– «Искушение плоти». Его только единицы способны пройти. Там от одного взгляда трусы, бывало, слетают.
– Там поди проигрыш уже будет хорошо! – переглянулись и рассмеялись бойцы. – Давай еще что-нибудь про вот про это!
– Короче, пустите нас или нет? – потерял терпение Моня, понимая, что уже перегнул. – Половину лута вам отдадим. Этот квест еще более скрыт, но приз того стоит.
– Ты это… погуляй, а мы покумекаем… – подвел итог бородач. – Вторая-то где?
– Приглядывает из безопасного места. Стесняша она.
– А… на стрёме. Умно. Ну иди.
Подозрительно косясь на них, Моня отошел за шлагбаум. Надежды на благоприятный исход мало. И конечно, никто не поверил, что есть такой квест.
10
Туман понемногу редел, открывая сырые стволы, заросшие мхом и лишайником. Мертвые лозы свисали с веток, как седые и грязные волосы. Ощущалось чье-то недоброе присутствие рядом, незримый, но внимательный взгляд. Резко каркнула ворона, и этот зловещий звук заставил Моню испуганно вздрогнуть и оглянуться туда, где его ждала Роби. Наверняка она за ним тоже следит.
Он переминался с ноги на ногу уже несколько минут, ожидая, когда троица, наконец, что-то решит. До него доносились лишь обрывки их жарких споров. Похоже, рыжий и лысый на его стороне, надеясь на интрижку и особую благодарность «монашек», но старший был против. Не потому, что ему было жалко. Он сомневался в их способности держать язык за зубами, а в гильдии никто не поверит, что пропустили бесплатно.
Устав ждать, Моня выпрямился, чувствуя, как ветер забрался под юбку и холодит, кусая кожу. У костра было бы гораздо теплее, пусть же решат что-нибудь! Если здесь даже замерз, то что будет в шахте? Об этом пока старался не думать.
Из провала тянуло сыростью, и где-то в глубине послышался глухой звук – то ли камни осыпались, то ли что-то шевельнулось живое. А потом раздался рык – низкий и гулкий, как дыхание зверя, Моня нервно сглотнул, не представляя существа, которое способно его издавать. Никто из бойцов не повел даже ухом. Должно быть, привыкли и знали, что не так там и страшно.
Наконец, там пришли к единому мнению, и старший махнул Моне рукой. Стуча зубами от холода, он подошел и стал поближе к огню, наслаждаясь теплом, ласкающим голые ноги.
– Значит так, сестренка: нам нужен аванс! – объявила решение тройка.
– Но у нас вообще ничего нет… – жалобно пробормотал Моня. Это не пришлось даже играть.
– Ну на нет и входа нет! – хлопнув ладонью по колену, подвел итог бородач. – Приходите, как будут. Мы пару дней еще здесь, а там другая уже смена заступит.
– Хотя бы скажите, где заработать. Я же всё-таки квест вам дала.
– Лучше б просто дала, но что теперь делать… К речке спуститесь, там наши сидят. Балбесов зовут Тасля и Масля. Скажите, Кузьмич вас послал. Пофармите с ними, там кроков полно, а рарные шкуры дорого стоят. Эти бездари только триппер могут ловить. Вдруг вам повезет?
– Тасля и Масля? – ошеломленно повторил Моня за ним.
Анджел говорил, что люди, которых разыскивал, сидят в этом городе, но вот так неожиданно встретиться – странно. Видимо, знак, что кармический узел придется распутать. Будто Сансара специально столкнула их лбами.
– Знаешь их, что ль? – осклабился рыжий, толкнув лысого в бок. – А говорила, что скромница!
– Просто ники смешные, – нашелся Моня. – Ваш крок вкусно пахнет.
– Да возьми хвостик с собой, нам же не жалко, – расщедрился старший, отрезая его тесаком. – Пока делать нечего, кулинарку качаем, а этого добра тут полно.
– Прелесть какая. Благодарю! – поклонился им Моня, взяв у них горячий, завернутый в тряпицу, кусок килограмма на два. – Тогда мы пойдем.
– Удачи, сестра.
Моня повернулся и, чувствуя спиной их липкие взгляды, поспешил к подружке с подарком. Жирно-поджаристая корочка, аппетитный запах дымка и пряностей заставили давиться слюной.
Прячась за кустами, Роби сидела на корточках и прижимала ладони к губам, чтобы согреть их дыханием. Услышав шаги, вскинула голову, и взгляд сразу метнулся еде.
– Ого, про меня не забыл? – Нетерпеливо протянула к ней руки она. – Давай-ка быстрее.
– Мне только оставь, – предупредил Моня, зная ее аппетиты.
Роби схватила кусок и, развернув, жадно впилась зубами в горячее мясо. Жир брызнул на подбородок, и она застонала от удовольствия, прикрывая глаза. Она с таким блаженством жевала, что у Мони свело живот, который и так урчал неприлично и громко.
– О-о-о… – простонала, прикрывая глаза. – Воистину божественный пир!
Не выдержав, Моня куснул прямо из ее рук. Корочка хрустнула, открывая сочную, пропитанную дымом плоть крокодила. Тимьян и перец добавили ей остроты, перебив запах тины, который немного всё-таки был. Вкус дикий, первобытный – мясо, огонь, пряности, – и Моня на миг забыл обо всём. Каждый укус, как глоток жизни, от которого по телу разливалось тепло, обещая покой и приятную сытость.
Как наперегонки, они съели всё. Закончив, Роби облизала губы от жира, а потом еще и пальцы Мони, пососав каждый из них. Ее язычок был подвижным, горячим, а губы мягкими, влажными, и жар от их прикосновений растекался по телу, пульсировал внизу живота.
– Роби… – выдохнул Моня и задрожал, но уже не от холода. Хотел выдернуть руку, но тело не слушалось, отзываясь на ее тепло, дыхание, взгляд, обещавший еще более вкусное лакомство.
– Что случилось, малыш? – прошептала она, придвигаясь всё ближе. В улыбке виделось нечто лукавое, хищное и гипнотическое, ввергая в состояние, близкое к трансу.
– Всё, что хотела, ты уже получила. «Ключик» как новенький, а мне этого точно не надо.
– Уверен? – Роби почти насильно поцеловала взасос. Ее ладонь скользнула под ткань, сжала грудь. Пальчики, дразня, потеребили сосок, который предательски твердел, когда им так играли. – А так? Что, уже не монашка?
Ее мягкие волосы упали ему на лицо, закрывая от мира, словно задернули шторку. За ней будто маленькое интимное измерение, непроницаемое для любопытных взглядов снаружи. Всё, что в нем происходит, там и останется – так чего же стыдиться? Наслаждение по природе своей чем-то плохим быть не может.
И Моня почти физически слышал искушающий шепот, понимая, что на Сири уже не сослаться. Это его собственный ум требует включить «режим Инь» и как бы спрашивает: зачем из него вообще выходить, если нужен так часто?
– Роби! – выдавил Моня, пытаясь отстраниться, что конечно, не вышло. Голос прозвучал слабо, почти умоляюще. – На реке парочка, которую хочу наказать. Сильно достали дома меня.
– Их съедим тоже. Но позже, – согласилась она и ладонью скользнула по его животу, собираясь двигаться дальше. – Они подождут, а я нет.
Моня
