Читаем без скачивания «Крот» - Павел Барчук

class="p1">— Почему Вы сказали, что мы виноваты в смерти Маслова? — Александра Сергеевна вдруг резко успокоилась, подошла ко мне и так же уселась рядом. Прямо на землю.

— Потому что я должен был той ночью находиться вместе с инженером. В этом и был смысл. Это я велел ему спрятаться. Чтоб ситуация вокруг пропавших чертежей послужила поводом для отмены приезда Кастро в этот город. Но Вы пришли ко мне в гостиницу и вышло, как вышло. Льва Ивановича убили. Чертежи нашлись. Версия с предательством отошла на задний план. Вернее, предателем теперь считается сам Маслов. Так решил Комитет. Будто Лев Иванович выкрал чертежи с целью продать их Штатам. Очевидная и единственная с точки зрения чекистов версия.

Но…Я уверен, смерть Маслова связана с Вадимом. Белобрысый следил за мной. Он же сам в этом признался. Видел, как я отвез Маслова на дачу. Потом видел, как я приезжал к инженеру. Соответственно, может не до конца, не целиком, но мои действия Марков оценил верно. Понял, я пытаюсь мутить что-то свое. Вадим, как мы знаем, связан с Филатовой. А Филатова, к тому же, внучка предателя. Короче, вот такой у нас получился круговорот предателей в природе. Не знаю, сам ли Марков убил Льва Ивановича. Или это сделала сладкая парочка в лице Нины Ивановны и Ведерникова… Кстати, пока Вы спасали Маркова, Игорек подглядывал из кустов, потом дождался меня и все рассказал. Заодно пытался впаривать новую версию событий, связанных с семьей Масловых. Опять врал. Игорь врет мне уже не в первый раз. Он пытается выгородить свою обожаемую Филатову. Очевидно. Ну, и раз уж мы остановились побеседовать по душам, у нас же нет другого времени для этого…Что с Марковым? Думаю, он зря рассчитывает получить список агентов. Так?

— Я не могу дать ему то, что он хочет. — Комарова тоже смотрела вдаль. Выглядела она грустной. — Я вообще никому не смогу передать этот список. Вы знаете, почему. Хотя, можно было бы себя обезопасить таким образом от нападок неизвестной стороны. Имею в виду, попытки убить меня.

— Это понятно. Учитывая, что среди нелегалов Ваши родители, естественно список останется при Вас. Но…у меня вопрос. Конкретный. Мы убьем Маркова? Думаю, вполне понятно, он тоже не оставил бы нас в покое. Этот дальний родственник в Швейцарии… Скорее всего, нас будут поджидать именно там. Я вообще думаю, ничто не мешает Маркову получить двойную награду. Сначала он рассчитывает на Ваш список. А потом сольет нас хозяевам. Чтоб отмазать свою задницу, уверен, Белобрысый подсуетится. И… как убьём? Вы опять притащите свою болтанку?

— Болталку. — снова на автомате исправила меня Комарова.

— Да по хрену. Я просто хочу понимать, чего ждать. В конце концов, Александра Сергеевна, Вам пора признать одну вещь, в первую очередь для себя. Мы реально партнёры. Мы с Вами. Достаточно уже недоговорок. Ну, ведь Вы все равно пытаетесь мне помочь. Несмотря на обстоятельства. Я понимаю, скорее всего, делаете это для себя самой же, но лучше начать, наконец, говорить правду.

— У меня есть некоторые яды, которые позволят сделать все тихо. — Коротко ответила Комарова. В принципе, это и была ее позиция. Да, мы убьем Маркова. Сначала с его помощью выберемся из того дерьма, в котором сейчас находимся, а потом убьём.

— Класс… Еще и яды… Вы просто Екатерина Медичи советского разлива. Что отправите Маркову в подарок? Перчатки? Носовой платок? — Я покачал головой, — Господи, Ершов действительно подготовил Вас ко всему. Ну, с другой стороны…спасибо, что со мной Вы действовали более гуманно.

— У меня не было цели вас убивать. Я хотела знать правду. В этом и смысл. Мне до чертиков надоело бегать. Прятаться. Тем более главную проблему это не решит. Я хочу вернуть родителей домой. Поэтому…мне было известно, что Маслов работает на Комитет. Я специально дала ему понять, кем являюсь на самом деле. Чтоб он донёс, куда нужно, о моем появлении. Он же Вам донес?

Я молча кивнул.

— Ну, вот. А потом появились Вы. Однако почти год не предпринимали никаких действий в отношении меня. Я не могла понять, почему. И такое бездействие вовсе не входило в мои планы. Я наоборот ждала активности. Не подходить же к Вам открыто и не задавать вопросы. Решила воспользоваться тем, что осталось от деда. Вернее тем, что он оставил мне в наследство. Так можно сказать. То, что у Вас оказались проблемы со здоровьем, это случайность. И в любом случае, не считая некоторых проблем с памятью, на которые вы жаловались вскользь, ничего смертельного не произошло ведь.

Я покосился на Комарову. Интересно, она сильно удивится, если скажу ей, что как раз смертельное произошло. Что Беляев, черт бы его побрал, умер. И я умер. Только в другом месте, совершенно в другое время.

Однако, естественно, вместо этого произнёс вслух то, что возможно не стоило произносить. Но в кои-то веки мы, наконец, с Комаровой говорим более-менее откровенно.

— Я не знаю, что делать. Честно. Ситуация так складывается, или я, или меня. Но…черт…Каким дерьмом не были бы Филатова и Ведерников, не могу я просто так их убить. Понимаете? Чисто морально не могу. Мне даже мысль о том, что ожидает Маркова, причиняет некоторый дискомфорт. Одно дело, когда это происходит в драке. Там да. А вот исподтишка, не знаю…

— Другого варианта нет, Максим Сергеевич. Помочь нам сможет только Марков. Вдвоем мы не справимся. Его предложение с фальшивой гибелью — идеальный вариант. Мы сможем выбраться за границу. Через Одессу — в Турцию. Потом — дальше. У меня есть документы, да. Но все они сделаны на имена граждан Советского Союза. Вадим обещал паспорта иностранных держав. Вы, если хотите, отправитесь в Швейцарию. Там разберетесь на месте. Что-то мне подсказывает, не пропадёте. А я… Я поеду в другую сторону. Мне нужно добраться до родителей.

— Вы даже не рассматриваете вариант, в котором мы останемся здесь? — Я усмехнулся. В принципе, она могла бы и не отвечать. И так все понятно.

— А Вы не рассматриваете вариант, в котором рассказываете правду своему руководству. Я имею в виду Комитет. Хотя, понимаете, они могли бы использовать Вас как «Крота». Как двойного агента. По крайней мере, точно остались бы живы. — Парировала Александра Сергеевна.

— Во-первых, я не хочу больше всего этого. Хочу жить спокойно. Без агентов, чекистов, предателей и прочей ерунды. Во-вторых… — Я помолчал, прикидывая, сто́ит ли делиться своими подозрениями. Но все же сказал. — Во-вторых, в Комитете сидит крыса. Кто-то слил Вас црушникам. Вы и сами это должны понимать. Внучка Ершова заинтересовала их снова не так давно. При этом Марков точно знал фамилию. То есть сведения были конкретные. Место, имя… Не уверен, что могу хоть кому-то доверять. Даже тому человеку, с которым занимаюсь делом Ершова.

— Ясно… — Александра Сергеевна немного помолчала. Потом снова продолжила. — Ну, вот видите. Выходит, действительно нет другого пути. А Филатова и Ведерников… Я удивлена Вашим отношением к этому. То есть… Не то, чтоб кровожадность это хорошо. Но… Мне казалось, в Вашем случае должен работать принцип — цель оправдывает средства. Разве не этому учат в Комитете? Да и Вас готовили к агентурной работе. К работе нелегалом. Какие уж тут нравственные нормы?

— Да. Вы правы. — Я встал на ноги, отряхнул брюки. Надо завязывать с душевными разговорами. А то Комарова реально начнет подозревать нечто бо́льшее, чем знает. Конечно, мысль о переселении душ ей вряд ли придёт в голову, но лишние волнения сейчас точно ни к чему.

— Все хорошо? — Александра Сергеевна тоже поднялась с земли.

— Посмотрим. Пока рано говорить о том, что еще не произошло. Идемте, отвезу Вас домой. На завод уже нет смысла возвращаться. Время…– Я посмотрел на часы. — Ух, ты, черт… Почти семь часов вечера… Завтра — крайний день тишины и покоя. Будет все так, как должно быть.

Я направился к машине, которая так и стояла у обочины, с открытой пассажирской дверью. Видимо, Комарова торопилась меня догнать и не захлопнула ее. При этом в голове крутилась одна и та же мысль. Хрен им всем. В конце концов, безвыходных ситуаций не бывает. Безвыходная ситуация, это когда над тобой крышка гроба. Поэтому я в любом случае найду выход. Но только выход будет тот, который меня устроит.

Глава 16

В которой Александра Сергеевна думает очень интересные мысли, но делиться ими со мной не собирается