Читаем без скачивания «Крот» - Павел Барчук

Максим Сергеевич гнал машину в сторону города на приличной скорости. Саша сидела молча и со своими вопросами к нему больше не лезла. Человек на взводе, это было заметно. Впрочем, и так понятно, от хорошего настроения и положительных эмоций люди просто так по полям не бегают. Правда, немного удивительно видеть столь сильную реакцию со стороны человека, которого готовили к нелегальной работе в Советском Союзе. Которого вообще готовили к нелегальной работе.

Девушка доподлинно знала, эти люди спокойно относятся к любому развитию событий. Крепкий дух, устойчивая психика — один из немаловажных аспектов подготовки агента. И уж что-что, а чужая жизнь никогда не стои́т выше их интересов. Тем более, Беляева отправили в Союз очень давно. И готовили его с юных лет.

Саша искренне не могла понять, почему Максима Сергеевича беспокоит, что им придётся пожертвовать Филатовой и Ведерниковым. Не то, чтоб эта мысль приносила радость самой девушке, насчет Нины Ивановны с ее верным паладином, однако, Саша знала наверняка, вариант, предложенный Марковым, на самом деле неплох.

Комарова вообще впервые видела агента, который волнуется о жизнях людей, ему не просто совершенно посторонних, но и, возможно, имеющих на своей совести, как минимум, одну смерть. Это по скромным прогнозам. Есть крепкое подозрение, что Анна Степановна тоже погибла по причинам, тем или иным образом связанным с этой парочкой.

Да, распоряжение поступило от Вадима. В этом Саша не сомневалась. Особенно после признаний Беляева о неудавшейся диверсии с чертежами. Но еще она не сомневалась в том, что Марков не стал бы делать грязную работу сам. Он — удивительно брезглив. А вот чужими руками — с удовольствием. Моральными принципами Вадим не отягощен. Это Саша поняла давно.

Но в то же время, у человека всегда есть выбор. И даже при том, что решение о ликвидации семьи Масловых мог принять Марков, и Филатова, и Ведерникова должны были отказаться. Если рассматривать тот вариант, в котором они — действительно невиновные люди.

В общем, Саша сидела молча, разговоров не заводила, но при этом изредка косилась в сторону Беляева, пытаясь понять, что с ним не так. А с ним точно что-то не так. Причём это «что-то» было слишком неуловимым. Саша даже не смогла бы четко сформулировать свою тревогу и свои подозрения.

У нее иногда вдруг появлялась странная мысль, будто Максим Сергеевич… Не совсем тот, кем кажется. Это, конечно, выглядит глупо. Естественно, он не тот, кем кажется. Сначала особист оказался сотрудником Комитета. Это — ладно. Саше данный факт был известен давно. Потом чекист вдруг превратился в нелегального агента ЦРУ. Тут, пожалуй, имелось удивление. Вроде бы — все. Дальше некуда. Ну, не может он быть нелегалом, которого перевербовал еще кто-то. Это уж совсем черт знает что получается. И все-таки ощущение неправильности поведения Беляева с каждым днем становилось все сильнее.

Впору заподозрить раздвоение личности у Максима Сергеевича. Потому что его личность, которую Саша имела возможность наблюдать, вообще никак не укладывалась в рамки, соответствующие профессионалу, который много лет ждал своего часа. Даже если Беляева на самом деле не хочет больше быть агентом американской разведки. Что тоже странно.

Нелегал нелегалу рознь. Дед рассказывал, большинство советских агентов уезжали в Штаты в достаточно сознательном возрасте. Имея жену, либо военное прошлое за плечами. Беляева, если учитывать, в каком возрасте он попал в Союз, готовили еще подростком. И это немаловажный факт. То, что вложили в него, должно сидеть крепко. Перебить это жизнью в Советском Союзе сложно.

Кроме того, Максим Сергеевич довольно часто напоминал Саше плохого актёра. Будто человеку поручили сыграть роль, которая с одной стороны, не так уж чужда, но при этом совсем не нравится. Однако, как озвучить свои подозрения вслух, девушка не имела ни малейшего понятия. Потому что эти подозрения были слишком странными. Даже сейчас Максим Сергеевич явно что-то задумал свое. О чем делиться с Сашей не торопился.

После того, как они вернулись к «Волге» с их внезапной «полевой» прогулки, Беляев вдруг начал торопиться. Сказал, якобы очень переживает, что девушка вернется домой слишком поздно. А завтра — насыщенный день. Последний этап подготовки к приезду делегации. Нужно все еще раз проверить и перепроверить. Ну, в это Саша точно верила с трудом. Насчет переживаний о ее персоне. Что-то раньше Беляева совсем не беспокоило, рано она домой придёт или поздно. А тут, ты посмотри, какая удивительная забота.

Саша, если честно, была не против сама уже оказаться дома. Денек выдался тот ещё. К тому же, завтра вечером потребуется снова встретиться с Марковым. Вадим к тому моменту должен выполнить свою часть договоренностей.

Учитывая, что Беляев, Марков и Саша вместе должны появляться как можно реже, а лучше — никогда, им предстояло посетить театр. Такой вариант конспирации предложил Вадим. Мол, в сутолоке зрителей никто не обратит на них внимания. Просто дачный домик Ведерникова они уже использовали для своего совещания. И повторяться в данном случае лучше не сто́ит. Как бы не закончился приезд Кастро, он вызовет по итогу пристальное внимание определенных людей, которые захотят разобраться или в смерти Беляева и Комаровой, или в смерти кубинского лидера.

Театр — отличный вариант, он не вызовет подозрений. Слишком серьезная игра им предстоит, чтоб потерять все из-за какой-то мелочи.

Тем более, Комарова и без того ходит в драмтеатр, Максим Сергеевич вообще имеет личный интерес, а Вадим придет со спутницей. Смотреть они будут спектакль, где задействована та самая актриса, с которой у Беляева роман. Был… Хотя, может, Саша торопится использовать прошедшее время. Причем, Маркова отчего-то сильно веселил тот факт, что девушке придётся любоваться игрой Лилички.

Но это все будет завтра. А сейчас Александру Сергеевну немного мучила совесть. Несильно, совсем чуть-чуть. Но мучила. Она испытывала чувство вины из-за того, что не до конца была откровенна с Беляевым. Вернее, совсем не была откровенна в некоторых вопросах. Однако, причина для этого имелась. Даже несколько.

Во-первых, Саша, естественно, не доверяла никому. Это — главное, чему научил ее дед. И в чем она сама могла убедиться за все годы, проведённые в бегах. Продать и предать может любой. Максим Сергеевич не исключение.

Сейчас ему выгодно и удобно находится в связке с Сашей, а потом? Тем более, факт его работы на ЦРУ для девушки оказался настоящим сюрпризом. И это — звоночек. Беляев смог так долго играть роль честного сотрудника КГБ, так глубоко ухитрился внедриться, что это говорило о нем, как об очень сильном агенте.

А еще, Максим Сергеевич несомненно хитер, умен и все его поступки могут иметь двойное дно. Особенно, если отталкиваться от очень смутного подозрения, которое грызло Сашу изнутри, будто голодная крыса. Что Беляев даже после всех своих признаний все равно вообще не тот, кем себя выставляет.

Это пугало Сашу больше всего. Отсутствие уверенности. Даже своим глазам она не могла доверять в случае с Максимом Сергеевичем. Потому что эти глаза видят одно, а интуиция, которая никогда девушку не подводила, настойчиво шепчет голосом деда:«Санёк, тебя нагло дурачат. Брешет этот гад. Как пить дать, брешет. Тебе только нужно понять, в чем именно.»

Да, сейчас Беляев горит желанием разорвать связь с американской разведкой, но где гарантии, что это не очередная игра? Либо наоборот. Ради данной цели почему бы Беляеву не сдать ее, Сашу, чекистам? В качестве доказательства своей доброй воли. Ну, и заодно, покаяться в том, что много лет являлся нелегальным агентом. Саша точно знала, если Максим Сергеевич грамотно разыграет свою партию, его перевербуют с огромным удовольствием. То, что он заявил сейчас, когда они сидели в поле, будто не хочет больше никаких шпионских игр, могло быть ложью.

Саша вполне понимала, произошедшее между ними, связь, увлечение, или бог его знает, как это назвать, для Беляева может ровным счетом ничего не значить. Поэтому надеяться на личные моменты не сто́ит. Может, он вообще сделал это