— Это папа, Аманда?! — услышала она взволнованный голос Кевина.
— Да, это он. Думаю, тебе стоит пойти поздороваться с ним.
— А ты спустишься вниз?
— Да, Кевин, но чуть позже.
Дождавшись ухода мальчика, Джессика мысленно повторила все, что намеревалась сказать сегодня Дэниелу, и, как только услышала шум в коридоре, вышла из детской. Увидев державшего за руку отца Кевина, Джессика почувствовала ноющую боль в груди.
Как же мне будет недоставать этого малыша и этих чудесных вечеров! — прозвучало у нее в голове.
— Аманда! Добрый вечер. Надеюсь, тебе было не очень трудно с Кевином?
О господи! Ну что я несу?! Разве это я хотел сказать и разве о такой встрече мечтал?
— Добрый вечер, мистер Тейлор. Кевин прекрасный ребенок, и мне совсем не было трудно с ним. Вы будете ужинать? Миссис Браун взяла выходной, но мы с Кевином сами приготовили вам ужин. Пиццу, пепперони и фруктовый салат.
— Звучит заманчиво, и, хотя я что-то ел в самолете, от пиццы, пепперони и салата отказаться не могу.
— Тогда ждем вас внизу через четверть часа, мистер Тейлор.
Дэниел едва дождался ухода Кевина в свою комнату. С одной стороны, он ужасно соскучился по нему, с другой же — ему хотелось остаться наедине с Амандой. Какое счастье, что существуют компьютерные игры. Никакая другая сила не смогла бы заставить Кевина уйти к себе.
— Мисс Льюис, Аманда, я хотел бы поговорить с тобой. — Язык словно прилип к гортани, и, чтобы продолжить разговор, Дэниелу пришлось залпом выпить стакан воды. — Аманда…
— Да, я слушаю вас, мистер Тейлор. Вы хотите сказать мне что-то насчет Кевина?
— Да, вернее нет. В общем… это касается не только Кевина, а всех нас, — придя наконец в себя, произнес он.
Пусть, пусть сам скажет о том, что в его жизни вновь появилась эта женщина! Она ни за что не станет помогать ему в этом!
— Может еще кофе, мистер Тейлор? — делая вид, что не замечает его волнения, произнесла Джессика.
— Да, спасибо! — обрадовавшись передышке, воскликнул Дэниел. — Ты варишь прекрасный кофе, Аманда. Одно не могу понять, как это тебе удается. Миссис Браун вроде бы делает все так же, но у нее он никогда не получается таким вкусным.
Что-то не так. Он не мог понять что, но чувствовал нечто особенное в воздухе. Окружающее пространство было словно пронизано электрическими разрядами, и казалось, что вот-вот прогремит гром. Куда делись чудесная, способная согреть душу улыбка, мягкий, слегка ироничный взгляд, звонкий как колокольчик смех? Откуда эта холодная сдержанность? А главное, это чувство, что она намеренно держит его на расстоянии?
Она волнуется! — понял вдруг он. Волнуется не меньше, чем я сам, и потому так странно ведет себя.
— Аманда, мне действительно нужно сказать тебе нечто важное, но я не знаю, с чего начать. А потому волнуюсь как мальчишка. — Я…
— Можете не продолжать и ни о чем не беспокоиться, мистер Тейлор! — не в силах более ждать, воскликнула Джессика. — Я покину «Фледжберри» завтра же. Насчет Кевина можете не волноваться, я позвонила в агентство — и уже завтра у мальчика будет новая няня.
— Но почему? Зачем? — ошеломленный услышанным, пробормотал он.
— Ваша жена… в общем, я все понимаю и не хочу становиться ни у кого на пути.
— Моя жена?! Но она-то тут при чем?! — еще не придя в себя от услышанного, воскликнул Дэниел.
— Спросите у самого себя, мистер Тейлор. И у вашей жены. У нее, кстати, довольно приятный голос. Вместе вы прекрасно смотритесь. Не понимаю, зачем вообще нужно было разводиться.
Вытащив из кармана джинсов сложенную в несколько раз газетную статью, Джессика положила ее на стол и, чтобы хоть чем-то занять себя, принялась снимать кожуру с апельсина. Нужно было уйти, но что-то держало ее.
Молча развернув вырванный из газеты лист, Дэниел сразу же увидел напечатанную на первой полосе фотографию. Мерзкий папарацци! Если бы только можно было предположить, что снимок будет опубликован в столь короткий срок, он бы придушил ублюдка собственными руками! Наверняка все это дело рук Клэр! И на звонок Аманды ответила она! Ответила в тот самый момент, когда он был в ванной.
— Все это сплошное недоразумение, Аманда.
Недоразумение?
Джессика почувствовала, как пол уплывает у нее из-под ног. Недоразумение то, что она вернулась сюда и позволила себе влюбиться в этого человека! И что из того, что она и сейчас, несмотря ни на что, безумно влюблена в него?! Напрасно! Все напрасно! Недоразумение! Но теперь никому и никогда она не позволит больше причинить себя боль!
— Аманда, поверь мне, прошу тебя!
— У меня нет ни сил, ни желания верить вам, мистер Тейлор.
— Ты должна верить мне, Аманда, ведь я люблю тебя!
На несколько бесконечно долгих мгновений мир вокруг Джессики наполнился странной тишиной, которую не могли нарушить никакие звуки из внешнего мира.
Это не может быть правдой! — с быстротой молнии пронеслось у нее в голове. Нельзя верить таким, как он! Люди, подобные Дэниелу Тейлору, только и умеют, что причинять боль.
Неожиданно Джессике захотелось проверить искренность и правдивость сказанного, и, глядя Дэниелу прямо в глаза, она произнесла:
— Посмотрим, куда денется ваша любовь, мистер Тейлор, после того что я скажу вам! Мое настоящее имя Джессика Крафт, и мое появление в этом доме отнюдь не случайно.
— Джессика Крафт?! Но почему? Зачем?
Никогда еще Джессика не видела у Дэниела такого выражения лица. Глаза, в которых сосредоточилась вся боль мира, а затем вдруг пустота, словно случилось непоправимое и жизнь покинула их. Дэниел все молчал, и тогда, не в силах больше выносить оглушающую тишину, она воскликнула:
— Да! Да! Да! Я обманом проникла в этот дом! В мой дом! Хотела отомстить! Хотела, чтобы ты испытал такую же боль, как и я!
О господи! Что же я наделала?!
Никогда еще Джессике не было страшно так, как в этот момент. Звук упавшей на пол обтянутой бархатом коробочки был подобен взрыву, но тут же другой звук привлек ее внимание. Обернувшись, Джессика увидела совсем близко от себя глаза Кевина. И в них зеркально отразились те же чувства, которые она только что видела на лице Дэниела. Мгновение — и вот уже она слышит, как затихают где-то вдали то и дело срывающиеся на бег шаги. Уже не слыша, что говорит ей Дэниел, она бросилась вслед за Кевином. Этот мальчик! Он не должен отвечать за их с Дэниелом грехи! И она не позволит ему вновь влезть в ту скорлупу, из которой с таким трудом вытащила.
Добежав до конца коридора, Джессика на секунду остановилась, но тут же звук хлопнувшей входной двери подсказал ей, куда двигаться дальше. Скорей! Ну, пожалуйста, скорей! Ноги словно ватные столбы, они едва передвигаются, и нет никакой надежды заставить их двигаться быстрей! Как, ну как она могла быть такой глупой?! Бедный мальчик! Он верил ей, а она… И Дэниел! Он так смотрел на нее, словно видел впервые в жизни! Зачем? Ну зачем она пошла на поводу у своих эмоций, почему не послушалась голоса сердца?!
