class="p1">- О чем ты хотел поговорить?
- О девчонке, что недавно встретилась со мной и преставилась, как твоя хорошая подруга.
- Кто?
- Я хорошо знаю твое окружение, такой я еще не видел, - Костя улыбнулся. – Она так убедительно врала, я, аж, заслушался. Сказала, что её зовут Юля. Спрашивала, что у нас было. Что я тебя расстроил и очень обидел. Требовала объясниться, было ли у нас то самое? Почему ты плакала из-за меня и ничего не говорила ей. Что всё еще ждешь меня…
- Как ты назвал её? Юля?
- Да…
Ребята двигались в парке по аллее. Погода была солнечной, вокруг цвели деревья и цветы. Рядом косили траву и красили ограды. Весна вступала в свои права под звонкое пение птиц. Богров стал чуть выше и накаченнее, видимо, много сил вкладывал в спорт. Лиза на фоне его казалась маленькой фарфоровой куколкой, чьи золотые локоны отдавали блеском меди в свете, заходящего солнца.
- Что ты ей рассказал?
- Правду…
- Ты шутишь?! Ты всё ей рассказал о нас?!
- Нет, не всё, часть. Он говорила, что ради твоего счастья пойдет на многое, что хочет получше меня узнать и помочь нам помириться.
- Вот стерва – интриганка! – Лиза закипала.
Отлично! Теперь Юля полезла по её старым связям, чтобы обрести компромат против неё, устроить гадости. Впервые Лиза чувствовала гнев, что закипал в ней будто лава в жерле вулкана.
- Я вырву ей волосы! Как она меня достала, мало ей что жизни на курсах не дает, теперь и в обычную мою жизнь влезла. Копается в прошлом!
- Чем ты ей насолила? Видно же у вас разных круг общения. Ухоженная, пафосная и высокомерная, против кроткой и милой пай – девочки.
- И что я хуже?!
- Нет, - словно впервые видит, прогулялся по девочке глазами парень. – Ты как-то изменилась. Либо я давно тебя не видел, либо моя влюбленность не замечала таких фактов.
- Что я перестала изображать кротость? Прости, Кость, но я просто уже на грани. Мне с учебой тяжело, на курсах Юля и её дружки одолевают. Выставляют доступной девкой. На личном из-за этого тоже проблемы, - замялась девочка.
- Что твой хахаль не заступается за тебя? – скривился Богров. – Со мной никто тебя не оскорблял, потому что в этом мире, люди признают силу. С каким дохликом ты связалась? Ответь!
- Тебя это не касается! Мои отношения никого не касаются! – выкрикнула ему Елизавета.
- Касаются! Они коснулись всех… и меня в том числе, - отвернулся парень. – Я могу помочь с парнями. Хочешь, поговорю? Все домогательства прекратятся.
- Мама с папой договорились встретиться с родителями зачинщиков. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Прости, я не знала, что из-за меня дрался с другими мальчиками.
- Что это меняет? Я дрался за то, что любил. Не унижай меня своей жалостью, - рыкнул Костя.
Елизавета действительно была слепа. Константин действительно её любил, настолько любил, что счастлив был защитить её саму и её честь перед другими мальчишками. Для неё этого никто не делал, женская довольная сущность, завозилась где-то в подкорке. Хотела она себя укорить, что изменила отношение к нему, но не могла сейчас Богров был очень крут.
- Не буду, спасибо тебе, - шепнула Лиза. – Только не сговаривайся с Юлей, пожалуйста. Она желает мне насолить. В 7-9 классах я она изводила меня всеми возможными способами, подругами мы никогда не были. Просто мальчику, который нравился Юле, нравилась я.
- Отчего-то не удивлен, - ласково улыбнулся Костя.
Елизавета зарделась.
- Я не специально! Хотя почему я должна этого стесняться? Ну, нравилась я мальчику, ну, дружили мы. Отчего я должна была под эту пигалицу подстраиваться? Популярная так и что? – старая история сейчас выглядела так по-дурацки.
- Тебе и не надо было. Ты сменила школу поэтому?
- В основном, да. Не хотела видеть и слышать гадкие слова и издевательства.
- Не знал, что у тебя были такие проблемы в прошлой школе, - парень запустил руки в спортивные штаны. – Ты от этого такая тихая и неконфликтная была? А я думал это всё природная скромность.
- Я спокойная и рассудительная. Сам знаешь, мама с папой постоянно пропадали на работе, а за Тимой надо было присматривать.
- Мне все в тебе нравилось, а сейчас…
- Что сейчас?
Неужели Костик бросил мысли о ней? Забыл свои чувства? Червячок некой собственнической женской ревности бередил душу, которая последнее время выглядела серой тенью прежних эмоций. Надо бы себя корить за это, но ни одна женщина так просто не относится к своим кавалерам, пускай и прошлым.
- Сейчас я учусь жить без прежних чувств. Мне всё еще больно, Лиз. Спорт то, что лечит, как и время, что я дал себе после нашего примирения. Если бы не эта Юля, я бы по дуге избегал тебя. Но всё-таки волнуюсь за тебя. Юля пригласила меня в поход на майские, дабы помирить. Ты поедешь с группой?
- Нет, конечно, - Лиза отчего-то злилась на Константина. – Мы с семьей на дачу приглашены другом отца.
- Это каким? Не тот ли это хрыч, что тебя тогда подвозил?
- Он не хрыч! Не называй его так! Наша семья долго дружит с ним, он хороший.
- Чем же? … Хотя мне без разницы, - фыркнул на эти потуги Богров. – Это ваши дела. Ладно, тогда я спокоен. Нужно будет ей позвонить, сказать, что не поеду. А то я боялся, что ты поедешь, - мобильный сверкнул в его руках.
- Вы с ней телефонами обменялись?!
Лицо Лизы для Кости было бесценно, как бы он радовался, если бы она ревновала его к другой. Но всё это лишь мечты, о которых он планировал забыть.
- Алё, привет. Можешь говорить? – пауза. – Ну, я подумал. Не поеду с Вами, мой поезд ушел, былого не воротишь. Передай ей пусть будет счастлива.
Богров явно наслаждался ситуацией. Две вертихвостки явно были недовольны его концертом, а настроение парня шло в гору. Юля расстроилась,
