понимала несправедливость того, что произошло.
— Это ужасно, я понимаю тебя, — дрожащим голосом ответила я, — Но вы с мамой совершаете похожее зло. Вам не станет легче, даже если вы убьёте всех злодеев на это земле.
— Тут ты ошибаешься, с каждым новым случившимся возмездием у нас за спиной, будто крылья вырастали, но моей особенной любовью была ты, — Натали снова улыбнулась мне, будто я, и правда, была её лучшей подругой.
— Брошенное вскользь моей матерью проклятие породило настоящую игру длиной в жизнь. У неё родился план, как довести твою мать до сумасшествия. Она узнала, где вы живёте, и мы переехали в Москву. А дальше, когда ты пошла в школу, я поступила в ту же в параллельный класс. Я была твоей тенью много лет, делая твою жизнь ужасной. Это было так увлекательно. Ты только представь, что всё, что с тобой происходило, подстраивала я, — Натали заулыбалась, как безумная, — Это был мой триумф. Хотя мама, конечно, не хотела так надолго затягивать, но я просила её отдать тебя мне. И я бы поигралась с тобой ещё, но мама стала совсем плоха, боюсь ей осталось недолго. А единственное её желание было отомстить за смерть друга. Мне пришлось торопиться, и я стала всем, кто ещё избежал знакомства со мной, рассылать свои электронные флешки с проклятием, а для тебя у меня был особенный план. Но твоя мать берегла тебя, как сумасшедшая курица, мне становилось всё труднее до тебя добраться. Да и ты с каждым годом становилась всё скучнее и скучнее. Пришлось придумывать новый план и выходить на прямой контакт. Так мы с тобой и познакомились.
— Ты сбила меня машиной, — не выдержала я и закричала.
— Точно, — закивала Натали, — И за это потом получила нагоняй от Аркаши. Это же он выдал мне машину из своего автосервиса, он, кстати, тоже хорошо сыграл, когда мы приехали. Ты ведь повелась на наш спектакль, признайся. Мы всю ночь долбили потолок, чтобы он так эффектно рухнул над твоей головой.
— Так это ты всё подстроила?
Артём всё это время не произносил ни слова, но с каждым новым выпадом Натали, вена на его виске всё больше вздувалась. Он плотно сжимал кулаки, готовый голыми руками задушить Натали.
— Спокойнее, рыцарь, — от Натали не скрылись его намерения, — А мы, и правда, заболтались. В конце концов, я хочу обрадовать маму и закончить своё дело. А после твоей смерти избавиться от твоей глупой мамаши не составит труда, — Натали засмеялась и стала разливать повсюду бензин.
Внутри меня все похолодело. Я с ужасом взглянула на Артёма, он метался из стороны в сторону, пытаясь найти выход, но Натали упорно держала нас на прицеле. Наконец, когда она вылила последнюю каплю из канистры, отбросила её в сторону и достала коробок спичек из кармана.
— У нас будет всего пара секунд, я вырву у неё пистолет, а ты ударишь её, — Артём еле слышно прошептал мне.
— У меня есть идея получше, — я незаметно достала газовый баллончик из кармана, ‐ Всё же удача — переменчивая штука.
Натали переложила пистолет в подмышку и чиркнула спичкой по коробку. В этот момент Артём резко вскочил и подбежал к ней, вырвав пистолет и отбросив его на пол. Я подскочила следом за ним и распылила баллончик ей прямо в глаза. Она закричала от боли и упала на колени, выронив зажжённая спичку на пол. В одно мгновение всё вокруг заполыхало диким огнём.
— Бежим, — крикнула я Артёму и, схватив его за руку, потащила к выходу.
— Погоди, — он остановил меня у двери, — Мы оставим её здесь?
— Что? — я даже не сразу сообразила, о чём он говорил, а затем увидела, как от дыма задыхалась Натали, пытаясь наощупь найти путь к спасению.
— Тебе надо решить. Ты дашь ей проиграть, и тогда твоя жизнь станет, наконец, твоей или спасёшь её, и она продолжит мстить?
— Но как мне решить? — я остолбенела, уже сама, теряя сознание от дыма и жара огня, однако я не отводила взгляда от содрогающейся от боли Натали.
— Быстрее! — прокричал Артём, — Надо уходить.
— Я не могу, — заплакала я и побежала сквозь языки пламени к Натали.
Схватив её, я подняла её на колени, затем перекинула её руку через своё плечо и поволокла её к выходу. Артём выломал дверь и выпустил нас на улицу.
Я опустила Натали и оставила её лежать на земле. Сама же упала рядом и разрыдалась.
— Я её чуть не убила, ты понимаешь? — я ревела, не переставая, — Я смотрела, как ей больно и не хотела её спасать. Что я за человек?
Артём присел рядом и, обхватив меня за подбородок, сказал:
— Ты хорошая. Ты не такая, как они. Я думал, что ты такая же слабая и готова на всё ради собственной шкуры, но с момента нашей первой встречи, ты только и делала, что помогала мне, забыв о себе. Ася, ты хорошая, поэтому я прощаю тебя.
— Что ты говоришь? — прошептала я, чувствуя, как руки Артёма все сильнее сжимают мою шею.
— Я говорю, что люблю тебя. И мы можем сбежать вдвоём и начать жить с чистого листа. Оставив всех злодеев гнить в земле. Ведь я тот самый мальчик, которого оставили без отца присяжные, и даже не вспомнили о моем существовании. Я сын Костикова.
— Нет! Не говори так, пожалуйста, — закричала я, пытаясь скинуть с себя его руки, — Ты был заодно с ней? — я вырвалась и отбежала в сторону, — Зачем ты так со мной? Я же полюбила тебя…
— И я, — Артём попытался подойти ко мне, но я не позволила, — Ты не представляешь, каким адом была моя жизнь. Если бы не мать Натали, то я бы умер той же ночью, что и отец, просто от голода. Матери у меня никогда не было, она умерла при родах. Отец был моим единственным близким и его отняли, даже не разобравшись. Ты считаешь, что я не имел права мстить?
— Не таким способом, — я покачала головой, — Вы убивали целые семьи ни в чём не повинных людей!
— А кто тогда виноват в смерти моего отца? — закричал Артём.
— Он сам себя убил. Он мог подождать, настоящий убийца проявил бы себя рано или поздно. Его бы отпустили, но он сам сделал этот выбор. Это его вина.
— Нет! Нет! Не оправдывай этих уродов, они убили его и забыли о нас, — Артём рванул ко мне и крепко обнял, — Но ты стала для меня всем, только с тобой я снова
