Попавшие в это царство деревья уродливы, их скрючившиеся в неимоверных формах стволы по ночам отбрасывают ужасающие тени, их хлесткие ветви пытаются стегануть на ветру или зацепиться, более не отпуская. Кочки обманчивы, гладкая черная вода притягательна, наступи и в миг сгинешь в бездне.
Воображение внушает, что повсюду из воды и мха торчат не полусгнившие пеньки, а скрючившиеся в муках покрывшиеся плесенью и древесными грибами несчастные, угодившие в смертельную ловушку и погибшие в жутких муках.
“Там, посреди болота на острове. Что-то есть, мы чувствуем, оно зовет, молит о помощи”.
– Столп?
“Да, должен быть он”.
– Вы не уверены? Что никто не убедился?
“Нет. Мы обыскали весь лес. Нигде не нашли, лишь здесь единственное место. Но мы не ходили на остров. Не можем, гиблое место”.
– Понятно. Должно быть здесь, раз нигде больше нет. Логика железная. А не могли сразу сказать?
“Ты не спрашивал”.
– Белис, ну хотя бы ты сразу сказала.
“Ты просил найти, где может быть, Стая нашла”.
– Ладно, чего уж, нашли, согласен, дальше разбираться мне, как иначе? Так. Остаетесь здесь, – волки выглядели не очень, прижав хвосты и уши, стараясь держаться подальше от границы болота, так что заставлять их идти следом не за чем: – А я туда, если не вернусь, коммунистом меня не считать, – с этими словами я шагнул через незримую границу.
Там, где мгновение назад был день, светило полуденное солнце, мерцающее в шелестящийся лесной шапке, проступали серые плотные облака, испещренные скрюченными и трещащими на ветру ветвями деревьев. Зеленый мох сменился пожухлым, папоротник почернел, твердая сухая тропа превратилась в хлюпкую черной грязью, уходящую прямо в болотистую трясину. Густой туман стелется над малочисленными кочками и зарослями камыша, сиротливо поднимающимися из болотной черноты воды. Тишина вокруг давит, будто бы в шаге от границы жизнь не кипит, даже приснопамятные жабы не квакают в камышах.
Картина пробуждает в голове образы проваливания в бездну болота, погружения в глубину не в силах сопротивляться, впивающихся бесчисленных пиявок, опутываемые чем-то руки и ноги. Топь, непроходимая топь, готовая принять в себя всех без исключения и не смотря на размеры, и никто не спасется, никого не найдут. Так пропадали и пропадут многие несчастные, в войнах на нашей земле многие нашли в болотах погибель, принявших и похоронивших в себе вместе с доспехами, целые танки и самолеты утопали, лишая экипаж шанса выбраться. И лишь единицы были найдены и вырваны из объятий этой ленивой, но безжалостной силы.
– Ну что? Долго так будешь стоять? – шепотом спрашиваю сам себя, стараясь пошевелиться.
Осматриваюсь, выискивая подходяще на роль шеста, все равно что, лишь бы можно было проверять перед собой глубину. Не знаю, как здесь реализованы подобные места, но в жизни следующий шаг в неглубоком месте мог погрузить по самую макушку и даже гораздо глубже. Даже в лесу можно было встретить подобные места, сам вот нашел в детстве.
Ходили за орехами в лес, я немного отстал, решил срезать и побежал прямо через черную землю, оставшуюся после повалившегося дерева, вырванного с корнями, со вторым шагом ушел в землю по пояс, как выбрался, не помню, но с тех пор такие места стал обходить.
Полусгнившее изогнутое тонкое деревце, выбранное для роли слеги, погрузилось в сквозь тину в черную воду и почти сразу уперлось во что-то, делаю шаг, мягкое дно, но держит, не уходя под давлением. Слега вновь погрузилось чуть дальше, еще один шаг, но нога погрузилась чуть больше, очередное прощупывание дна и следующий шаг. Внезапно дергаюсь от резкого звука какой-то птицы, словно та насмехается, оглядываюсь, вокруг все такая же тишина. Лишь кажется, будто что-то потерлось о сапог. Пытаюсь разглядеть, но никаких индикаторов и окон, наверное, это уже мой разум начинает придумывать страшных монстров, как обычно и бывает в подобных местах.
– Оп, а сюда мы не пойдем, – произношу, когда слега погрузилось в воду наполовину.
Прощупывание дна заставило пойти в сторону, хотя я был уже на полпути, но, как говорится, самая короткая дорога не обязательно по прямой. Десяток шагов, и вновь пришлось свернуть, можно было бы попробовать и перепрыгнуть, ведь прощупывалось явно чуть дальше, что плотное дно, но получать премию Дарвина за нелепую смерть в игровом мире я не горю желанием. Больше всего неудач именно при попытках что-нибудь перепрыгнуть, а тут, когда ноги вязнуть в донной субстанции, неудачно прыгнуть сама игровая механика предписывает.
Очередной провал, снова приходится петлять, правда, такая прогулка раз вывела на небольшую кочку, поросшую мхом, оказавшимся вполне приятным на ощупь, так что я не преминул посидеть, перекусить. Не знаю, сколько прошло времени, полчаса или час, но проголодаться уже успел, да выматывает это место изрядно. Кстати, еще несколько подобных сопок с моем стороны было совсем рядом одна от другой. Наверное, дизайнеры таким образом указали места отдыха и возможные направления передвижения. Будет видно, а островок с хилой порослью уже почти рядом, даже туман разошелся в стороны, частично освобождая его от собственной вуали, скрывающей под собой.
– Ладно, отдохнул, пора и дальше идти, а то так можно и мхом порасти, – встаю на ноги, ощущая, как те налились свинцом – отсидел.
Прощупывание определило два направления, я отчего-то выбрал левое и постепенно пошел по нему, на каждом шагу тыкая слегам. Под ногами то и дело что-то хрустело, сапоги будто бы вязли в чем-то, но с усилием высвобождались из цепкого плена. Не знаю, как разработчики достигли такого, но реалистичность почти идеальная, словно я действительно залез в настоящее болото, разве что змей пока не видел да пиявок с лягушками. Только вот, думаю, если встречу, рад не буду. Ведь, как повелось, в играх и комары способны руки выломать, да с собой унести, оставив на ужин.
Еще шаг, и я сапогом подминаю мох островка.
– Хи, хи, – раздалось отовсюду.
Ошеломленно оглядываюсь, пытаясь заметить владельца звонкого девичьего голоса.
– Хи, хи, – донеслось из глубины островка, поросшей колючим кустарником, сейчас скрипевшим своими оголенными ветвями.
Оборачиваюсь в сторону звука и словно вижу сидящую посреди островка сразу за кустарником маленькую девочку, громко всхлипывающую. Тут же мой взгляд переводится на выскочившее системное сообщение.
Внимание! Попытка наваждения неудачна.
Внимание! Попытка внушения неудачна.
Внимание! Попытка одурманивания неудачна.
– Ага, так я и поверил, что маленькая девочка оказалась посреди этого болота, – ухмыляюсь, наблюдая, как явная картинка начинает истаивать.
