А он сам? Ведь стоит ей только улыбнуться, как он готов мир перевернуть, лишь бы только эта улыбка появилась на ее лице еще раз. Она даже начала сниться ему! И порой в этих снах с ним происходит такое, что даже отрывочные воспоминания рождают дрожь во всем теле. Вот и сейчас, стоит ему только лечь в постель и закрыть глаза, как ее образ тут же заслонит собой все то, что совсем еще недавно казалось важным и значимым. Ее глаза цвета покрытых инеем гиацинтов, пушистые ресницы, чувственные губы, длинные тонкие пальцы, маленькие, словно у ребенка ступни… Как же ему хочется зарыться лицом в ее волосы, почувствовать запах кожи, дотронуться губами до аккуратного розового ушка…
Еще ни одной женщине не удавалось взять над ним такую власть, и те чувства, что он испытывал, озадачивали и пугали его. Даже самому себе он боялся признаться в их истинной природе! И все же что-то с ней не так. Кто она, эта удивительная во всех отношениях девушка? Нигде и никогда он не встречал подобных ей! Великолепное знание французского, манеры, которым могла бы позавидовать особа королевской крови, ясный ум, прекрасное знание литературы, живописи. И обладая всем этим, она работает всего лишь няней!
Бросившись ничком на кровать, он пытался думать о чем-нибудь другом, но коварные мысли вновь возвращали его к ставшей единственно нужной на свете женщине.
Решено, он поговорит с ней завтра же или, вернее, послезавтра. Нет, когда вернется из Вашингтона. Да, правильно. За то время, что ее не будет рядом, он сможет более трезво оценить свои чувства и, если все останется прежним, признается ей в любви.
Едва дождавшись отъезда Дэниела в аэропорт, Джессика вернулась в дом и без сил опустилась в стоявшее в холле кресло. Как же она ждала этого момента и как ей стало плохо, когда он наступил! Это было абсолютно неправильно, отвратительно и неправдоподобно, но она ничего не могла с собой поделать! Все шло не так! Она сама все глубже погружается в пучину чувств, в то время как Дэниел Тейлор не сделал ни одной попытки сблизиться с ней! Она стала заложницей собственной глупости и самонадеянности, но, как выпутаться из сложившейся ситуации, не знала. Его взгляд преследовал ее по ночам, не давал спать и заставлял желать невозможного. Глухо застонав, Джессика сжала пылающую словно в огне голову и попыталась вызвать в душе прежние, приведшие ее сюда чувства. Но все, что она испытывала раньше, бесследно исчезло. И самым странным было то, что теперь, когда душа ее уже не напоминала выжженную пустыню, она была еще более несчастна, чем прежде. Тогда ей было для чего жить, сейчас же она ощущала себя потерявшимся во тьме ребенком.
Закрыв глаза, она видела Дэниела внутренним взором так же ясно, словно он был рядом. Как же ей хочется испытать силу его рук, нежность губ, сладость поцелуя… Почему?! Ну почему все получилось совсем не так, как она задумала? Из-за него умер отец, так почему же она готова простить — и не только простить, но и оправдать?
Все с самого начала пошло не так! И этот малыш, Кевин, стал так дорог ей! Маленький упрямец! Будь он ее сыном, она и тогда вряд ли бы смогла любить его больше, чем сейчас. У них уже появились свои секреты — и самый главный из них: покупка рождественского подарка для Дэниела.
Мысли о мести постепенно вытеснились из ее сознания, и она не делала ничего, чтобы вернуть их обратно. Лукавя с собой, говорила, что вернется к ним позже, но в глубине души знала, что вряд ли уже сможет жить и думать так, как раньше. Прошлое постепенно выпускало ее из своих объятий, и вопреки всему ей так хотелось любить и быть любимой…
Неожиданная трель телефонного звонка заставила Джессику вынырнуть из пучины обуревавших ее чувств, и, едва предположив, кто звонит, она чуть было не отбросила телефон в сторону. Все что угодно, но только не разговор с Дэниелом! Сейчас, когда она в таком состоянии, ее голос наверняка скажет ему о том, о чем сама она боится даже думать. А боится она думать о том, что любит этого мужчину, любит так, что готова простить и просить прощения сама!
Но, неожиданно подумала она, что, если подобные чувства испытываю лишь я одна? Что, если он испытывает ко мне лишь благодарность за мое отношение к Кевину? Что, если я стала заложницей собственных фантазий?
Сомнения переполняли ее душу, и ей больше всего на свете хотелось очутиться как можно дальше от «Фледжберри». Родной дом перестал быть ее союзником, и она уже не получала успокоения в его стенах.
Еще одна настойчивая трель, но у нее нет даже сил вытащить телефон из кармана. Рука тяжелая, словно свинцовая, и мысли ворочаются в голове, как огромные камни, и кажется, что она даже слышит издаваемый ими скрежет. Телефон все звонил, и, не в силах больше выдерживать эту пытку, она, не глядя на экран, нажала кнопку ответа.
— Привет, Джесс. Неужели ты еще спишь? По моим расчетам, в Нью-Йорке уже десять утра, или я ошиблась? — услышала она бодрый голос Сандры Уилсон.
— Сандра! Если бы ты только знала, как я рада тебя слышать! Как поживаешь?
— Вообще-то не очень. После твоего ухода из журнала я нигде не могу найти мало-мальски приличного дизайнера. Просто катастрофа какая-то. Все хотят получать большие деньги, но при этом никто не хочет работать. Приходится буквально шкуру спускать, чтобы они делали хотя бы то, что я им говорю. А как продвигаются твои военные действия?
— О, Сандра!
Прозвучавшие в голосе Джессики слезы сказали Сандре куда больше слов. Бедная девочка! Как же ей плохо там одной!
— Ты была права, Сандра, когда говорила о бесполезности моей затеи. Если бы я только могла предположить, чем все это закончится, то никогда бы не уехала из Лондона!
— Я что-то не совсем понимаю… Он что, узнал тебя?
— Нет! Но вместо того, чтобы влюбить его в себя, я влюбилась сама! Я люблю его, Сандра! Понимаешь? Люблю! Но это неправильно! Из-за него умер в тюрьме мой отец, а я схожу с ума от любви к нему!
— Успокойся, Джесс. Успокойся и постарайся выслушать меня внимательно. С чего вообще ты взяла, что Дэниел Тейлор имеет хоть какое-то отношение к тому, что произошло с Ричардом? Дэниел не владелец банка, он всего лишь исполнял порученную ему работу. Вспомни, это ведь не из-за него обанкротился твой отец и не он упрятал его в тюрьму. А ваша первая встреча в аэропорту всего лишь роковое стечение обстоятельств. После этой встречи ты была полна предубеждений к нему, плюс вся эта история с твоим домом. Прошу тебя, Джесс, попробуй пересмотреть свое отношение ко всей этой истории. Позволь прошлому хоронить своих мертвецов, живи настоящим. Не позволяй ненависти иссушить твою душу, потому что в конечном итоге наиболее пострадавшей стороной окажешься именно ты.
