Почему?
Ни разу она не думала, что ей придется защищать свои действия за пределами своей семьи. И все же она была здесь. Был ли это простой вопрос, или он испытывал ее?
— Разве это имеет значение?
— Для меня, да, — ответил Балладин и скрестил руки на груди.
Шайра однажды пыталась объясниться со своей семьей, но они не захотели слушать. Балладин был таким же, она была уверена в этом. Несмотря ни на что, ей придется дать ему ответ.
— Я общалась с ними на улицах Корка. Я ела с ними, пила с ними и похитила их для своей семьи. Я знала, какими жизнерадостными женщинами они были до того, как превратились в бездушные оболочки, умоляющие меня помочь.
— Умоляющие? — спросил Балладин, нахмурившись.
Шайра рассмеялась, вспомнив, как две ее кузины держали ее за руки, чтобы она не двигалась.
— Разве Фаррелл не поделился этими подробностями? Они заставили меня смотреть.
— И ты никогда до этого не видела, как Темный мужчина брал человеческую женщину?
— Нет. Я знала, что это происходило. Я просто не понимала, как это влияет на женщин.
— Значит, ты убила их.
— Да. Фаррелл хотел убить меня прямо там, но мой дядя привел меня к моему отцу.
— Очевидно, твой отец не согласился с Фаррелом.
Шайра разжала пальцы. Если бы ей предстояло умереть, то она сделала бы это с мужеством.
— Так вот почему ты держал меня при себе? Ты хотел знать все? Чтобы посмотреть, не облажаюсь ли я и не докажу ли, что не настоящая Темная?
В тишине прошла целая минута, прежде чем Балладин опустил руки и, повернувшись, направился к двери.
— Следуй за мной.
Ее ноги дрожали, но она шла в ногу за Балладином. Его шаги были длинными, заставляя ее ускорять шаг, чтобы не отставать от него. Он повел ее вниз в подземелье. Балладин не останавливался, пока не оказался перед массивной металлической дверью. Шайра перевела взгляд с двери на него.
— Иди внутрь, — сказал Балладин жестким голосом.
Так вот что с ней должно было случиться. Он сказал, что она узнает, когда он заключит ее в тюрьму. Из одной тюрьмы в другую. Она стиснула зубы, когда он заставил ее открыть дверь. Только самый жестокий человек заставил бы заключенного открыть дверь собственной камеры.
Тяжелая дверь бесшумно распахнулась. Шайра заглянула внутрь темного помещения и увидела кого-то прикованного к дальней стене. Голова заключенного свисала на его грудь, когда он наполовину лежал, наполовину сидел.
— Познакомься с Ри, — произнес Балладин позади нее.
Шайра была ошеломлена при виде Светлого Фейри. Она перевела взгляд на Балладина.
— Зачем ты привел меня сюда?
— Чтобы показать тебе, что я сделаю с каждым, кто посмеет заявить, что ты ничтожная.
Шайра моргнула, совершенно сбитая с толку.
— Ты не… разочарован во мне?
— Совсем наоборот. Большинство Темных идут вслепую, удовлетворяя свои потребности и желания. Они не думают ни о ком и ни о чем, кроме самих себя. У тебя сильный ум и сильная воля делать то, что правильно для твоего народа.
Почему же тогда она хотела помчаться обратно в Корк, чтобы сказать Кирилу, что знает, где держат Ри? Это не имело ничего общего с благом Темных, и все было связано с… Кирилом.
— Ты думаешь, вместо того, чтобы просто действовать в соответствии с тем, что от тебя ожидают.
Шайра оглянулась на Ри. Светлая Фейри была покрыта грязью, ее черные волосы свободно свисали вокруг нее. На первый взгляд Ри выглядела мертвой. Она была уверена, что Балладин провел ночь, мучая Ри. Именно так обращали Светлых на Темную сторону? Так вот, что с ним случилось?
— Ты помнишь, как был Светлым? — прошептала она.
— Как будто это случилось с другим человеком, но у меня сохранились некоторые воспоминания.
— Как происходит обращение Светлых в Темных? — Она действительно не хотела знать, но ей нужна была информация. Для себя и для Кирила.
— Пытка — это всегда хорошее начало. На то, чтобы обратить Светлого, уходят десятилетия, а иногда и столетия.
Шайра закрыла глаза. Балладин сказал это с такой деловитостью, что она не усомнилась в нем.
— И ни один Светлый не выдержит этой пытки?
— Это не просто пытка. Мы проникаем в их головы и узнаем, что их волнует больше всего. Затем используем это против них.
— О ком Ри заботится больше всего?
— О своем любовнике, Короле Драконов.
Глаза Шайры резко открылись. Значит, это было правдой. Она посмотрела на Балладина.
— Почему она здесь? Почему не у Тарейса?
— Потому что я хочу отомстить, — ответил Балладин сквозь стиснутые зубы.
Она сделала шаг назад и врезалась в дверь. Она знала, что ей следует оставить все как есть, и все же спросила: — За что?
— Она была моим другом, единственной семьей, которая у меня была. Она оставила меня на том поле битвы, где меня и нашел Тарейс.
— Короли Драконов знают, что она у тебя?
— Сомневаюсь, что им есть до этого дело. Любовник ее бросил, — сказал Балладин с торжествующей усмешкой. — Им плевать на нее, как бы она не надеялась на их помощь.
Шайра снова посмотрела на Ри. Если бы только Балладин знал правду, он не был бы таким бесцеремонным. Шайра видела выражение зеленых, как трилистник, глаз Кирила. Он найдет Ри. Она была готова на все, чтобы кто-то также относился и к ней.
Балладин внезапно взял ее за руку, возвращая ее внимание к нему.
— Я хочу, чтобы ты была моей, Шайра. Я хочу, чтобы ты правила этой крепостью рядом со мной.
Он предлагал именно то, на что она надеялась, и все же ей было трудно сказать «да». К счастью, он не дал ей возможности ответить.
— Это произойдет сегодня вечером, — сказал он ей и вывел из камеры, чтобы закрыть дверь. Он положил руку ей на спину, когда выводил ее из подземелий.
— Что произойдет сегодня вечером?
— Нас увидят вместе.
Вместе? Разве их уже не видели все в его лагере? И тут ее осенило.
— Увидят где?
— Я подумал, что пришло время посетить бар «Дорас».
— Фаррелл будет там, — сказала она, поднявшись на верхнюю ступеньку и пройдя по длинному коридору, чтобы войти в большой зал.
Балладин усмехнулся и обнял ее одной рукой.
— Вот именно. Я думаю, пришло время нам с ним поговорить. Он должен знать, что Короля Драконов в Корке схватит не он. Это буду я.
Глава 17
Кирилу не составило труда найти фешенебельный жилой комплекс в пригороде Корка. Он проехал по окрестностям, пока не нашел нужный адрес.
Особняк был
