тайным поджигателям войны среди немецкого народа после ее пакта с Москвой.
Избавленная от экономических тягот и ограничений, которые парализовали ее восстановление после 1918 года, Германия может найти полный и удовлетворительный выход энергии своих молодых людей в систематической коллективизации, сознательно и неуклонно повышая общий уровень жизни, показывая России пример эффективности и заставляя невнятную «политику» и дискурсивную невнимательность Атлантического мира сосредоточиваться на реалиях жизни. Идея снова раздробить Германию на отдельные куски, чтобы на неопределенный срок отложить ее окончательное восстановление – мечта псевдодемократического бездельника, диаметрально противоположная мировому переустройству. Нам нужны особые качества ее народа, и чем скорее она поправится, тем лучше для всего мира. Нелепо возобновлять политику сдерживания Германии только для того, чтобы старый порядок мог еще несколько лет потакать своим слабостям в Англии, Франции и Америке.
Сохраняющийся страх перед германской военной агрессией может оказаться не так уж плох для малых государств Юго-Восточной Европы и Малой Азии, поскольку сломит их чрезмерный национализм и побудит работать совместно. Политика здравомыслящего человека должна состоять в том, чтобы приветствовать все возможные эксперименты в международном сотрудничестве, и чем больше наднациональные взаимопонимания будут пересекаться и накладываться друг на друга, тем лучше. Он должен с неутомимой бдительностью следить за деятельностью своего Министерства иностранных дел, чтобы уловить любые признаки того макиавеллиевского духа, который разжигает разногласия между разными правительствами и народами и постоянно злоумышляет против прогрессивного продвижения в человеческих делах, превращая его в неустойчиво покачивающееся равновесие сил.
Эта книга – обсуждение руководящих принципов, а не бесконечных специфических проблем регулировки, возникающих на пути к всемирной реализации коллективного единства. Просто упомянем старую идею Наполеона Третьего, Латинский союз, как возможность возникновения в испанской и португальской Южной Америке ситуации, параллельной тому наложению друг на друга Доктрины Монро и европейских метрополий, как мы имеем на практике в случае Канады. Не буду распространяться и о многочисленных возможностях честного применения Декларации прав человека к Индии и Африке и особенно к тем частям мира, в которых разных оттенков черные народы начинают осознавать реальности расовой дискриминации и угнетения.
Я мимоходом предостерегу вас от любого макиавеллиевского подхода к проблеме Северной и Восточной Азии, к которому англичане могут обратиться из-за своей въевшейся русофобии. Советский коллективизм, особенно если в настоящее время он станет более либеральным и плодотворным благодаря избавлению от его нынешней одержимости Сталиным, может очень эффективно распространиться по всей Центральной Азии и Китаю. Любому, кто продолжает мыслить категориями бесконечного соперничества держав за господство во веки веков, союз с Японией, насколько возможно свирепой и милитаризованной Японией, покажется самым естественным выбором из всех возможных. Но для любого, кто осознал реальность нынешнего положения человечества и настоятельную потребность мировой коллективизации, всеобщее объединение станет тем, что стоит приветствовать, обсуждать и чему способствовать.
Старое пугало российских «замыслов насчет Индии» также может сыграть свою роль, искажая азиатскую ситуацию в глазах многих людей. Тем не менее, сто лет смеси презрения, эксплуатации и редких случаев подлинной помощи должны были научить англичан, что окончательная судьба сотен миллионов индийцев зависит теперь не от завоевателя-правителя, а полностью и исключительно от способности индийских народов сотрудничать в мировой коллективизации. Они могут многому научиться на заповедях и примерах и из России, и англоязычного мира, но времена простых решений в виде либо бунта, либо смены хозяина для облегчения участи прошли. Индия должна решить для себя, собственными нескудными мозгами, как ей выбраться из хаоса и каков ее собственный путь участия в борьбе за мировой порядок, начав со стартовой линии британского владычества. Никакая внешняя сила не сумеет это сделать за индийские народы или заставить их сделать это, если у них к этому не будет воли.
Но я не буду и дальше блуждать среди этих постоянно меняющихся проблем и возможностей. Это, так сказать, побочные случайности и вероятности. Некоторые из них огромны, но все равно остаются второстепенными. Сейчас приблизительно каждый год каналы политики смещаются так, что карты нужно составлять заново. Действия и реакции здравомыслящего человека в любой конкретной стране и в любое конкретное время всегда будут определяться преобладающей концепцией светского движения к единому мировому порядку. Это будет основной постоянной целью всей его политической жизни.
Существует, однако, еще одна линия мировой консолидации, на которую следует обратить внимание, прежде чем мы завершим этот раздел, и это то, что мы можем назвать специализированными международными системами. Основная идея ad hoc интернационализма превосходно изложена в «Международном правительстве» Леонарда Вульфа[30], классике, опубликованной в 1916 году, которая читается все с той же большой пользой.
Типичной специальной организацией является Почтовый союз, который Дэвид Любин[31], блестящий и недооцененный мыслитель, мечтал расширить так, чтобы он контролировал судоходство и уравнял стоимость по всему миру. Он основывал свои идеи на практическом опыте работы с почтовыми заказами, которая принесла ему весьма значительное состояние. От проблемы регулирования грузоперевозок он перешел к идее подконтрольного анкетирования мирового производства, еженедельно и ежемесячно, с тем чтобы можно было предвидеть и вовремя устранить нехватку здесь или избыток там. Он осуществил эту идею в форме Международного института сельского хозяйства в Риме, который в период своего расцвета заключал договоры как независимая и суверенная сила для обеспечения доходов, почти со всеми правительствами на земле. Война 1914 года и смерть Любина в 1919 году остановили развитие этого замечательного и наиболее вдохновляющего эксперимента в области ad hoc интернационализма. Его история, несомненно, должна стать частью обязательного образования каждого государственного деятеля и публициста. И все же никогда в жизни я не встречал профессионального политика, который бы что-то знал или хотел знать об этом. Он не боролся за голоса; его представлялось затруднительным обложить налогом… следовательно, какой от него толк?
Другая специальная организация, которая могла бы значительно расширить свои функции – Старшие Братья Тринити-Хауса, контролирующая маяки и картографирование морей по всему миру. Но книга мистера Вульфа нуждается в очень существенном пересмотре и расширении, и, даже без оглядки на военные потрясения, которые задержали, а в некоторых случаях и обратили вспять развитие специальных международных сетей, сейчас у нас не хватит сил и размаха, чтобы довести до наших дней их историю, начиная от международных деловых картелей, научно-технических организаций, пресечения торговли белыми рабами и международного сотрудничества полиции, и до медицинских служб и религиозных миссий. Точно так же, как, о чем я уже говорил, Соединенные Штаты и Великобритания могут неожиданно проснуться при полном социализме, так и мир может обнаружить, к своему великому удивлению, что он уже практически является космополисом благодаря расширению и переплетению
