Читаем без скачивания Войны Роз: История. Мифология. Историография - Елена Браун

Необходимо еще раз подчеркнуть, для джентри выбор стороны в Войнах Роз не зависел от того, принадлежали ли они к «новому дворянству» (как Пастоны), или их родословная насчитывала много поколений знатных предков (как у Пламптонов и Стоноров). Этот выбор также не имел отношения к проживанию на экономически развитом юго-востоке страны или в сравнительно менее благополучных северных графствах. Определяющее влияние оказывал лишь один фактор — принадлежность к конкретной локальной «партии», глава которой уже мог выбирать ту или иную сторону в конфликте. Такое положение вещей сложилось потому, что сохранение собственных земельных владений и, соответственно, социального положения было возможным только через членство в «дружеском союзе», ориентированном именно на отстаивание интересов его членов в неизбежной для той социальной реальности борьбе за земельные владения.

Именно поэтому невозможно говорить о том, что Войны Роз не оказывали влияния на жизнь джентри. Если даже сами джентри по каким-либо причинам не принимали участия в конфликте, в нем участвовали главы их «партий», поражение или победа которых оказывали самое непосредственное воздействие на положение сторонников того или иного лорда. Думается, столкновения «партий» Йорков и Ланкастеров дестабилизировали обстановку в графствах не только потому, что на территории королевства развертывались военные действия. Британские историки убедительно показали, что сами по себе военные столкновения были сравнительно редки, и в них принимало участие не так уж много людей{424}.

Если сузить Войны Роз до сражений между войсками Йорков и Ланкастеров, то их влияние, бесспорно, будет минимальным. Однако в этом случае оказывается неучтенным один немаловажный фактор — борьба за корону на местах оборачивалась конфликтами «дружеских союзов», которые являли собой «нижний ярус» объединений Ланкастеров и Йорков.

Анализ имеющихся в нашем распоряжении источников позволяет предположить, что основной причиной Войн Роз стала сложившаяся в Англии XV столетия система отношений покровительства, благодаря которой ущемление имущественных интересов части дворянства (в данном случае «партии» Ричарда Йорка) могло привести не только к свержению короля с престола (это неоднократно происходило и раньше), но и к дестабилизации ситуации в королевстве.

Вышеприведенный материал не позволяет разделить позицию британских исследователей, наиболее полно выраженную в исследовании Д.Р. Ландер и Дж. Гиллингхема. Гиллингхем настаивает на том, что Войны Роз нельзя считать единой серией конфликтов, обусловленной одними и теми же причинами, напротив, по его мнению, конфликты конца 50-х — начала 60-х гг., конца 60-х — начала 70-х и второй половины 80-х гг. не были связаны между собой{425}. Рассмотрение данных эпистолярных сводов Пастонов, Стоноров, Пламптонов и нарратива Р. Пилкингтона позволяет прийти к противоположному выводу — Войны Роз, по-видимому, имеет смысл рассматривать как целостное явление, обусловленное единым комплексом социальных и политических причин. Можно говорить также об итоге Войн Роз — этот конфликт подготовил почву для установления режима абсолютной монархии.

Рассмотрение событий Войн Роз с точки зрения джентри, позволяет предположить, что наиболее обоснованной является датировка этого конфликта, предложенная Э. Гудманом — 1452–1497 гг.{426} Именно в этот период в графствах центра, юго-востока и севера Англии, или, как минимум, в одной из этих частей королевства происходили серьезные беспорядки. Следует отметить, что Э. Гудман пришел к указанной датировке на совершенно ином исследовательском материале — он уделял внимание исключительно событиям общенационального масштаба, особенно подробно анализируя ход военных действий. Тем не менее, учитывая указанную выше тенденцию (столкновения «партий» Йорков и Ланкастеров провоцировали конфликты локальных «партий») хронологические рамки Войн Роз, предложенные Э. Гудманом, оказываются более логичными, чем другие варианты

В заключение хотелось бы отметить, что, если анализировать ситуацию с позиции джентри, Войны Роз никак нельзя считать гражданскими войнами. В них не было ни характерного для гражданских войн ожесточения сторон, стремящихся сражаться до последней капли крови, ни четкого разделения «партий» (магнаты нередко переходили из лагеря в лагерь, вместе с ними «партию» меняли и пользовавшиеся покровительством аристократа джентри), наконец, не было серьезных вспышек насилия. В самые нестабильные годы джентри могли заняться грабежом, вымогательством, взятием заложников и т.п., но убийства дворян горячо осуждались и происходили крайне редко. Это были не войны, а скорее затянувшееся немирье.

Глава III.

Создание мифа о Войнах Роз (середина XV — конец XVI столетия)

Как известно, Войны Роз — один из наиболее мифологизированных эпизодов истории Англии. На первый взгляд, история возникновения т.н. тюдоровского мифа описана достаточно подробно. Исследователи установили, что он включил в себя отдельные элементы пропаганды Йорков{427} и был окончательно сформулирован в начале XVI в.{428} Однако детальное изучение вопроса показывает, что проблему создания мифа о Войнах Роз вряд ли можно считать решенной. Возможно, процесс возникновения тюдоровского мифа был более сложным, чем простое переписывание истории в интересах правящей династии. Данная глава призвана проверить эту гипотезу.

Приступая к изучению истории создания легенды о Войнах Роз, стоит отметить, что первые попытки осмысления политической истории XV в. были предпринять задолго до воцарения династии Тюдоров. Процесс «переписывания» истории действительно был начат в политических целях, но его инициаторами стали не Тюдоры, а Йорки.

Условной отправной точкой можно считать 1460 г., когда один из наиболее могущественных магнатов XV столетия Ричард Йорк публично заявил, что он должен занять английский трон «по праву наследования», т.к. все короли династии Ланкастеров правили незаконно{429}. Мы уже отмечали, что с точки зрения средневекового права, претензии Ричарда Йорка были вполне обоснованными. И Ланкастеры, и Йорки возводили свою родословную к Эдуарду III (1312–1377). Ланкастеры были потомками его третьего сына — Джона Гонта, герцога Ланкастера (1340–1399). Родословное древо Йорков было более сложным. По мужской линии они происходили от четвертого сына Эдуарда III — Эдмунда Лэнгли, герцога Йорка (1341–1402). Зато по женской линии Йорки имели преимущественное право на престол — они были потомками второго по старшинству сына Эдуарда III — Лайонела, герцога Кларенса (1338–1368). В 1399 г. Ричард II Плантагенет (1367–1400) был свергнут с престола Генрихом Ланкастером, впоследствии королем Генрихом IV (1366–1413). Вскоре после узурпации бездетный Ричард II был убит. Если следовать букве династического права, после смерти Ричарда II престол должен был перейти не к Ланкастерам, а к Йоркам, поэтому Ричард Йорк предложил парламенту восстановить справедливость.

Фактически именно с этого момента имеет смысл говорить о начале борьбы Йорков и Ланкастеров за английский престол. Таким образом, первый камень в основание изучаемого мифа был заложен не в 1485 г. при Генрихе VII Тюдоре, а всего через 5 лет после той даты, которую большинство современных исследователей считают началом конфликта.

Стоит подчеркнуть, что в 1460 г. переоценки правления Ланкастеров не произошло, дело ограничилось констатацией прав Йорков. Парламент признал, что претензии Ричарда Йорка обоснованы, но, несмотря на то, что Генрих VI очевидно не мог управлять государством, смена династии не была санкционирована. Английское общество оказалось не готово к столь радикальным переменам; даже ближайшие соратники герцога Йорка уго­ варивали его не торопиться. В результате Ричард Йорк получил не корону, а регентство, которое должно было продлиться до смерти Генриха VI{430}.

Напомним, что за этим компромиссным решением последовал новый всплеск гражданской войны; в декабре 1460 г. Ричард Йорк был убит в сражении при Уэйкфилде. Династические права Йорков унаследовал его старший сын, который в марте 1461 г. был коронован под именем Эдуарда IV. Первоначально йоркистская пропаганда не заходила дальше подтверждения легитимности новой династии. В созданной в 1461 г. эпитафии на смерть Ричарда Йорка подчеркивалось, что герцог Йорк был «законным... наследником английской и французской короны... признанным парламентом», а Эдуард IV является «истинным королем, который в сражении доказал свое право»{431}.

Поскольку первые годы царствования нового монарха были очень неспокойными (выступления сторонников Ланкастеров почти не прекращались) публичные высказывания сторонников Йорков стали более радикальными. Написанная около 1463 г. «Политическая ретроспектива» содержит весьма любопытную картину истории Англии. Как известно, смещенный с престола в 1399 г. Ричард II Плантагенет был, мягко выражаясь, не самым популярным и успешным королем. Тем интереснее, что в «Политическое ретроспективе» Ричард II оценивается как «достойнейший» монарх и «истинный рыцарь», в чье правление англичане наслаждались «всеми благами и удовольствиями»{432}. Генрих IV Ланкастер (в «Ретроспективе» он подчеркнуто именуется Генрихом Дерби) «захватил своего законного короля, бросил его в тюрьму... и замучил до смерти», он пришел к власти «через тиранию и насилие», поэтому все его потомки являются всего лишь узурпаторами{433}. Итак, в начале 1460 гг. была проведена серьезная «работа над историей» — стремившийся к неограниченному единоличному правлению, постоянно конфликтовавший с дворянством Ричард II был превращен в добродетельнейшего короля, невинную жертву властолюбия Ланкастеров.