадящие мысли собственного разума.
– Был добрый, пока мне не испортили вид, – буркнул сидящий за барной стойкой неопрятного вида с заросшей щетиной, отталкивая руку и беря стакан. Ему было крайне противно, что этот индивид решил именно сейчас его потревожить, но правила хорошего тона требовали сначала допить, а потом бить морду, предварительно дав сигнал бармену, мол, убирай-ка ты все хрупкое.
– Извините, не хотел портить вам досуг.
– Мне ваши извинения по фонарю, надо чего или просто здоровье слишком хорошее для получения инвалидности?
– Мистер Владимиров, полагаю?
Он покосился на потревожившего досуг мужика. Опрятный, дорогой костюм, зубы белоснежные, явно несвои, но очень дорогие – голливудская улыбка. Явно не завсегдатай данного заведения, не по статусу и деньгам.
– Мужик, ты кто такой?
– Моя персона не имеет значения. Вы – мистер Владимиров?
– Чего надо?
– Значит, я правильно обратился, – кивнул незнакомец: – Извините. Могу ли я, как это говорят, разгладить вину? Бармен, целую бутылку моему другу лучшего вашего коньяка. Гуд.
– Откуда вы меня знаете? – безразлично, но с нескрываемой брезгливостью и готовностью дать в морду, поинтересовался Владимиров.
– Мне вас посоветовали наши общие знакомые, убедив, что ваши навыки наиболее подходят к моему делу.
– Какому делу?
– Простите меня, но такие вещи не обсуждаются в подобных местах.
– Уважаемый, чем вам не нравится здесь?
– Ну здесь много людей. Как это говорят, чем меньше ушей, тем лучше.
– Их везде много, а вот та дверь, через которую все входят, наделена сверхспособностью.
– Какой?
– Через нее я не выхожу на своих ногах, да и кто мне не нравится, намек понятен? Так что-либо здесь, либо нигде.
– Окей, тогда мне нужно обнуление с признаками аварии или несчастного случая. Я думаю, вы знаете, о чем я прошу.
– Цену знаете?
– Да, и можете рассчитывать на бонус в случае успеха и быстрого исполнения.
– Цель.
– Все документы получите чуть позднее, приятного вечера, – мужчина вытащил пять стодолларовых купюр и положил на барную стойку рядом с выставленной бутылкой, на прощание ухмыльнувшись про себя: – Какое пойло здесь выдают за коньяк...
Глава 8.
– Нет! Остаетесь в деревне, я пойду с волками!
– Не гоже Князю ходить без дружины своей!
– И что? Оставить деревню без мужиков? Кто баб и детей будет защищать? Дед Матвей?
– Эй! Причем тут Матвей?! Я что самый седой что ли?! Я со всеми иду, итить вас едрить!!!
– Еще раз говорю, иду с волками, беру с собой пятерых, остальные защищают окрестности деревни с выводком! Мужикам оружие в сундуки, за топоры с молотками и вперед! Борислав! Как вчера и говорил, берешь с собой людей и обследовать места! Богдан! Тебе к вечеру закончить минимум два дома, чтобы люди не ночевали под небом, вдобавок сделать навес для стаи с щитами от ветра! Дальше. Всеслав! Тебе копать колодец, чтобы за водой не ходили к реке, после этого рыть нору волкам! Дед Матвей, стереги детей! Е мое, стихами заговорил!!! Кого забыл? Ах да, Истислав старшим назначается на мое отсутствие! Всем его слушать, как меня! Тебе, Истислав, делать все, чтобы деревня развивалась и росла! Понятно! Вот и ладно, Белис, пошли!
Облаченные в доспехи дружинники опустили руки и с досадой провожали удалявшегося Князя в окружении пяти волков. Может, и затаили обиду, но так надо, иначе развитие встанет, пока мужики не вернутся, да и оставлять деревню без охраны. Действительно, пока нет ни стен, ни достаточного числа способных держать в руках оружие, гулять с войском по округе не вариант. Благо, нашлись волки, и можно прибегнуть к их помощи. Признаюсь, я бы пошел и один, но тогда точно бы не отпустили, а так вроде бы и не один, да и волки дорогу покажут до того самого болота.
На мгновение отвлекся от размышлений и посмотрел в сторону, заметив с интересом провожающего Анчутку, тут же исчезнувшего с глаз за луговым камнем. Интересный он, вроде бы и демон, но безобидный, да и боится меня больше, чем кого бы то ни было. А так даже замечал, что с той же детворой играется, когда те появляются на его лугу, то в салки, то в прятки. Пройдя еще несколько шагов, останавливаюсь, достаю кусок пирога, что сделали бабы в дорогу, кладу на траву и вхожу в чащу леса, тут же ощутив лесную прохладу.
Теперь я скрылся с глаз деревенских, и ничто мне не мешало обратиться в волка и помчатся вслед за сопровождавшими, наслаждаясь бегом. Чувства обострились настолько, что я слышал жизнь леса, чувствовал все запахи, знал, где какой зверь находился в радиусе нескольких километров. Даже ощущал присутствие Лешего, отчего-то находившегося на другом конце леса, хотя, полагаю, знал точно о нашем присутствии. Что ж, не хочет поприветствовать, не будем теребить.
Через десяток шагов в лесу ничто не говорило о ближнем соседстве с поселением: звуки кипящей работы полностью исчезали среди крон, птичьи трели перебивали мычание пасущихся коров, а тропы были созданы не людьми, но животными. И не хочется нарушать эту идиллию, портить первозданность крошечной части мирка, оказавшись в котором, ты начинаешь жить иначе, дышать всей грудью и наслаждаться тем, чем раньше бы и не подумал. А если ты еще и обращен в создание этого мира, все усиливается в десятки, нет, сотни раз, даруя истинное ощущение свободы. И ты бежишь, не взирая ни на что, высунув язык и наслаждаясь встречным потоком. Мир жив!
“Это здесь”.
Пронизывающий насквозь холод, встречающий на самой границе черного болота, вырвавшего в теле леса огромный кусок, не схож с тем, что всевластен в зимнюю пору. Этот холод насыщен страхом, ужасом, безнадежностью и обреченностью, заставляя даже самого бесстрашного отступить, сделать ошибку и обречь себя на смерть.
Попавшие в это царство деревья уродливы, их скрючившиеся в неимоверных формах стволы по ночам отбрасывают ужасающие тени, их хлесткие ветви пытаются стегануть на ветру или зацепиться, более не отпуская. Кочки обманчивы, гладкая черная вода притягательна, наступи и в миг сгинешь в бездне.
