возможно, действительно стоит посмотреть на ситуацию под иным углом.
– Но ведь он тоже сотрудник ресторана, как и остальные, почему он ведет себя, как ему заблагорассудится?
Все монстры трудились не покладая рук на кухне или в мастерских, а Хартс занимался своими делами.
– У всех сотрудников разный статус. Хартс занимается другой работой, поэтому имеет определенные привилегии, – ответила Чуча.
– И что это за работа? – спросила Сиа.
Интересно, чем Хартс мог заниматься в ресторане? Вряд ли готовил или разносил еду посетителям.
– Господин Хэдон отправляет его с дарами королеве, которая его прокляла.
Сиа внимательно слушала Чучу. Джейк уже рассказывала ей, что Хэдон был проклят и заболел в наказание за то, что взял на работу ведьму. Но Сиа не знала, что все оказалось намного запутаннее.
– И за это он получил столько привилегий?
Чуча нахмурила лоб и после некоторого раздумья ответила:
– Это невероятно трудно! Королева очень зла на господина Хэдона и Хартса. И каждый раз, когда последний отправляется к ней, она нападает. А могущественнее ее никого на острове нет. Справиться с ней под силу только Хартсу, внутри которого сидит демон.
Сиа внезапно вспомнила раны на теле юноши. Может, они появились как раз после очередной встречи с королевой… Она глубоко вздохнула. Похоже, Хартс тоже не избежал участи садовницы и других сотрудников ресторана. Однако с одним отличием. Он сможет покинуть это место, как только королева смилостивится и Хэдон излечится.
– Чуча, а королева когда-нибудь простит Хэдона? – спросила Сиа, понимая, что бульдожка едва ли могла это знать, но девушке были интересны догадки окружающих.
– Нет, – на удивление категорично ответила она. – Им обоим прекрасно известно, что этот день никогда не наступит. Господину Хэдону нравится мучить Хартса за то, что тот смеет перечить его приказам. А у Хартса нет выбора…
Сиа стало не по себе от невозмутимого голоса Чучи, которая так легко говорила об ужасных вещах.
– Все, кроме Джейк, избегают разговоров о Хартсе. А тебе нормально? – осторожно поинтересовалась Сиа.
– Да, все боятся, что Хартс накажет их, если они будут шептаться за его спиной. Меня-то он никогда не обидит, – с мягкой застенчивой улыбкой ответила бульдожка. – В этом ресторане о моем существовании знает лишь садовница.
Слова Чучи озадачили Сиа.
– Смотри. – Собака на что-то указывала головой.
В густой траве стояла табличка – дорожный указатель со множеством стрелок в разных направлениях. Удивило Сиа то, что некоторые из них указывали на небо или под землю.
– Куда пойдешь? – тихо спросила Чуча.
– Мне нужно в подвал, – ответила Сиа, собравшись с мыслями. Она многое узнала за сегодня, но расслабляться не стоит.
Услышав ее слова, Чуча тут же решительно замотала головой. Складки на ее морщинистом лбу стали еще заметнее, что, казалось, совершенно не беспокоило бульдожку.
– Все дороги ведут в подвал.
– Тогда я пойду самой короткой, – без раздумий ответила она.
Чуча внезапно смутилась. Сиа озадаченно посмотрела на собаку, но та лишь отвела девушку в сторону, не сказав ни слова. Они остановились возле огромной темной ямы. Сиа показалось, что она смотрит в глубокую лужу.
– Это я вырыла, чтобы прятать еду, – смущенно объяснила Чуча.
Сиа подумала, что в таком случае у нее, должно быть, хороший аппетит.
– Подвал Джейк находится в самой глубокой части ресторана. И это самый короткий путь в него.
– Да?
Пока Сиа пыталась понять значение указателей на табличке, Чуча невинно улыбалась.
– Яма глубокая, так что безопасность гарантировать не могу. Зато доберешься быстро! – воскликнула бульдожка и посмотрела на девушку своими огромными милыми глазами.
– Не можешь гарантировать безопасность… – поспешила уточнить Сиа, пораженная услышанным.
Взволнованная и гордая своим творением, Чуча не слушала и намеревалась скорее столкнуть Сиа в яму.
– Нет, Чуча, подожди… – воскликнула та, пытаясь остановить собаку, но безуспешно.
Мгновение – и она с криком полетела вниз, словно в черную дыру. Чуча сверху с гордостью наблюдала за делом своих лап, совершенно не подозревая, в какой ужас повергла новую знакомую. Сиа с невероятной скоростью падала в кромешную тьму. Когда она наконец смирилась с происходящим и даже привыкла, впереди забрезжил свет. Почувствовав опасность, девушка инстинктивно зажмурилась и закричала. Она ожидала, что удар причинит ей боль, но все оказалось не так страшно.
Очутившись на твердой почве, она в замешательстве открыла глаза и наткнулась на чей-то ошеломленный взгляд. Только тогда Сиа осознала, что свалилась прямиком в объятия Джуда.
– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – закричали они в один голос.
Ей хотелось провалиться под землю от стыда.
– Эй! Ты решила, что через дверь заходить слишком просто и надо проломить потолок? Да еще специально мне на голову.
– Зачем мне это делать специально? – ответила смущенная Сиа намеренно громко.
– Ну, конечно, рассказывай!
– Правда! Это все бульдожка! Она только с виду такая невинная.
– Какая еще бульдожка? В следующий раз придумай оправдание получше.
Спор не прекращался. Они осыпали друг друга обвинениями, безуспешно пытаясь разобраться, кто кого первый обнял. Сгущалась ночь, а Сиа с Джудом и не думали заканчивать ругаться.
Хэдон восседал на громадном золотом троне в ночном мраке комнаты. После их встречи с Сиа прошло всего три дня, но за это время он покрылся еще большим количеством глубоких морщин, а его шерсть стала более потной и засаленной. Казалось, он постарел по крайней мере на несколько десятков лет. У него не было сил даже открыть глаз, он сидел полуживой, словно спал.
Тишину нарушил резкий грохот двери. В комнату тонкой дорожкой проник луч света, наступая на который внутрь зашел юноша. С его плеч, словно осенние листья, спадали перья ворона.
– Ты опоздал, Хартс! Я давно сказал Луи привести тебя, – первым заговорил Хэдон.
Он не шевелил губами и не жестикулировал, как тогда, при разговоре с Сиа. Голос, казалось, разносился эхом по всему его телу.
– Я отдыхал, – дерзко ответил Хартс, не испытывая ни малейших угрызений совести.
Впрочем, Хэдон уже заинтересовался другим. Он рассматривал многочисленные следы крови на его рубашке.
– В этот раз ты сильно ранен, – сказал он, но в голосе слышалось удовлетворение, а не тревога.
Хэдону доставляло удовольствие созерцать раны Хартса, с которыми он каждый раз возвращался из дворца королевы. Достойное наказание за дерзость. Удивительно, что Хартс всегда выглядел спокойно, будто совсем не испытывал боли.
– Тебе, похоже, повезло. Наверное, королева тебя пожалела, – недовольно сказал Хэдон.
Хартс поднял голову и встретился с ним взглядом.
– Что так смотришь? Расстроен, что ран немного? – вызывающе спросил он, однако выражение его лица было таким же холодным, как у Хэдона. – На самом деле со мной произошла одна неприятная история, – проговорил Хартс и снял
