Читаем без скачивания Нигде - Дмитрий Глухов

Макс нервно прошелся по залу, переключил несколько раз каналы, и наконец решился. Вошел в спальню, закрыл дверь, осторожно сел на край кровати.

— Мила, просыпайся, есть важный разговор…

Мила промычала что-то во сне и перевернулась на другой бок. Макс вздохнул. Они познакомились год назад, когда он еще не подозревал… Ну он на самом деле еще вчера… Или позавчера… Несколько дней назад его жизнь была совершенно нормальной. Жил как все, не лучше не хуже. И тут такое… А тогда все было очень просто.

Макс и Мила познакомились на Дне города, ровно год назад. Было совсем уже поздно, все официальные мероприятия закончились, и лишь в некоторых местах зарабатывали трудовую копеечку и наслаждались славой музыканты-любители. Макс остановился около одной такой группы. Девушка пела, а скрипач и аккордеонист играли мелодии танго. Прохожие танцевали, и все было очень красиво и романтично. Поздний вечер, притушенный свет фонарей, кружащиеся прямо на асфальте пары. И вдруг, среди зрителей, Макс увидел потрясающе красивую девушку. Она стояла одна, крутила в руках сломанную гвоздику и слушала музыку. Обычно познакомиться с любой красавицей для Макса не составляло никакой проблемы. Но тут он оробел. А если откажет? Он стоял, прячась за чужими спинами, и любовался ею. Было ясно, что надо пригласить ее на танец, но Макс все не мог решиться. Он все откладывал этот момент: приглашу на следующий, на следующий точно приглашу… И тут внезапно на лицо ему упала крупная дождевая капля. Затем еще и еще. Пары прекратили танцевать, зрители стали стремительно разбегаться, и лишь музыканты, стоявшие под небольшим навесом, продолжали играть. Макс увидел, что девушка глянула вверх, вытянула вперед ладошку, словно пробуя силу дождя, и тоже собралась уходить. Он, закусив губу, пересек поредевший круг зрителей, понимая, что сейчас-то, из-за дождя, она ему точно откажет. И вдруг Мила поймала его решительный взгляд и сделала шаг ему навстречу. Они танцевали минут двадцать, до тех пор пока музыканты не стали упаковывать свои инструменты. Из зрителей к этому времени уже никого не осталось. Были только Макс, Мила, музыка и ночной город. И проливной дождь…

— Мила, — Макс наклонился к спящей жене и поцеловал ее куда-то за ухо, — просыпайся, любимая… Хочу тебе кое-что рассказать…

Мила перевернулась на спину, и, не открывая глаз, промычала:

— Ну что? Я слушаю, рассказывай…

Тут, на фоне общего шума, лая таксы, которая, кажется, должна была обнаружить на заборе кота, гула автомобилей, доносящегося с улицы, грохота ящиков у магазина, Макс услышал, как почти одновременно, одна за другой захлопнулись две автомобильные дверцы. У дорогих автомобилей они хлопают одинаково, у дешевых — захлопываются по-разному. И это были хлопки дверец дорогого автомобиля. Макс резко вскочил с кровати и тут же мотнул головой: похоже, он стал даже слишком дерганый. Паранойя, ну что тут еще поделаешь. Когда тебя несколько дней подряд преследуют агенты НСБ, оставаться спокойным трудно. Усмехнувшись над своим испугом, Лебедев все-таки подошел к окну и глянул вниз. И тут же отшатнулся за штору. По двору шли два до боли знакомых агента НСБ, Интеллектуал и Красавчик, а вместе с ними, чуть впереди, шествовал невысокий пожилой человек с короткими седыми зачесанными назад волосами, в безупречном костюме, с пронизывающим острым взглядом. Он поднял глаза к окну Макса, и тот не смог понять, увидели его или нет. Наверное — нет, иначе бы, наверное, человек с пронзительным взглядом как-нибудь бы отреагировал. Но на его лице сохранялась холодная брезгливая отстраненность.

Макс метнулся по комнате. Что делать? Схватить Милу и бежать? Или открыть дверь и побеседовать с агентами НСБ? Второй вариант, конечно, предпочтительнее в данной ситуации. Или, во всяком случае, проще. Ведь, в конце концов, после перезагрузки системы за Максом ничего нет: ни ограбления магазина, ни угона «Мамонта», даже у Ватутина и на Солидарности он не побывал. Почему бы и не побеседовать? Вот только Макс боялся, что агенты прибыли к нему рано утром вовсе не для беседы.

Он снова оказался в тупике. С Милой уйти он просто не успеет, и тогда они попадутся вдвоем. Сейчас враг и террорист только он, а так он втянет в это дело еще и ее. Макс схватил электронный карандаш и стал быстро по воздуху писать записку: «Любимая! Никому не говори, я жду тебя в 15:30 в нашем торговом центре. Это очень важно!» быстро нажал на кнопку, находящуюся на вершине карандаша, и тот снова высветил над собою текст. Все правильно. Передвинув на карандаше окошко на «Прочитать!», Макс оглянулся по сторонам. Куда же его спрятать, чтобы чужой человек его не нашел, а Мила сразу обратила внимание? Макс бросил карандаш в ее сумочку, быстро наклонился к спящей Миле и, поцеловав ее в щеку, побежал к двери. Между этажами натужно гудел лифт, а внизу на лестнице раздавались тяжелые шаги. Лебедев прыжками взлетел на этаж вверх и остановился. В ту же секунду двери лифта разошлись, и он услышал как кто-то, негромко прочистил горло и так же негромко поторопил: «Ну где вы там…». Шаги по лестнице ускорились. Макс догадался: «Пожилой, он начальник, приехал в лифте. Дуболомы пошли по лестнице, чтобы я не мог сбежать». Тренькнул звонок в его квартире. Затем еще и еще.

— Кто там, — раздался приглушенный дверью голос Милы.

— Здравствуйте, мы к Максиму…

Щелкнул замок — и дверь открылась. Макс стоял на лестнице ни жив ни мертв.

— Он дома, надеюсь? — спросил тот же глуховатый голос. Чего только не было в его интонациях: и легкая небрежность, и усталость, и высокомерие…

— Да, дома, — сказала Мила, — проходите.

И крикнула вглубь квартиры:

— Макс, к тебе!

Ленивый голос сказал, видимо, одному из агентов:

— Останься здесь…

Тот угукнул в ответ. Путь вниз был закрыт. Сейчас, когда Макса не обнаружится дома, первое, что они сделают — отправятся вверх по лестнице. Гадать тут особо нечего: чердак, соседний подъезд… Путь отхода только один. И Макс, стараясь ступать как можно тише, побежал наверх. Было необходимо выиграть хотя бы пару минут. Хотя бы пару десятков метров.

На каком-то из этажей открылась дверь. Макс подскочил:

— Здравствуйте!

— Ой, — из квартиры выходила пожилая женщина, она, кажется, работает в библиотеке.

— Извините, пожалуйста, у меня к вам важное дело…

— Да, Максим… Вас же Максим зовут? Вы, кажется, в полиции работаете?

— Совершенно верно. Можно зайти? — Макс понимал, что шептать не стоит, но говорил как можно тише, надеясь, что его не услышат внизу. Все его тело превратилось в громадное ухо, пытающееся уловить все мельчайшие звуки и шорохи подъезда. Но, кажется, на площадке несколькими этажами ниже было тихо. Или стоявший там агент, так же напрягшись, ловил звуки, доносящиеся сверху?

— Простите ради бога, утро, боюсь, что все еще спят, а у меня засорился туалет… Услышал, что у вас дверь открывается… Можно?

— Конечно, Максим, конечно… Мы же соседи… А вы вызвали аварийку? Надо же отключить все.

— Да нет, можно не отключать, именно у меня, не волнуйтесь… Ну так я…

— Да, да, конечно, — закивала женщина. Макс открыл дверь уборной, и уже в спину женщина зачем-то ему представилась: — Меня, если вы забыли, зовут Алла Михайловна.

Макс запер шпингалет, уселся на закрытый унитаз и попытался проникнуть силой мысли, используя каждую клеточку тела, в свою квартиру, где Мила сейчас беседовала с агентами…

Алла Михайловна, видимо не желая его смущать, ушла на кухню и грохотала оттуда посудой. Внезапно в подъезде раздался крик:

— Нет, здесь заперто. Дата последнего открытия двадцатого мая, 18:15!

«Чердак, они сразу проверили чердак», — понял Макс. Выждав еще двадцать секунд, он нажал на спуск и быстро отправился на кухню.

— Максим, — засуетилась Алла Михайловна, — да руки можно и в ванной ополоснуть! Сейчас я дам вам свеженькое полотенце!

— Да нет, я уж лучше здесь, не буду вас стеснять.

Дама нырнула в комнату за полотенцем, а Макс осторожно подошел к окну. Черный внедорожник возвышался посередине двора словно гигантская клякса.

— А вот и полотенчико!

— Большое спасибо, — Макс быстро ополоснул руки, и, взяв полотенце, снова подошел к окну. Ничего не изменилось. Ну что же, будем надеяться, что лестницу у чердака они уже проверили и больше подниматься сюда не будут. Можно какое-то время отсидеться. Но как получить письмо… И коннектор тоже остался в квартире. Где теперь ему искать Тыцу… Похоже, ему уже не найти этих подпольщиков… А может, все будет, как прежде? Поехать сейчас спокойно в отдел, поговорить, если что, с НСБ… Макс вздохнул: все-таки нельзя себя обманывать. Уже ничего и никогда не будет так, как прежде…

— А вы видели, какие у него аристократические замашки, а? Просто член палаты лордов какой-то, — Алла Михайловна, видимо, вела с ним какой-то разговор.