такие качества у одного из членов команды будут подобны гранате в птичнике. И что привлечение Пирта в их группу может сильно взболтнуть всю ситуацию проекта, вплоть до его провала. Но интуиция подсказывала, что сейчас он поступает правильно. Вайону нужен этот разговор. Он определит многое.
- Буду откровенен, да, проект развивается странно, - сознался парень, понимая, что даже лукавить сейчас не стоит. – Слухи о нехватке средств. Задержки по поставке кристаллов. Виртуальное подключение через Пректона, которое по идее несущественно, но по заверениям очень важно. И при этом у нас до сих пор нет окончательного списка команды, нет инженеров, техников, безопасников. А навигатора, по слухам, нам могут не вернуть, если Торийцы не договорятся с Цинтеррой.
Пирт внимательно слушал Вайона, и с каждой фразой глумливая улыбка его становилась все шире. Парня это поначалу смутило, а потом начало злить. Но Пирт, поймав момент паузы, вклинился в монолог.
- А я говорил, что эти пафосные придурки и толстосумые жмоты будут долго жевать сопли. Да с таким ленивым передаточным звеном на пинковой тяге как наши – тем более.
Вайон подавился на фразе и растерял все заготовленные ранее мысли.
- В смысле? – только и смог, что выдавить он.
- В прямом! А то ты не понял, что Цинтерра и Тория срать хотели на всю эту экспедицию, и они ни одной лишней суммы не выделят на ваши нужды. Кто-то начал эту блажь. Нашел мечтающего свалить нахер Рэтхэма и Джаса, увлекли идеей и теперь неспешно ждет, пока они разродятся наработками. Они будут пахать в свое удовольствие, пока метрополия с желтолицыми в своей типичной манере будут прогрызать друг другу узорчато мозг. Не им нужна вся эта покатушка в космос. А вам.
- А как же планы? – запнулся Вайон. – Терраформирование. Открытия.
- Красивая сказка для лохов вроде вас, - отмахнулся Пирт, допивая залпом чай, словно крепкое спиртное, и попросив у официанта добавки.
Вайон впал в ступор. Да, чутье подсказывало раньше, что все выглядит как-то слишком радужно и красиво для правды. Но никто за последние месяцы не заявлял ему таких откровений в лоб. Был Сайрез, который мечтательно вырисовывал планы. Был Джаспер, взахлеб рассказывающий о дальнем космосе и совершенствовании машин под него.
Пирт же свалился ему со своими словами, как ведро кирпичей на голову. Обсыпал тяжелым содержимым и еще накрыл для гарантии сверху. Чтоб парень наверняка прозрел.
- Ты не обижайся, - с ноткой сочувствия продолжил Пирт, обращаясь к Вайону как к убогому, - но мечты об экспедиции в дальний космос на неопределенное время – это смешно. Ни один из тех, кто поработал там, - пилот ткнул пальцем в небо, - никогда не будет воспринимать это как романтику. Все красивые слова метрополии – лишь сладкий пиар, на который клюнули такие, как вы. Детки, ни разу не видевшие своими глазами космос, в котором легко заблудиться. Это вам не кругосветка по океану. Не парусная яхта, которую когда-нибудь прибьет к берегу. Да, в машинных телах вы, конечно, не сдохните от голода. Но если у вас хоть раз сломается навигация, а она обязательно когда-нибудь дает сбои от аномалий, сверхсильного облучения, гравитации или насравшего в приборную панель питомца зам начальника по хрен-какой службе… то вот тогда вы окончательно потеряете свою романтику и поймете, куда ввязались.
Вайон старался не вжимать голову в плечи. Именно сейчас ему по-настоящему стало стыдно. Не потому что он считал себе романтиком и подался на красивый пиар объявления. И не потому, что Пирт считал его таковым. Нет. Вайон стыдился, что сам об этом не подумал в таком контексте.
- А потом вы будете чиниться, чтобы дальше продолжать пахать на Цинтерру. Искать планеты, работать, ставить те самые буйки, разворачивать станции… и годами не видеть никого, кроме самих себя. Мелкую группу обманутых наивняков, запертых с отобранными безопасниками, которые будут вечно прикрывать ваши железные неугомонные профессорсткие задницы.
Пирт прервался, когда официант принес ему новый чай. Добродушно улыбнувшись, пилот поблагодарил его и блаженно откинулся на спинку кресла. Он понимал, что Вайону нужно было дать время переварить информацию, и ждал, пока парень немного соберет мысли в кучу.
Со стороны Вайона ситуация становилась все мрачнее и бестолковее. Более того, он еще раз укрепился в мысли, что с экипажем надо знакомиться до пересадки. Пока привычные условия позволят сложить первое впечатление. И никаких пополнений в последний момент. Только сейчас, когда есть еще время и можно успеть понять, с кем придется годами иметь дело в замкнутой среде корабля.
- Я так понимаю, - тихо и неуверенно заговорил Вайон, - вас мне бесполезно уговаривать отправиться с нами? Вы ведь, как сами говорите, не романтик, не искатель приключений, и вряд ли согласитесь просто так иметь дело с толпой «ученых ботаников»? Мне показалось, что Рэтхэм ваш старый знакомый. И если даже его убеждения на вас не сработали, то на частную просьбу малолетки без опыта полетов вы тем более не обратите внимания.
Пирт хмыкнул, одарив парня ироничной улыбкой.
- Как раз таки на просьбу «малолетки» я, как минимум, пришел.
Вайон удивленно поднял глаза от своих рук и затаился. Показалось или нет?
- Да, во мне давно выветрилась романтика, - пояснил Пирт. – Но на скучной работе в перевозчиках я понимаю, что загнусь быстрее. А если взять в расчет мою социопатию, то выбор между сотней пассажиров и десятком ученых становится… не в пользу богатеньких туристов с ерзающими детьми и вонючими питомцами.
Нет, Вайону не показалось! Даже воспрянув духом, парень уставился на пилота и внимательно слушал, улавливая малейшие интонации. Все-таки он хочет в проект. Иначе не ставил бы таких сравнений. Тогда в чем же подвох?
