хотим закона, потому что все мы потенциальные нарушители закона.
Очень длинное вышло отступление в психологию, поэтому я лишь коснусь того, какую большую роль играло это стремление к превосходству и господству в сексуальных практиках человечества. В этой области взаимные хвастовство и заверения становятся подручными средствами для значительного ослабления этого эгоистического позыва. Но главный мотив этого отступления в том, чтобы подчеркнуть тот факт, что обобщение наших «Военных Целей» в Декларации прав, хотя и чрезвычайно упростит вопрос о войне, не устранит ни открытой и искренней оппозиции, ни бесконечных вероятностей предательства и саботажа.
Это не отменяет и того факта, что даже тогда, когда в нашей борьбе мы на первый взгляд решительно продвинемся к всемирной социал-демократии, нас еще могут ждать очень большие остановки и разочарования, прежде чем она станет эффективной и благотворной мировой системой. Бесчисленное множество людей, от магараджей до миллионеров и от пуккха-сахибов[35] до хорошеньких дам, возненавидят новый мировой порядок, почувствуют себя несчастными, лишившись из-за него своих страстей и амбиций, и готовы будут умереть, протестуя против него. Когда мы пытаемся оценить его перспективы, мы должны держать в уме терзания целого поколения недовольных, среди которых будет немало воспитанных и приятно выглядящих людей.
И будет нелегко свести к минимуму потери эффективности при процессе передачи всей славы и гордости административной работы от имеющих вклады, высокооплачиваемых людей с напоказ большими расходами и социально амбициозными женами относительно менее щедро оплачиваемым людям с более высоким уровнем самокритики, сознающим, что их будут уважать скорее за исполнение работы, чем за то, сколько они получают от нее. В период передачи будет много социальных неурядиц, трагикомедий и потерь эффективности, и к этому лучше быть готовым.
Тем не менее, сделав скидку на эти преходящие потрясения, мы можем все с той же достаточной уверенностью ожидать определенных этапов наступления Мирового порядка. Война и страх войны приводят повсюду к концентрации огромного числа рабочих на военных работах и строительстве наступательных и оборонительных сооружений всех видов, на судостроении, строительстве внутренних коммуникаций, передвижных сооружений, укреплений. Будет происходить большое накопление и контроль как материалов и производственных мощностей, так и рук, поднаторевших в обращении с ними. По мере того, как станет таять возможность окончательной победы и военная неразбериха станет перерастать из своего исключительно воинственного этапа в революцию, и будет созван своего рода Мирный конгресс, для правительств сделается не только желательным, но и необходимым направить эти ресурсы и рабочие руки на социальное восстановление. Будет очевидно опасным и бездарным лишать их работы. Уж к настоящему времени правительства должны были усвоить, что такое безработица как исток общественного разлада. Правительства должны будут представить миру план строительства мирной жизни, хотят они того или нет.
Но их спросят: «Где вы возьмете кредиты, чтобы сделать это?» Как ответ на этот вопрос, мы должны еще раз напомнить, что деньги – это средство, а не цель. У мира будет достаточно материальных и рабочих ресурсов, необходимых для повсеместного восстановления его жизни. И все они просто взывают о том, чтобы их использовали. Функция современной денежно-кредитной системы состоит или, во всяком случае, состояла в том, чтобы свести рабочих с материалом и стимулировать их объединение. Эта система всегда оправдывала свое существование тем, что без нее здесь не обойтись, и если она существует не для этой цели, то для чего она тогда существует и какая в ней тогда надобность? Если теперь финансовый механизм не сработает, если он ответит нам non possumus[36], то он в открытую отречется от своих обязательств.
И тогда его нужно устранить с дороги. Он заявит, что планета прекратила вращаться, а истина будет заключаться в том, что прекратило вращаться Сити. Обанкротились конторы. Вот уже долгое время все большее число людей хочет знать, что такое всемирная контора, наконец-то добравшись до таких фундаментальных вопросов, как «Что такое деньги?» и «ЗАЧЕМ НУЖНЫ банки?». Немножко расхолаживает, но и ободряет то, что никаких внятных ответов мы так и не получаем.
Казалось бы, что уже давным-давно кто-нибудь из многих великих банкиров и финансовых экспертов нашего мира мог бы выступить с ясным и простым обоснованием современной денежной практики. Он бы продемонстрировал, насколько разумна и надежна наша кредитно-денежная система. Он бы объяснил, в чем ее временные трудности и как снова заставить ее работать, наподобие электрика, ремонтирующего свет. Он избавил бы нас от растущего беспокойства за наши деньги в банке, за наш маленький беличий запас ценных бумаг, за сдувающийся спасательный пояс того недвижимого имущества, которое должно было бы обеспечить нашу независимость в конце жизни. Но никто слова не берет. Можно вспомнить лишь недавнего Бэджгота[37]. До все большего и большего числа людей доходит, что это вовсе не система и никогда ею не было, что это скопление условностей, обычаев, случайных достижений и ответных потерь, которое сейчас все больше и больше скрипит и раскачивается и проявляет все признаки полного и ужасающего социального краха.
Большинство из нас до последнего момента верило, что где-то среди банков и городских контор в некоем подобии всемирной бухгалтерии существуют бухгалтерские книги, слишком, возможно, многочисленные и запутанные, но в конечном счете правильные. Только теперь до уютно себя чувствовавших порядочных людей доходит, что в конторе царит отчаянная неразбериха, что коды, похоже, утеряны, поступления внесены неправильно, дополнения заблудились вне колонок, записи сделаны исчезающими чернилами.
Вот уже много лет мы имеем большую и ширящуюся литературу о деньгах. Она очень разнообразна, но имеет одну общую характеристику. Сначала следует стремительное разоблачение существующей системы как неправильной. Затем идет бойкая демонстрация новой системы, которая является правильной. Пусть будет сделано то или это, «пусть нация владеет своими собственными деньгами», и все будет хорошо. Эти разнообразные учения и доктрины выпускают периодические издания, организуют шествия (рубашка определенного цвета прилагается), собрания, демонстрации. Они полностью игнорируют друг друга и во всем друг другу противоречат. И у всех этих без исключения денежных реформаторов проявляются симптомы крайнего умственного истощения.
При этом их умы постоянно грызет тайное сомнение, не подведет ли их, неким тонким и коварным образом, их собственный правильный «план», панацея, если испытать его на практике. Внутренняя борьба с этой невыносимой тенью проявляется в их поведении. Их письма и памфлеты, за редким исключением, донельзя схожи с письмами, которые получаешь от сумасшедших, включая использование заглавных букв и ругательств. Они поднимают крик при малейшей провокации или просто без повода. Они кричат не столько на доводящего их до белого каления читателя, упрямо не желающего принимать их
