магическое паразитное оружие времен войн объединения, зная лишь примерно, как оно работало… Это уже вызов всем моим способностям. Не забывай, что я не ученый, а всего лишь капитан мечников, что слегка разбирается в алхимии.
— Ваши знания слишком невероятны… — Пытается заискивать Рэндал, но принц резко обрывает его.
— Лесть не поможет тебе присоединиться к проекту. Мое слово — нет.
— Ты просто боишься-опасаешься, что я выпущу его раньше, чем ты хочешь. — Злобно шипит ученик, будто гадюка, которой наступили на хвост.
Но столь резкая смена тона нисколько не беспокоит Дастана. Он равнодушно подготавливает следующий инструмент. Зубцы и пилы, костное долото и хирургические иглы.
— Пожалуй, я признаю такую вероятность и не хочу лишних рисков, все должно проходить согласно плану. Сначала Академия, уничтожим пополнение магов, заодно проведем масштабные испытания. Сделаем паузу на доработку, после чего доставим его во все города Содружества для максимального эффекта… И лишь спустя пару лет выпустим его в Королевстве. Спешить некуда, лучше срежь с него рубашку и готовься разветвлять артерии. Второе сердце ему не помешает…
Несколько минут комната была заполнена лишь влажными звуками кромсания плоти.
— Все же есть кое-что, с чем ты сможешь помочь. — Произносит Принц, заставляя ученика навострить уши. — Видишь ли, ритуальные знания этого мира примитивны, однако они уже адаптированы к нему, в отличие от моих. Помоги составить ритуальный круг.
— Круг? Конечно, разумеется! Для чего?
— Для купола. — Обыденно бросает Принц, будто говорит о походе к лавочнику, а не самом колоссальном магическом поле в истории, что защищает их мир от клубящейся вокруг пустоты.
Рэндал уже знал о куполе, как и о том, что Дастан планирует с ним сделать.
— Разве с убийством всех магов, купол не обрушится, не сломается сам собой? — Уточняет он.
— Даже когда маги умрут — это только лишит его подпитки. У барьера все еще останется слишком большой запас прочности. Лет на сто, примерно. Слишком долго. Я самолично принесу великую жертву в кругу, чтобы расширить прореху в реальности с двух миллиметров до… двадцати, тридцати… скольки получится. После чего барьер продержится год, максимум два, уже что-то. Высчитай фокусные центры и подготовь силовые линии. Место и примерный размер на столе.
— А сэр Миральд…
— Я сам его зашью. Ознакомься с планом и скажи, что о нем думаешь.
Тяжелые шаги к столу. Окровавленные руки развертывают пергамент.
— Вы уверены, что масштаб карты правильный, учитель? — Изумленно восклицает ученик.
— Абсолютно.
— Потребуются тонны… Нет, сотни… тысячи тонн золота.
— Верно. Поэтому мы и не будет спешить, выпуская магическую чуму. Кто соберет тогда золото? Возможно, даже всего золота королевства не хватит, но к тому времени мы сможем добывать его на опустевших землях содружества.
— Если те земли будут заражены…
— Тогда нам понадобятся те, кто не жив. — Намекает Принц.
— Некроманты?
— Я бы предпочел самого Архана, но для его пробуждения потребуется слишком много сил. Я завербую кого-нибудь из джинов, что будет подавать надежду. Он опустошит теократию, наберется сил…
— Учитель, не хочу сомневаться в вашем плане, замысле, но… Теократия она не будет сидеть сложа руки, если на нее нападет некромант.
— Как раз это не проблема. Будет. Их иерархичность и фанатичная преданность своему правителю их погубит.
Рэндал скептически поднимает бровь, но Принц не развертывает свою мысль, просто продолжает буднично сшивать изрезанное тело рыцаря. Ученик качает головой и опускает глаза на карту.
Это был грубый набросок, но даже так его масштаб впечатлял — весь ледяной остров у Пика Мира был просто усеял будущими рунными кругами.
Зрение темнеет, а голова раскалывается, выбрасывая меня из воспоминаний обратно в захламленную квартиру.
— Ауч. — Прикладываю руку к голове я. — В этот раз это было как-то… Не знаю. Слишком обрывочно.
Лишенная души оболочка валялась у моих ног, все еще сжимая в руках скальпель. Видеть пустоту в своих глазах было неприятно.
— Он сопротивлялся.
— Хм. Тогда почему я получил лишь часть воспоминаний? Это точно не полная версия.
— Ладно, ты меня раскусил. — Признает демон. — Это то, что тебе было нужно, а остальная душа пойдет… На дело. Теперь я полон сил! Если ты хочешь, можем уйти хоть сейчас. Однако…
Я вопросительно поднимаю бровь.
— Однако перед тобой уникальный шанс… Нужно ли тебе возвращаться?
— Погоди. Что?
— Я могу вернуть твою душу на свое законное место. В твое прежнее тело и наш контракт будет расторгнут. Ты заживешь своей прежней жизнью, насколько это возможно.
— Разве не ты подгонял меня, чтобы я поскорее убил Дастана?
— В этом уже нет необходимости. Ты видел то же, что и я, он собирается обрушить купол. После такого в вашем мире не выживет никто… и этот смертный в том числе. Мне достаточно лишь пережить его, и я уже победил.
— И поэтому ты предлагаешь мне все бросить?
— Ты выживешь. И ты вернешь свою жизнь и удобства.
— Ну да, ну да. — С сомнением произношу я и провожу рукой по пыльному, заваленному шприцами столу. Минимум трое наполнены какой-то дрянью.
Не могу сказать, что в этом не было соблазна. Спокойная жизнь, друзья, которых я так и не проведал. Даже измотанное наркотой тело можно привести в порядок. Прибрать бомжатник, в который превратился мой дом. Вернуться в киберспорт. Дожить свой век в комфорте современности, где нет нужды греть чан с водой на костре, чтобы ополоснуться.
Ха. Вот только пошло оно все к черту.
Я беру сразу три шприца и один за другим вкалываю в свое бездушное тело. По нему пробегает дрожь, изо рта течет пена. Я молча смотрю, как умирает моя возможная жизнь и лишь когда сердце останавливается, подвожу итог.
— Чемпион так и не справился со своим поражением и скатился на самое дно. Смерть от передоза. Пусть я и не рок-звезда, но такой закат никого не удивит. Печальный финал.
— Значит, мы возвращаемся?
— Обязательно. Слишком много дел осталось там, слишком многие от нас зависят… Но у нас есть еще неделя, так что готовься. Мы постараемся выжать всё, что этот мир может нам дать.
Ответом мне было недовольное рычание.
* * *
Моросил дождь. Холодный, противный и кислотный. Он за считаные минуты прибил к земле всю кладбищенскую пыль.
Нос слегка пощипывало, будто в него попал разведенный укус. Кисловатый вкус сырости на губах. Зонт легко справлялся с задачей, все же дождь не слишком выходил за пределы вечно сдвигаемых экологически норм.
Встряхиваю его, заставляя желтоватые капли присоединиться к ручейкам, текущим вдоль могильных плит.
Лишь в фильмах люди, попавшие под такой дождь — растворяются, будто ведьма из
