— Не входите! — невнятно приказала она. — Я не в состоянии объяснить вам все, что скажу… Папа когда-то нашел Дэна Барри, спас его. И между ними есть нечто, чего никто из нас не понимает. Но я знаю, что он способен помочь отцу. Я уверена, что отец вне опасности, когда Дэн рядом с ним.
— Приятный предрассудок, — кивнул доктор, — но медицина, моя дорогая мисс Камберленд, не принимает в расчет подобные заявления.
— Доктор Бирн, — с трудом произнесла девушка, — я настаиваю. Не просите меня объяснить.
— В таком случае, — холодно ответил Бирн, — я не отвечаю за то, что случится.
Кети слабо махнула рукой:
— Загляните туда сейчас, и если отец не спокоен, то войдите к нему.
Доктор Бирн подчинился, тихо приоткрыв дверь. Джо лежал на кушетке. Одна рука старика, как обычно, покоилась на груди, другую сжимали руки Барри. Старый ковбой спал. Да, сомнений не оставалось, что впервые за много дней Джо крепко спал. Истощенная узкая грудь равномерно поднималась и опускалась, когда Камберленд делал медленные и глубокие вдохи; глаза закрылись, не отмечалось и конвульсий, свидетельствовавших о напряжении нервов и ума и не дремавших в спящем теле. Барри нагнулся к старику, словно пристально вглядываясь в закрытые глаза. Он смотрел изучающе, напряженно ожидая чего-то, словно бегун на старте или носильщик, поднимающий тяжелый груз. Бирн вдруг догадался каким-то таинственным образом, что Барри посылал через свои ладони в тело Камберленда постоянный поток нервной энергии — электрической субстанции. Чушь, разумеется. Полным бредом являлось бы также думать, что большая собака, не отрывавшая глаз от хозяина, понимала происходившее лучше, чем тренированный мозг врача. Тем не менее Рэндалл Бирн не мог освободиться от этой иллюзии, невзирая на весь свой скептицизм.
Он не сомневался, что открыл дверь совершенно бесшумно, но вскоре голова Барри медленно повернулась, и Бирн снова увидел ужасные желтые глаза. В тот же миг больной слабо застонал. Доктор очень тихо закрыл дверь и повернулся к Кети.
— Я не понимаю. Это невозможно! — прошептал он.
— Никто не понимает, — невесело улыбнулась девушка. — Даже не пытайтесь, доктор Бирн. Ложитесь в постель и спите. Если вам удастся. Спокойной ночи.
— Но вы, — Бирн рванулся следом, — почти так же больны, как и ваш отец. Я ничего не могу сделать для вас?
— Вы? — удивленно спросила Кети. — Нет, ничего.
— Но вы так бледны. И вы вся дрожите, мисс Камберленд.
Кети, казалось, ничего не слышала.
— Он останется? Он останется до утра? — быстро спросила она.
— Я увижу, если он останется, — сказал доктор. — Если хотите, я посижу здесь и прослежу.
Девушка снова загадочно улыбнулась:
— Вы способны помешать ветру дуть, доктор Бирн? Если бы я представляла, что есть хоть какой-то способ его удержать… — Она вздохнула. — Он забыл нас. Он забыл нас всех, кроме отца. И если отец его не удержит, то не удержит никто. Вам не стоит сидеть здесь до утра. Спокойной ночи, доктор Бирн.
Рэндалл смотрел, как Кети поднималась по ступенькам. В тусклом свете ему показалось, что рука девушки, вцепившись в перила, подтягивает тело вверх, шаг за шагом. Когда Кети преодолела лестницу, доктор заметил, как голова девушки опустилась на грудь.
— Ни взгляда, ни мысли обо мне, — пробормотал доктор, — но если Барри уедет…
Вместо того чтобы закончить предложение, Рэндалл поставил возле стены стул и уселся, скрестив руки, приготовившись к ожиданию.
Глава 21
МАК СТРЭНН РЕШАЕТ НЕ НАРУШАТЬ ЗАКОН
Прошло несколько часов после того, как Весельчак и Мак оседлали своих лошадей на южном холме. Сейчас они находились на опушке небольшой рощицы, небо разрезал острый треугольник крыши, а справа внизу сгрудились конюшни и сараи.
— Здесь след заканчивается, — заметил Мак, направляя лошадь вниз по склону.
Весельчак поспешил следом. Сейчас Лэнгли выглядел костлявой смертью, а Мак его тенью.
— Ты не собираешься зайти в дом, чтобы поискать его, Мак? — спросил Весельчак и, несмотря на то что до дома оставалось еще весьма приличное расстояние, перешел на шепот: — В доме может оказаться куча народу. Там хватит места для целой армии. Ты ведь не собираешься идти туда один, Мак?
— Весельчак, — спокойно объяснил Стрэнн, — я вовсе не намерен преследовать Барри. Я хочу заставить его преследовать меня.
Лэнгли изумленно выслушал это объяснение. Оно оказалось для него слишком загадочным.
— Что ты будешь делать? — снова спросил он.
— Ты узнаешь того черного коня, если снова его увидишь? — поинтересовался Стрэнн.
— Из тысячи.
— Жеребец проделал долгий путь, и Барри держит его в одной из конюшен. Скорее всего, и собака вместе с конем.
— Этот зверь похож на волка, — пробормотал Лэнгли. — Я предпочел бы с ним не встречаться ночью. Кроме того, что хорошего, если ты найдешь собаку?
— Если ты причиняешь вред чьей-то собаке, то ты причиняешь вред и ее хозяину, верно? — хладнокровно пояснил Мак. — Я найду его собаку, а она приведет ко мне человека. Нет никаких сомнений. Я не буду убивать пса. Хочу только оставить отметину, чтобы он, поправившись, пошел по моему следу.
— Какой в этом смысл?
— Если Барри придет ко мне, разве не нарушит он тем самым закон? Даже если я его убью, это будет всего лишь самообороной. Я чту закон, Весельчак. Очень плохо его нарушать, законники могут за это даже повесить. Они хуже змей. Я предпочел бы угодить в медвежий капкан за сотню миль от моей хижины, чем иметь законника, вцепившегося мне в ногу прямо посреди Браунсвилла. Нет, Весельчак, я не собираюсь нарушать закон. Но я заставлю волка узнать меня; и когда он поправится, то пойдет по моему следу и приведет за собой Барри. А когда Барри меня увидит, то… — Мак махнул рукой. — Тогда Джерри сможет спокойно спать.
Весельчак обхватил себя костлявыми руками и сладострастно произнес, захлебываясь словами:
— И я пойду туда, чтобы посмотреть. Я буду там, чтобы видеть честную игру. Почему я раньше с тобой не ходил, Мак? Потому что Джерри ничего подобного не делал! Но будь осторожен, Мак! Не промахнись сегодня вечером. Если возникнет проблема… я не боец, Мак. Я не создан для драки.
— Заткнись, — буркнул Стрэнн. — Мне нужно успокоиться.
Они подъехали поближе к дому. Мак объехал усадьбу и остановил лошадь за сараями. Здесь он отступил за пригорок, скрывавший дом, и наконец спешился.
Весельчак неохотно последовал его примеру.
— Я не встречал чудака, который бы оставлял лошадь позади, — канючил он. — Это неправильная политика.
Мак, однако, не обратил внимания на ворчание Лэнгли. Он снова обогнул сараи, двигаясь так быстро, что за ним не поспевали даже длинные ноги Весельчака. Большая часть скота размещалась в загонах. То и дело за загородкой лошадь била копытом, фыркал бык, но от конюшен не доносилось ни звука. Теперь Стрэнн остановился. Они подошли к самой большой конюшне — длинному, низкому строению.
