в цель».
«Откуда мне было знать, кто этот парень?»
У вас будет достаточно времени поразмыслить над этим, пока вы будете находиться под стражей. Я полагаю, что он может оказать сопротивление при аресте, сержант Лиминг. Против него будет выдвинуто еще одно обвинение. Продолжай, «настаивал Колбек. «Выполняй свой долг.
Лиминг ухмыльнулся. «С удовольствием, инспектор.
Сунув руку под пальто, он достал пару наручников и вошел внутрь.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Клайв Таннадайн кипел от злости. Он не позволил бы кому-либо из тех, кого он считал низшими слоями общества, даже прикоснуться к себе, но Лиминг угрожал посадить его под стражу. Решительно оттолкнув сержанта, он попытался уйти, презрительно подняв голову. Далеко ему не удалось уйти. Лиминг сразу же набросился на него, схватив за руку и защелкнув наручник на запястье, прежде чем Туннэдайн успел оказать сопротивление. Закрепить другое запястье оказалось немного сложнее, потому что заключенный развернулся, сжав кулак. Лиминг парировал удар, затем несколько мгновений боролся с политиком, прежде чем заломить ему свободную руку за спину и защелкнуть наручник. Туннэдайн впал в неистовство, выкрикивая непристойности и яростно пиная своего похитителя.
«Нападение на полицейского является уголовным преступлением, сэр, «сказал Таллис, «и подобные нецензурные выражения никогда не должны употребляться в присутствии молодой женщины, особенно той, которая оплакивает смерть своего отца.
Упрек остановил вспышку насилия, но Туннадин все еще кипел.
«Что нам с ним делать, сэр? «спросил Лиминг.
«Он должен предстать перед мировым судьей и заключен под стражу», — сказал Таллис.
«Вы не можете арестовать меня», — воскликнул Тунннадайн. «Я член парламента».
«Это не дает вам права убивать кого-либо», — заметил Колбек. «Если бы сам премьер-министр сделал то, что вы только что сделали, с ним поступили бы точно так же».
«Говорю вам, это был несчастный случай. Я действовал из самых лучших побуждений.»
«Это спорно, мистер Таннадайн. Умный адвокат, возможно, и смог бы смягчить обвинение до непредумышленного убийства, но вы должны предстать перед правосудием.»
«Отведите его обратно в вагон, сержант, «приказал Таллис.
Туннэдайн повернулся к сэру Маркусу с умоляющей ноткой в голосе.
«Ты собираешься позволить им сделать это со мной?»
«Нет, — сказал другой, ставя дружбу превыше справедливости, — я уверен, что есть более простой способ уладить это дело. Мне, конечно, жаль эту девушку, но факт остается фактом: она и ее отец помогали похитителю. Здесь они преступники, а не мистер Таннадайн.»
«Я рад, что кто-то это понимает», — сказал Тунннадайн.
«Он был слишком упрям, я согласен с вами, и он мог непреднамеренно осложнить ситуацию, в которой оказалась моя дочь, своими несдержанными действиями. Однако он не убийца. Давайте будем благоразумны, джентльмены, — продолжил он, переводя взгляд с Таллиса на Колбека. «По сути, это был трагический несчастный случай. Такое иногда случается во время съемок. Один из загонщиков убит случайным выстрелом. Это, естественно, прискорбно, но не то, о чем следует слишком беспокоиться. Вдове — если она есть — всегда выплачивается компенсация.»
«Означает ли это, что семье этого человека будет предложено возмещение ущерба?» — спросил Колбек, утешая девушку и протягивая ей носовой платок. «Они, безусловно, в этом нуждаются».
«Этот вопрос будет рассмотрен», — раздраженно сказал сэр Маркус.
«Но ты держишь в руках большую сумму денег».
«Это выкуп за мою дочь и ее служанку».
«Кроме того, «сказал Лиминг, «в него стрелял не сэр Маркус. Пистолет был у мистера Таннадайна. Это он должен раскошелиться».
«Я едва могу дотянуться до своего кошелька, когда на мне такие наручники, «злобно сказал Тунннадин, — и, в любом случае, я отказываюсь что-либо платить. Я застрелил человека, совершившего уголовное деяние. Любой адвокат сможет вытащить меня безнаказанным.»
«Не будьте так уверены в этом, сэр», — сказал Колбек. «До того, как я стал детективом, я сам практиковался в баре. Если бы я был вовлечен в судебное преследование, я гарантирую, что в конечном итоге вы получили бы тюремное заключение.»
«Ну, ну», — сказал сэр Маркус с примирительной улыбкой, ««нет необходимости доводить все это до такой стадии. Я взываю к вашему благоразумию, суперинтендант. Прикажите его освободить. На мой взгляд, ему не на что отвечать.»
«Закон есть закон, сэр Маркус, «торжественно произнес Таллис.
«Посмотри на это так, как это было, чувак. Случайный выстрел попадает в человека, который, судя по его виду, всего лишь чернорабочий. Его жизнь ничего не стоит по сравнению с жизнью такого ведущего политика, как мистер Таннадайн? Это вопрос степени.»
«При всем уважении, сэр Маркус, «сказал Колбек, обнимая одной рукой плачущую девушку, «я нахожу этот аргумент одновременно надуманным и оскорбительным. Этот человек — жертва убийства и, следовательно, заслуживает нашего сострадания. По моему мнению, его смерть имеет такую же ценность, как смерть разглагольствующего политика со скверным характером и злобным языком.»
«Будьте осторожны, инспектор», — предупредил Таллис, начиная опасаться последствий того, что расстроит сэра Маркуса. «Эта дискуссия становится слишком жаркой».
«Тогда освободите мистера Таннадайна, — предложил сэр Маркус, — и мы сможем обсудить это разумно».
«Ему придется дать нам слово, что он не попытается сбежать».
«Он так и сделает».
Сэр Маркус кивнул Тунннадину, который сурово смотрел на детективов.
«Даю тебе слово чести, «проворчал он.
Таллис подал сигнал, и Лиминг отстегнул наручники и спрятал их под пальто. Заключенный потер запястья. С большой неохотой Туннэдайн открыл бумажник, достал несколько банкнот и отдал их Колбеку, прежде чем Лиминг увел его в сторону ландо. Толли пошел с ними. Сэр Маркус взглянул на девушку, сдерживающую слезы, пока она разговаривала с Колбеком, который позаботился о том, чтобы она больше не могла видеть безжизненное тело своего отца. Это была трогательная сцена. Проникнувшись сочувствием, сэр Маркус открыл сумку и достал несколько банкнот. Он сунул их Колбеку, а затем зашагал к вагону.
«Что вы собираетесь делать, инспектор?» — спросил Таллис.
«Я отвезу ее домой к ее отцу», — ответил Колбек. «Она сказала мне, что они приехали сюда на лошади и повозке. Я воспользуюсь повозкой, чтобы перевезти его. Если вы сможете пощадить сержанта, я буду рад его помощи.»
«Я отправлю его обратно к тебе».
«Мы оставляем на ваше усмотрение доставить мистера Таннадайна к мировому судье».
«Да, да, — раздраженно сказал Таллис, «я не нуждаюсь в советах относительно полицейских процедур. Делай то, что должен, а потом возвращайся в Бернхоуп-мэнор».
«Я так
