Начальник разведки и главный аналитик согласно отбросили второй вариант — с предварительной базой. "План — первая жертва боя" — подумала об этом Минни Тауэр, тщательно собираясь с духом. Настал момент изложить генералу выстраданную ночами разработку, которая даже в отчет не попала — мало ли кто сунет нос в бумагу, а делиться удачей с конкурентами Минни Тауэр, конечно же, не хотела.
— Я осмелюсь предложить Вашему вниманию совершенно бескровный и абсолютно легальный способ захватить всю планету Арда. Способ, к которому никто из соседей не сможет придраться. Даже если они повторят наши действия, стартовое преимущество моего способа выиграет гонку для Дома Куриту, — так начала госпожа главный аналитик. Удивленный словами "бескровный" и "легальный", господин Нгуен Бань вскинул брови. Госпожа Минни Тауэр насладилась произведенным эффектом, и уронила всего одно слово:
— Ассимиляция.
Генерал сделал движение горлом, как будто подавился, и уставился на психолога с немым вопросом. Минни Тауэр объяснила:
— Команда Кога-рю — наш союзник, практически вассал. Мы можем наполнить планету людьми, которых не нужно будет впихивать в игровые команды тайно. Конечно, мы вербуем информаторов, агентов влияния, и так далее. Наверняка остальные Великие Дома делают то же самое. Но с захватом более простая процедура. Мы законным образом подадим документы на стажировку нужного нам количества людей. Все наши люди отправятся стажироваться в Кога-рю, поскольку никаких ограничений или правил распределения на этот счет Арда так и не удосужилась написать, а пока они спохватятся, пока отмитингуют, пока договорятся до чего-нибудь, все нужные люди уже прибудут на место. Наш союзник и помощник, даймие Даймие — одно из названий владетельного феодала в Японии. Европейский аналог — князь, герцог или граф. То есть, такие феодалы, которые уже имеют в подчинении собственных благородных вассалов, не только крестьян. Кога-рю, быстро зачтет всем нашим стажировку за месяц или два, вместо полугода — это все законно…
Минни Тауэр глубоко вдохнула, мысленно вознесла краткую молитву отцу, и выложила главную идею:
— А потом эти люди захватят всю планету в рамках Игры. Законы Арды написаны так, что команда, подчинившая другую команду по Игре, может очень сильно повлиять и на неигровую ее жизнь.
Наступила оглушающая тишина. Нгуен Бань по-рыбьи жевал губами. Минни Тауэр впилась в него напряженным взглядом. Высококлассный разведчик понимает суть по одному-двум словам; разжевывать нет нужды. Если сейчас начальник разведки не улыбнется или не произнесет что-нибудь типа: "Расскажите мне об Игре" — значит, план не одобрен.
— Ваш замысел блистателен, но ненадежен… — после долгого молчания произнес младший генерал Нгуен Бань. — Жаль огорчать Вас, но играть мы не можем — слишком велика цена ошибки.
И тогда Минни Тауэр впервые за пятнадцать лет расплакалась.
Кое-как свернув разговор, Нгуен Бань отправил Минни Тауэр обратно в отдел. Генерал понимал, что работать она сегодня все равно не сможет. Но дома ее никто не утешит, а потому пусть лучше занимается привычными делами — хоть какое-то облегчение.
Через несколько дней состоялось запланированное большое совещание у командующего. Предлагать на нем идею Минни Тауэр ее начальник счел неуместным — не у всех военных гибкий ум разведчика. В ходе обсуждения столь непривычного плана генералитет вывалит на автора идеи массу презрения и непонимания. Если же Минни Тауэр услышит подобную критику, то окончательно утратит душевное равновесие и веру в себя. И тогда аналитический отдел — а затем и всю разведку армии — посетит мохнатый зверек с птичьими крыльями, изображаемый на мелких монетах Арды.
Летучий песец.
Таким образом, оригинальное предложение Минни Тауэр даже не обсуждалось. Дом Куриту принял план, состоящий из трех частей. Кодовые названия этапов звучали так: "Серая Сирень", "Бурый Барсук" и "Малиновый Мост".
В самом начале следовало просто ввести войска, изо всех сил делая вид, что войны никакой нет; просто одни чиновники почему-то сменяются другими, да колонны боевых роботов вышли погулять по дорогам.
Однако высаживались далеко не все накопленные силы. Всякому военному известно, что армия состоит минимум из трех корпусов, да каждый корпус еще из трех дивизий, да в каждой дивизии по три полка — итого девять полков в корпусе, и трижды девять в армии; но армия-то у нас ударная, и дивизии в ней усиленные, оттого и корпуса не совсем обычные. Поэтому полный генерал Фудо-ме Синоби имел тридцать полков по шестьдесят пять роботов в каждом, а на Арду высаживал лишь два полка, общим счетом сто тридцать роботов. Как будто человек, пробующий воду в реке кончиком пальца, прежде чем бухнуться в нее всем телом. Оставшиеся двадцать восемь полков назначались чутко отслеживать поведение соседних Великих Домов, и карать тех, которым придет в голову чинить помехи. Кроме того, случись непредвиденные осложнения на самой Арде, не будет недостатка в готовых к бою резервах.
Основателя ни в коем разе не собирались брать в плен немедленно. Во-первых, промышленники наверняка приставили к Александру Валле высококлассную охрану; в схватке с ней драгоценную голову могли запросто прострелить шальной пулей. Во-вторых, Дом Куриту планировал не кратковременный набег, а завоевание. Ожидалось, что после того, как Дом Куриту захватит прыжковые точки Ткораблей, космопорты и орбиту Арды, введет войска во все крупные города, Основателю просто не останется выбора, кроме как признать новую власть. Александр Валле, конечно, мог попытаться покончить с собой, но на этот риск приходилось идти. С тем же успехом Основатель мог бы совершить самоубийство и пленным.
Так что после захвата ключевых точек лепестки "Серой Сирени" осыплются, и управление перейдет к хозяйственному зверю — "Бурому Барсуку".
По этому знаку барсуки-провокаторы выйдут из нор, соберут вокруг себя всех недовольных, и всеми силами толкнут их к восстанию. "Барсуков" хватало: в точном соответствии с рекомендациями разведки, агентуру уже лет пять внедряли под видом поселенцев во все крупные города и в те команды, которые не слишком шарахались от чужаков. Удавалось это не везде, но для успеха "Бурого Барсука" достаточно было любого вооруженного выступления против Дом Куриту. Любая сколь угодно мелкая стычка развяжет руки Дому, позволит ему железной пятой растоптать мятежников, назначить удобное правительство, разместить свои гарнизоны во всех важных пунктах, построить должные укрепления, и таким образом, упрочить свою власть над планетой — зарыться в землю, подобно основательным барсукам. И пусть партизаны прячутся по лесам: Дом не собирался расходовать людей, технику и силы на бесполезный героизм, отлавливая ветер в поле. Придет зима, потянутся партизаны из землянок к теплу — тут-то их и начнут вязать поштучно егерские патрули. Рано или поздно Сопротивление уничтожат, либо приведут в такое состояние, из которого оно уже никак не помешает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
