– О боже… – прошептала Ханна, разглядывая конверт в поисках обратного адреса. Ничего. И тут до нее дошло. Единственным человеком, который знал о Кейт, была Элисон. Она впилась взглядом в букву «Э» на записке.
«Тофутти Кьюти» заурчал в животе. Она бросилась в ванную, схватила зубную щетку, стоявшую в керамическом стаканчике рядом с раковиной. Потом опустилась на колени перед унитазом и стала ждать. Слезы закипали в уголках ее глаз. Только не начинай все заново, – уговаривала она себя, крепко сжимая зубную щетку. – Ты достойна лучшего.
Ханна встала и уставилась в зеркало. Ее лицо пылало, волосы растрепались, глаза покраснели и опухли. Медленно она опустила зубную щетку обратно в стакан.
– Я – Ханна, и я непревзойденна, – сказала она своему отражению в зеркале.
Но прозвучало неубедительно. Совсем.
17. Утка, утка, утка… гусь!
– Послушай, – Ария смахнула с глаз длинную челку, – в этой сцене ты должен надеть дуршлаг на голову и рассуждать о ребенке, которого у нас нет.
Ноэль нахмурился и приложил большой палец к розовым аппетитным губам.
– Почему я должен носить дуршлаг на голове, Финляндия?
– Потому что, – ответила Ария. – Это абсурдистская пьеса. И все должно выглядеть абсурдно.
– Понятно. – Ноэль усмехнулся. Было утро пятницы, и они сидели за партами в кабинете английского. После вчерашней катастрофы с пьесой «В ожидании Годо» Эзра дал следующее задание: они должны были разбиться на группы и сочинить собственные экзистенциалистские пьесы. Под экзистенциализмом понималась «глупость несусветная». И если кто и был способен придумать несусветную глупость, так только Ария.
– Я знаю, какой абсурд мы можем придумать, – сказал Ноэль. – Пусть наш герой едет на мопеде «Навигатор», и, скажем, после пары пива его заносит в пруд с утками. Ну, он вроде как уснул за рулем, так что только на следующий день до него доходит, что он оказался в пруду. И его «Навигатор» облеплен утками.
Ария нахмурилась:
– Как мы все это поставим? Это невозможно.
– Понятия не имею. – Ноэль пожал плечами. – Но со мной такое было в прошлом году. И это действительно была хохма.
Ария вздохнула. Она выбрала Ноэля своим партнером вовсе не потому, что видела в нем потенциал соавтора. Она огляделась по сторонам, но Эзры поблизости не было, а ей так хотелось, чтобы он наблюдал за ними, терзаясь ревностью. – А что, если один из наших персонажей будет уткой? – предложила она. – Пусть иногда крякает.
– Хм, конечно. – Ноэль записал эту мысль на листке линованной бумаги изгрызенной авторучкой «Монблан». – Слушай, а может, снимем все это на камеру? Я возьму у отца его «Кэнон». И будет у нас фильм вместо этой идиотской постановки.
Ария задумалась.
– А что? Это было бы круто.
Ноэль улыбнулся:
– Тогда мы сможем оставить сцену с «Навигатором»!
– Думаю, да. – Ария задалась вопросом, есть ли у Канов лишний «Навигатор», который не жалко угробить. Наверное.
Ноэль подтолкнул локтем Мейсона Байерса, которого поставили в пару с Джеймсом Фридом.
– Слышь, чувак. У нас в пьесе будет «Навигатор»! И пиротехника!
– Постой. Какая пиротехника? – встрепенулась Ария.
– Круто! – воскликнул Мейсон.
Ария сжала губы. Честно говоря, у нее совсем не было сил для всего этого. Прошлой ночью она почти не спала. Выбитая из колеи вчерашним загадочным посланием, она полночи ломала над ним голову и с остервенением вязала фиолетовую ушанку.
Страшно было представить, что кто-то знал не только про нее и Эзру, но еще и про отца. Что, если этот «Э» задумает прислать такое же сообщение ее матери? А если он уже это сделал? Ария не хотела, чтобы мама обо всем узнала. Нет, только не сейчас и не при таких обстоятельствах.
Ария не могла избавиться от мысли, что сообщение было отправлено самой Элисон. В самом деле, больше и не на кого было подумать, ведь мало кто знал такие подробности. Ну может, кто-то из коллег отца, да и Мередит, конечно же. Но они не были знакомы с Арией.
Если текст написала Элисон, это означало, что она жива. Или… нет. Что, если его послал призрак Эли? Призрак легко мог проскользнуть в женский туалет бара «Снукерс». И ведь души мертвых иногда обращались к живым, чтобы загладить свою вину, верно? Это было их последнее домашнее задание перед тем, как переселиться на небо.
Но если Эли так хотелось покаяться, Ария могла бы предложить ей более достойную кандидатуру. Ту же Дженну. Ария закрыла глаза ладонями, пытаясь прогнать знакомый образ. К черту психотерапевтов, которые говорят, что не надо бояться встречи со своими демонами: она отчаянно пыталась стереть из памяти все, что было связано с Дженной, так же как хотела забыть про отца и Мередит.
Ария вздохнула. В такие минуты она жалела, что отдалилась от своих прежних подруг. Взять ту же Ханну, которая сидела через парту от нее – если бы только Ария могла подойти к ней, поговорить о том, что ее мучает, расспросить про Эли. Но время действительно меняет людей. Ария подумала, что ей, наверное, было бы легче поговорить со Спенсер или Эмили.
– Привет.
Ария подняла голову. Эзра стоял перед ее партой.
– Здравствуйте, – пискнула она.
Она встретилась с его голубыми глазами, и у нее сжалось сердце.
Эзра неловко переминался с ноги на ногу.
– Как дела?
– Мм… отлично. Все здорово. – Она выпрямила спину. В самолете, возвращаясь из Исландии, Ария прочитала в журнале «Севентин», который нашла в кармашке переднего сиденья, что парням нравятся энергичные девушки, оптимистки. И поскольку вчерашний «интеллектуальный» вариант не прокатил, почему бы не попробовать себя в новой роли?
Эзра защелкал своей авторучкой.
– Послушай, извини, что я вчера перебил тебя в середине доклада. Может, отдашь мне свои черновики, чтобы я мог взглянуть и выставить тебе оценку?
– Ладно. – Ага. Стал бы он это делать для других учеников? – А как… вы?
– Хорошо. – Эзра улыбнулся. Его губы дрогнули, как будто он хотел сказать больше. – Ну, и над чем трудишься? – Он положил руки на парту и склонился над ее тетрадкой. Ария уставилась на его руки, а потом вдруг задела его мизинцем. Она хотела, чтобы это прикосновение выглядело случайным, но он не отдернул руку. Казалось, будто электрический разряд проскочил между их мизинцами.
– Мистер Фитц! – Девон Арлисс подняла руку с задней парты. – У меня вопрос.
– Иду, – сказал Эзра выпрямляясь.
Ария сунула в рот мизинец, которым только что касалась руки Эзры. Она смотрела ему вслед, надеясь, что он вернется к ней, но он больше не подошел.
Что ж, тогда возвращаемся к плану Р. Ревность. Она повернулась к Ноэлю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
