это будет выглядеть так…
Это его «Мамаева» полоснуло по мне, как нож, неудачно сорвавшийся с доски прямо на палец.
Я переоценила свои силы. Вряд ли я смогу.
Если бы Захар был просто моим руководителем — другое дело. Я бы восприняла произошедшее, как само собой разумеющееся. Неприятно, но терпимо.
Но он мне больше, чем начальник или коллега. Поэтому каждое резкое слово от него кажется обидным вдвойне.
Остаток рабочего дня провожу как в тумане. Раньше, когда Мурат повышал на меня голос или каким-то другим образом проявлял грубость, я была к этому готова. И воспринимала это, как своего рода норму. Хорошая жена должна быть во всём послушной своему мужу. Да, конечно, мне было неприятно, но ни разу не обидно.
Ровно в шесть ухожу из офиса. Захар не звонит и не пишет мне.
Позже зайди. Или никогда…
Никогда — мне подходит.
Дома не нахожу себе места, поэтому решаю заняться уборкой. Облачившись в спортивный топ на широких лямках и короткие велосипедки, приступаю к выполнению намеченного плана. Включаю подборку энергичной музыки, чтобы веселее было работать.
Звонок в дверь застаёт меня в момент, когда вскарабкавшись на столешницу, я пытаюсь вытереть пыль с верхнего яруса.
Я никого не жду. Ко мне в принципе редко кто захаживает. С соседями я не дружу, предпочитая не заводить ни с кем близких отношений. Люди бывают разные…
Может продают что-то или распространяют? Уйдут, наверное.
Звонок продолжает звучать настырно. Да ё-моё!
Присев на корточки, спрыгиваю вниз. Утираю ладонью вспотевший от активных телодвижений лоб.
Открыв дверь, обнаруживаю за ней… Захара.
Он выглядит каким-то помятым. Галстук — наперекосяк. В руках держит небольшой букетик кустовых роз жёлто-розового цвета. Смотрит исподлобья:
— Пустишь?
Молчу. Тяжело дышу, грудь вздымается. Из меня вырывается неконтролируемое:
— Я занята. Позже зайди. Или никогда…
Захар морщится, словно лимон надкусил.
— Аль, ну чего ты начинаешь, а?
— Я — начинаю!? — прикладываю ладонь правой руки к груди в искреннем удивлении.
Характерный звук защелки замка соседской двери прерывает наш разговор. Ещё свидетелей мне не хватало.
— Иди сюда, — шиплю, затаскивая Захара за галстук в помещение.
Быстро захлопываю за ним дверь. Смотрю в глазок. Так и есть. Пожилая пара из соседней квартиры. По ним часы сверять можно. Сейчас у них вечерний променад по плану.
Захар осторожно кладёт руку на моё плечо. Скидываю её раздражённым движением. Кладёт снова, держит крепче. Оборачиваюсь к нему.
— Слушай. Если твоё плохое настроение закончилось, я очень рада. Теперь моя очередь злиться. Тебе лучше уйти.
— Я никуда не уйду. Сначала мы поговорим, — протягивает мне цветы.
— Это лишнее.
Не беру их. Он раздражённо кидает букет на банкетку.
— Аль…
— Знаешь, что я поняла? Это всё не по мне. С тобой классно и всё такое, — мои глаза невольно наполняются слезами. Закусываю нижнюю губу, чтобы не дрожала. — Но я просто не успеваю перестраиваться, понимаешь?
— Не совсем.
— Ну, вот сегодня. Утром ты целуешь меня. Потом что-то случается. И после обеда ты выгоняешь меня из своего кабинета. Я просто хотела поговорить, Захар! — повышаю голос.
— Это всего лишь работа.
— Хорошо. Пусть так. Но это не значит, что меня всё устраивает. И я смирюсь с перепадами твоего настроения. Я не хочу гадать на ромашке, в каком ты сейчас расположении духа!
— Думаешь, мне легко? — его тон теряет присущее ему самообладание. — Я забыл о встрече! Из-за тебя… Из-за нас, — поправляет сам себя. — Такого со мной не бывает, понимаешь? Никогда.
— Ну и что? Все когда-нибудь ошибаются. Это нормально, представь себе!
Он берёт меня за плечи, приближая своё лицо к моему. Сглатывает.
— С тобой я теряю контроль. Над собой и над своей жизнью. И я… боюсь.
— Боишься? — удивляюсь. — Чего?
— Мы с тобой знакомы без году неделя. Что мы знаем друг о друге? Ничего. Ты замужем. Пусть формально, но всё-таки. Это не твой город. Если ты решишь когда-нибудь уехать…
— Захар… — говорю нежно, почти ласково. — В жизни нельзя проконтролировать абсолютно всё. В погоне за постоянным контролем ты неизбежно потеряешь что-то… более важное.
Он опускает глаза. Думаю, для того, чтобы не выдать царящее в них смятение.
Обхватываю ладонями его щёки. Он показал мне свою уязвимость. А это дорогого стоит.
Нежно целую в губы. Выдыхает мне в рот облегчённо.
После обнимаю его. Так и стоим, тесно соприкоснувшись телами, в узком тёмном коридоре.
Злости больше нет. Мне просто хорошо сейчас.
Глава 27
Альбина
Сегодня последняя пятница месяца. В офисе — день традиционных ежеквартальных тренингов. Накануне все сотрудники предприятия получили тематическую рассылку по электронной почте. Нам предстоит мероприятие под названием «Смена ролей».
Суть его в том, что на один день мы перемещаемся на другие рабочие места и выполняем работу других людей. Предполагается, что это сплотит наш коллектив, а ещё поможет лучше понять своих коллег. Отличная возможность побывать в «чужой шкуре», как выразился Лисовецкий.
Как по мне, попахивает авантюрой.
Везение у меня уровня «бог», ведь я попадаю в отдел к Отморской. Безуспешно пытаюсь уговорить Пашу, которому посчастливилось пройти тренинг в аппарате гендира, поменяться.
— Я, по-твоему, идиот? Проходить тренинг у Отморской по собственному желанию? Да я лучше с техперсоналом махнусь, — практически угорает надо мной.
Плетусь в отдел физлиц неохотно, как на эшафот. Их кабинеты расположены ровно над нашими, только на этаж выше. Планировка абсолютно идентичная: общий кабинет для юристов, отдельный — для руководителя и приёмная.
На тренинг со мной попадают две девочки из отдела юридического консалтинга. Мы знакомы друг с другом лишь шапочно. Пообщаться ближе нам не удаётся, так как Маргарита почти сразу же отправляет их в архив областного суда на ознакомление с материалами.
Я остаюсь в офисе, чтобы помогать Отморской по текущим делам. Возможно, это мне только кажется, но в глазах белобрысой стервы мелькает что-то вроде триумфа. Сжимаю зубы, твёрдо решив просто пережить этот день. Когда-нибудь он закончится.
Работа в отделе физлиц отличается от нашей в основном тем, что тут приходится чаще контактировать с клиентом. Если по корпоративным делам ты зарываешься в бумаги по самую макушку, то с обычным человеком — всё иначе.
Люди, как правило, подвержены эмоциям. К юристу они приходят тогда, когда у них возникают проблемы. Естественно, в такие моменты человек внутренне разбалансирован, что безусловно всё усложняет.
Маргарита отправляет меня на первичную обработку документов. Моя цель — опросить человека, выявить суть его проблемы и предложить возможное решение.
Конечно, с непривычки новичку во всём этом сориентироваться сложно, но хорошую службу
