Читаем без скачивания Певица Перна - Энн Маккефри

Ступив на верхнюю площадку, девочка услышала негромкий перебор гитарных струн. Она замедлила шаг и все равно появилась в комнате Главного арфиста запыхавшись — совсем как Сибел. Он поднял голову, понимающе улыбнулся и, желая успокоить девочку, показал на письменный стол. Там, не спуская глаз с юноши, уютно свернулись файры.

— Как видишь, недостатка в слушателях у меня не было. Правда неизвестно, понравилась ли им моя музыка.

— Понравилась, — улыбнулась Менолли. Девочка протянула руку, и Красотка немедленно подлетела к ней. — Взгляни, у них все видно по глазам. Сейчас главный оттенок — зеленый, а это значит, что они довольны и собираются вздремнуть. Красный цвет означает голод, голубой и зеленый — все в порядке, белый — опасность, а желтый — страх. Ну, а скорость вращения глаз говорит о том, насколько сильно то или иное чувство.

— А что можно сказать про него? — Сибел показал на Лентяя, у которого глаза были прикрыты матовой пленкой.

— Не зря же его зовут Лентяем!

— Но я играл вовсе не колыбельную!

— Он всегда такой, если только не голоден. Вот, полюбуйся, — Менолли сняла файра со стола и посадила Сибелу на руку. Юноша замер. — Почеши ему надбровья, погладь изнанку крыльев. Слышишь? — мурлычет от удовольствия!

Сибел послушно ласкал файра, а тот, припав к руке юноши, обхватил лапками его запястье и, вытянув шею, тыкался головкой в ладонь. По лицу подмастерья расплылась робкая завороженная улыбка.

— Я и не думал, что у них такая нежная шкурка.

— Нужно следить, чтобы она не шелушилась, а если что, — сразу смазывать маслом. Я вчера весь вечер трудилась над ними, и все равно видно, где нужно смазать еще раз. Ну-ка погоди… — Менолли быстро сбегала в свою комнату за мазью. Сидящая у нее на плече Красотка недовольно попискивала при каждом толчке. Вместе с Сибелом они тщательно смазали каждого файра. Юноша все увереннее обращался с ящерицами. По лицу его блуждала легкая улыбка — как будто он удивлялся, что приходится заниматься таким непривычным делом.

— Скажи, все файры поют? — спросил он, обрабатывая Рыжика.

— Я и сама точно не знаю. Думаю, мои научились только потому, что я все время пела им, когда мы жили в пещере. — Менолли усмехнулась про себя, припоминая, как файры, застыв на карнизе, вертели головками, внимательно прислушиваясь к звукам музыки.

— Потому что даже такие слушатели лучше, чем никаких? — спросил Сибел. — А ты слышала, что маленькая королева лорда Гроха недавно начала подпевать арфисту Форт холда?

— Быть того не может!

— Я бы еще понял, если бы сам Грох мог спеть хоть пару нот, — рассмеялся Сибел, заметив ее испуг. — Да ты не беспокойся, Менолли, — я слышал, что Грох в полном восторге. — Юноша слегка посерьезнел.

— Не думаю, чтобы нынче ночью лорд Грох был в таком же восторге. — Менолли секунду поколебалась, а потом выпалила: — Как ты думаешь, Ф'нор с Кантом выживут?

— Должны, просто обязаны! Они нужны Брекки — без них она погибнет. Ведь она и так потеряла свою королеву. Брекки поможет им выжить. Мы узнаем подробности, когда вернется Главный арфист.

В комнату ввалился Камо с тяжело нагруженным подносом в руках. Его плоское лицо жалобно кривилось. Но едва он увидел Менолли и файров, как сразу просиял.

— Милашки проголодались? Камо будет кормить? — Менолли увидела у него на подносе, кроме прочей снеди, две огромные миски, доверху наполненные кусками мяса.

— Спасибо, Камо, что накормил милашек утром.

— Камо все делал тихо, очень тихо. — Дурачок так энергично закивал Менолли, что расплескал кувшин с кла.

Сибел поспешно забрал у него поднос и поставил на письменный стол.

— Ты молодец, Камо, — сказал подмастерье. — А теперь ступай на кухню, Альбуна тебя заждалась. Пойди помоги ей.

— Милашки голодные? — на лице Камо было написано разочарование.

— Нет, Камо, сейчас не время, — ласково проговорила Менолли, улыбаясь дурачку. — Видишь, они спят.

Камо потоптался не месте, таращась то на стол, то на подоконник, где, поблескивая свежесмазанными шкурками, растянулись на солнышке файры.

— Мы с тобой покормим их позже, вечером.

— Вечером? Хорошо! Не забудешь? Обещаешь? Правда? Камо будет кормить милашек?

— Обещаю, Камо, — как можно убедительнее сказала Менолли. Жалобный, просительный голос, которым Камо добивался от нее согласия, подсказал Менолли, что надежды дурачка слишком часто оказывались обманутыми.

— Сильвина сказала, что утром ты едва успела выпить кружку кла, — проговорил Сибел, когда Камо, шаркая, вышел из комнаты. — Я еще не забыл уроки Шоганара и поэтому уверен, что ты зверски голодна.

К восторгу Менолли на подносе, кроме мясных колобков, кла, хлеба с сыром и варенья, оказались еще и свежие фрукты. Сибел едва притронулся к еде, только чтобы составить девочке компанию. Он сказал, что не хочет есть, хотя все утро провел за учебой. В подтверждение своих слов он отбарабанил названия рыб, которые Менолли дала ему накануне.

— Ну что, все правильно запомнил? — спросил он, лукаво поглядывая на изумленную девочку.

— Все!..

— Смогу я теперь сойти за моряка?

— Ну, если придется только называть рыб…

— Если только… — Он в отчаянии закатил глаза. — Кстати, я тут договорился со знакомым всадником из Форт Вейра. Он обещал потихоньку захватить нас куда-нибудь на море, чтобы ты научила меня ходить под парусом.

— Ходить под парусом! — возмутилась Менолли. — И ты думаешь научиться этому за один раз? Как зазубрил названия рыб?

— Видишь ли, мне навряд ли придется выходить в море самому. Главное — освоить основные принципы… — ухмыльнулся он. — А подвиги на море я предпочитаю оставить настоящим морякам.

Менолли вздохнула с облегчением. Ей нравился Сибел, поэтому девочку угнетала мысль, что он может опрометчиво отважиться на борьбу с морской стихией. Янус часто говорил: нет человека, который знал бы все о море, течениях и приливах. Стоит возомнить себя бравым капитаном, как налетит шквал и разобьет твое судно в щепки.

— Думаю, так будет разумнее. А я лучше поучусь потрошить рыбу — ведь это тоже часть морского промысла, к тому же куда более безобидная, чем мореплавание. Этим и займемся в первую очередь, как только Н'тон достанет свежей рыбы — он обещал.

Менолли просто сгорала от любопытства: ну зачем, зачем подмастерью арфиста разбираться в морском деле? — но спросить она не решилась.

— Завтра — выходной, — продолжал Сибел, — может быть, даже будет ярмарка, если погода продержится, что вполне возможно, на мой сухопутный взгляд. Значит, если файры к тому времени вылупятся и мы сумеем незаметно улизнуть, то, возможно, через пару дней…

— Но я не смогу пропустить урок мастера Шоганара…

— Быстро же он тебя вышколил!

— Просто он очень требовательный…

— Да, этого у него не отнимешь. Но, чтобы хоть как-то утешить тебя, могу сказать: голоса он ставит мастерски. С игрой на инструментах у меня никогда не было проблем… — Сибел усмехнулся, вспоминая годы учения, — но петь… вот уж никогда не думал, что из меня может получиться певец! Я ужасно боялся, что меня выгонят…

— Тебя?

— Вот именно. А я мечтал стать арфистом с тех самых пор, как выучил первые баллады. Вырос я в холде, где карьера арфиста считалась весьма уважаемым делом. Мой приемный отец помогал мне, чем только мог, а местный арфист неплохо владел инструментами, но не более того. Правда, основы он преподавал очень грамотно. Ну, я и возомнил себя законным музыкантом и очень тем гордился… пока не попал сюда. — Сибел насмешливо фыркнул, припомнив свой мальчишеский гонор. — Только здесь я понял, что искусство арфиста — нечто гораздо большее, чем просто музицирование.

Менолли понимающе усмехнулась.

— Как и знать морское дело — нечто большее, чем уметь потрошить рыбу и управляться с парусом?

— Да, именно так. И если уж речь зашла о музицировании, то Домис, освободив тебя от утреннего урока, не освободил от занятий… Так что мы можем с пользой провести время ожидания. Кстати, прими мои комплименты — вчера ты очень ловко повела себя с Домисом, нашла единственно верный тон.

— Я никогда не фальшивлю.

Сибел непонимающе уставился на нее.

— Я вовсе не имел в виду твою игру. — Он взглянул на девочку пристальнее. — Уж не хочешь ли ты сказать, что тебе действительно нравится такая музыка? Значит, ты не притворялась?

— Его музыка просто изумительна. В жизни не слышала ничего более великолепного, — выпалила Менолли, несколько задетая подозрением Сибела.

— Ну, конечно… Она и должна казаться тебе такой. Вот только сохранишь ли ты свое мнение через несколько Оборотов, после того, как тебе придется постоянно терпеть бесконечные эксперименты Домиса, его вечный поиск чистых музыкальных форм? — Юноша шутливо передернулся. — Вот, взгляни-ка сюда, — он развернул перед девочкой нотные листы. — Посмотрим, как тебе это понравится! Домис отдал тебе партию первой гитары, но, учти, придется выучить и партию второй.