осматривала траву и цветы и говорила мне, что она нашла. А я помечал в блокноте, что бы вечером всё это записать в дневнике.
Через час, когда мы уже шли по направлению к следующему ориентиру – группу деревьев на холме, я посмотрел на одометр. Оказывается, прошли мы всего три километра.
- Инка!
- Да, Хозяин?
- Нам надо ускориться. А то до вечера мы даже к первой точке можем опоздать! – сказал я. – Поэтому, давай пока цветочки оставим в покое. Будем делать обеденный привал, тогда и займёшься флорой! Согласна?
- Да!
И следующие полтора часа мы шли уже побыстрее. Правда. Один раз пришлось почти четверть часа пережидать на дереве, пока кабанье стадо пройдёт подальше.
В общем, к полудню мы дошли до «первой точки» - строго на юг на расстоянии десяти километров от «портальной скалы». Но там мы останавливаться не стали я и прошёл от неё на запад курсом двести семьдесят градусов ещё с полтора километра – искал удобное место для привала, которое я и нашёл на краю перелеска. Место было возвышенное, частично прикрытое кустами от посторонних взглядов. Опасность была в том, что так же могут подумать и представители местной фауны. Но тут нам повезло – никаких звериных следов мы не заметили.
На всякий случай я потратил ещё пять минут, что бы осмотреться. Но ничего подозрительного в радиусе примерно пятидесяти метров я не заметил.
- Инка! Пока я тут перекусываю и отдыхаю, ты далеко не отходи – местность непонятная, хищники могут поблизости оказаться. – я сел под кустом, достал из рюкзака коробку с пайком. – Да и те огоньки мы где-то в этом районе наблюдали.
- Да, Хозяин! – и скрылась за кустами.
«Ну что за неугомонный «ботаник»! Как бы её очередная «электротварь» на зуб не попробовала!» - подумал я и на всякий случай расстегнул кобуру и передвинул её поудобней. «Хорошее оружие. Жаль только, что очень уж шумное.»
Мой обеденный перекус прошёл спокойно. Разве что иногда, раз в три-пять минут ко мне подбегала Инка держа в своих ручках охапку каких-то трав или какой-нибудь камешек. Я убрал коробку обратно в рюкзак и приготовился немного вздремнуть – тихо, тепло, ветерок обдувает.
Но увы.
- Хозяин! Хо-озяин! – громким взволнованным шёпотом позвала меня роботесса.
- Что случилось? – спросил я, открыв один глаз.
- Там… Там такое!
- Что «такое»? – дремота слетела сразу. Я машинально коснулся рукой рукояти револьвера. – Опасное?
- Не знаю! Но тебе надо посмотреть!
Я встал, быстро собрался, накинул лямки рюкзака и сказал Инке:
- Показывай! Только аккуратно!
Роботесса повела меня куда-то на юго-запад. И вот, пройдя около ста шагов она, показав на густой кустарник на окраине перелеска, шепнула:
- Там, за кустами!
- Где?
- Вон там, где мошкара вьётся!
Я присмотрелся – точно, над кустами уже висело небольшое «облачко» из каких-то летающих насекомых.
- Там кто-то есть?
- Живых вроде я не отметила…
- Что значит «живых не отметила»? Там что, трупы?
- Там… - Инка немного сбилась, подбирая слова. – Там останки живых существ! Точнее, там осталось то, что когда-то было живым!
- Ты мне хочешь показать место, где хищники обедали?
- Хищники не жгут костры.
«Ого! Значит мы, скорее всего, на том месте, где ночью были огоньки? Надо посмотреть!»
- Так! Забирайся на свое место, на рюкзак. – дождавшись, когда она там примостится, продолжил – Пошли! Только тихо!
Стараясь не наступать на сухие ветки, я медленно пошёл к кустарнику.
Когда дол него оставалось не больше двадцати шагов, я почувствовал запах крови и мертвечины. Но за кустами было тихо. Только жужжали мухи и какие-то жучки.
Аккуратно раздвинул ветки.
Передо мной была поляна, немного похожая на ту, где я сейчас отдыхал. Только больше её раза в три. Трава была сильно вытоптана, посредине три выжженных пятна от костров. А напротив меня, на самом краю поляны я увидел свежую яму, над которой и висело «мушиное облако».
Я вышел на поляну и стал её осматривать.
«Да, тут ночью был какой-то лагерь. Вон следы от кольев, тут стояла, наверно, палатка. А вот следы от… колёс?! Да, похоже. А это?» - «это» было похоже на «конские яблоки». И, судя по количеству этих «плодов», а так же по следам на вытоптанной траве, лошадок было больше чем одна. Выжженные пятна были обложены камнями, у одного очага даже остались рогулины для того, что бы подвесить котелок.
Наконец я решился подойти к яме. Зажав нос и отмахиваясь веткой от назойливых насекомых, я заглянул в неё.
И быстро отошёл. В яме лежали освежёванные туши «пятнистых волков», ободранные и обглоданные кости и требуха от каких-то других животных, наверно от «бизонов-зубров», что я наблюдал со скалы.
«Вот значит, почему меня никакие «волки» не преследовали. Их в этом месте всех перебили» - думал я, вспоминая количество увиденных тушек.
«Что ещё? Яму выкопали явно вручную, но, почему-то не засыпали. Будут у неё ловить других хищников? Или просто так торопились, что ушли не закопав это?»
Но меня ждало ещё несколько интересных находок. Пройдя дальше, я почувствовал, как Инка теребит меня за ухо.
- Что?
- Во-он там! Слева! – прошептала она. Действительно, слева я увидел следы засыпанных ям.
«Значит, они тут периодически проезжают и охотятся? А потом прикапывают останки? Снова вопрос – почему это не прикопали?...»
Следующая находка была ещё удивительней – накатанная дорога. Судя по тому, что трава в колеях росла плохо – тут периодически ездили. Другие «следы» говорили о том, что транспорт был гужевой.
«А вот и признаки «аборигенов». Их тут немало и живут тут они не один день. А то как бы и несколько лет. Что-то в Департаменте совсем «мышей не ловят». Такое упустить! А мне теперь и идти с опаской и ещё надо узнать, кто это такие.»
Дорога, судя по направлению пресекала тот маршрут, который мне предстояло пройти. Та к и получилось. Когда я, закончив осмотр стоянки «аборигенов», вернулся обратно к месту привала и сориентировавшись продолжил путь, то примерно через три четверти часа я пересёк дорогу, которая некоторое время шла в поле почти параллельно моему маршруту, а потом свернула
