Так представлялся Ивану Христофоровичу Баграмяну важный момент принятия решения о вводе стратегических резервов Ставки ВГК. Замечу, что это ему вспомнилось спустя многие годы после войны. Несомненно, эти его суждения носят субъективный характер. Кроме того, мысли свои он изложил на бумаге, уже зная отрицательные результаты сражений танкистов, особенно в первых боях.
Однако в самом начале операции «Кутузов» Баграмян считал Болховское направление главным, а сейчас вдруг для него первостепенным стало другое направление — Хотынецкое.
Несомненно то, что Баданов вводил армию на Болховском направлении с позволения Ставки ВГК и Сталина и этот вопрос был согласован с Антоновым, заместителем начальника Генштаба, который курировал Орловскую операцию в отсутствие Василевского, а также с командующим Западным фронтом Соколовским и представителем Ставки на этом направлении Жуковым. То есть Соколовский на этот раз не пошел на поводу у Баграмяна. Складывается впечатление, что Баграмян во время проведения операции «Кутузов» все время «тянул одеяло на себя». Ему и лучшие гвардейские дивизии, ему и три танковых корпуса, ему и пополнение в виде маршевых курсантских рот, и кавалерийский корпус… И вот теперь подавай еще и танковую армию Баданова. А результат, прямо скажем, не соответствовал силе и мощи его армии, состав которой был больше какого-либо фронта. Тот же генерал Белов, имея более скромную 61-ю армию (8 стрелковых дивизий, танковый корпус, танковая бригада и танковый полк), добился результатов значительно больших — взял Болхов.
Кстати, 4-я танковая армия была направлена не на Болхов, а западнее его и вводилась в полосе действий армии Баграмяна, обеспечивая защиту ее правого фланга от ударов со стороны освободившихся немецких дивизий, которые прежде были скованы боями у Болхова. Задача 4-й танковой армии состояла в том, чтобы войти в прорыв (а как оказалось на самом деле, необходимо было прорвать фронт, потому что части 8-го стрелкового корпуса не смогли этого сделать), обойти Болхов с запада, блокировать пути отхода болховской группировки врага и направленным строго на юг ударом перерезать вражеские коммуникации (железную и шоссейную дороги) в районе Шахово.
Как ни поздно было принято решение о прорыве, но 4-я танковая армия прибыла на правый фланг Западного фронта в критический момент, когда боевые действия здесь, в том числе и по вине Баграмяна, зашли в тупик.
К 26 июля перед фронтом ударной группы Баданова оборона противника «проходила северо-восточнее окраины г. Болхова, Зел. Лужки, Малая Чернь, Лунево, Прилепы, Рыковский, Столбчее, Корентяева и далее, на юго-запад».
Для того чтобы иметь точное представление об участке фронта, который занимали немецкие войска, привожу полностью документ, обнаруженный в Федеральном военном архиве Германии{110}.
«Совершенно секретно Командование XXIII армейского корпуса
Оперативный отдел (1а). № 2212/43 Командный пункт 24.07.43
Касательно: сфера границ дивизий, находящихся в обороне. (Карта 1:50000)
1. В соответствии с приказом командования сферы границ дивизий, находящихся в обороне, следующие:
а)18 тд – к LIII АК:
Хотетово (18) — Opс (LIII) — Клягинский (LIII) — Однощекино (18) — Сухочево (LIII) — Колонтаево (LIII) — Скородумка (LIII) — Озерки (18).
б)18тд – к 20тд и 20тд — к LIII AK:
Коноплянка — Прилепы — Войново (20) — Войновский (18) — Шемякине (20) — Калининский (18) — Селеменево (18) — Рожково (20) — Южн. Скородумка — Озерки (20) — Ветловка (LIII) — Злынь (LIII) — район Александровки (LIII) — Долбилово (LIII) — р. Моховица.
в) 20тд — к 10мд и 10мд – к LIII АК:
Красное — Ветрово — Руднево — Бол. Чернь (все к 20 тд) — Малиновка (10) — Савинки — Приятное — Мартыновский — Прилепы — район Никольского (все — к 10).
г) 10мд — к 9 тд и 9 тд — к LIII AK:
Булгакове (10) — Каратеево (9) — Кузьминка (10) — Шарапове (10) — Черное (10) —Лебединский (9) — Ивановский (10) — район Никольского (10) — Селихово (9).
д) 9 тд — к 253 пд:
Волобеево — Разбегаевка (253) — Жидкое (9) — Шаховский (253) — Чеховский (253) — южная окраина Селихово.
e) 253 пд – к LV AK:
Строево (253) — Скворцовский (LV) — Красная Береза (253) — Алексеевка (253).
Сферы границ обороны для 253 пд обязательны в соответствии с приказом.
2. Командиры боевых групп в целях защиты своего участка обороны, для отражения наступления войск противника могут по обоюдному согласию привлекать части и подразделения других дивизий. При этом каждая дивизия несет ответственность за свой участок обороны и за все территориальные нужды (военная комендатура, мирное население, дороги).
3. Расположенные в тыловой сфере чужие части, не принадлежащие генеральному командованию корпуса, должны доложить о себе в Генеральный штаб к 30.7.43 и указать боевые единицы, силы и месторасположение.
Командующий XXIII армейским корпусом
Начальник штаба корпуса
Подписи».
НАСТУПЛЕНИЕ
Из документов следует, что по плану и приказу командующего Западным фронтом войскам ударной группы 4-й танковой армии ставилась задача: войти в прорыв на участке 8-го гвардейского стрелкового корпуса и, развивая наступление в тылу противника, уже к исходу первого дня перерезать коммуникации врага (железную дорогу и шоссе) сразу в нескольких местах от Нарышкино до Хотынца.
Учитывая, что на участке прорыва к этому времени скопились почти адекватные силы противника, представленные тремя танковыми и двумя моторизованными дивизиями, а также отдельными самоходно-артиллерийскими дивизионами, можно говорить о том, что выполнить эту задачу нашим танкистам было нереально.
Надо прямо сказать, и это подтверждается документами, в том числе и материалами «Доклада о боевых действиях войск 4 ТА с 26.07. по 25.08.43 г.»{111} (далее — «Доклад 4-й ТА»), план и задачи локальной операции войск Западного фронта по прорыву обороны противника войсками ударной группы Баданова выполнены не были.
Прорыва как такового не получилось, отсечения болховской и орловской группировок и окружения врага не состоялось. И здесь, по выражению Рокоссовского, «происходило выталкивание противника из орловского выступа, а не его разгром».
Для немецкого командования наступление танковой группы Баданова не было неожиданным. Всеми видами разведки было установлено, когда, где и какими силами будут наступать советские танкисты. Срочно были предприняты контрмеры. Об этом убедительно говорят нижеследующие архивные документы.
«Секретно
ПРИКАЗ № 5
Штаб XXIII армейского корпуса
Оперативный отдел (1а). № 2206/43.24.07.43.13.00
Касательно: 20-й и 18-й танковых дивизий
для безотлагательной передачи
всем командирам соединений и частей.
Приказываю:
1. Нынешний передний край обороны необходимо обязательно удержать. Боевым частям следует немедленно окопаться. Строго запрещаю самовольный отвод войск с рубежа обороны или сокращение линии фронта.
2. За каждым батальоном необходимо держать резерв, готовый вступить в бой, перейти в контратаку и нанести ответный удар.
3. Дивизиям временно вывести подразделения с фронта с тем, чтобы из них сформировать части быстрого реагирования. Их необходимо держать непосредственно за опасным участком в полной боевой готовности.
4. Любым способом освободить сектор обстрела перед передним краем обороны и перед всеми батальонными опорными пунктами.
5. Вследствие напряженного положения с боеприпасами они должны расходоваться очень продуманно, чтобы в случае вражеской атаки суметь обезопасить себя с помощью заградительного и сосредоточенного огня. 112-е артиллерийское управление уполномочено мною контролировать выполнение данного приказа.
6. Всеми средствами необходимо вновь построить и подготовить в тылу противотанковые позиции. К работе привлечь мирное население. Занятые позиции и биваки переоборудовать в опорные пункты. Следует учитывать, что в распоряжении командиров дивизий имеются инженерно-саперные батальоны, которые также должны быть задействованы в этой работе.
Командующий XXIII армейским корпусом генерал И. Фрисснер»{112}.
«Совершенно секретно
Дополнение к приказу № 5
20-я танковая дивизия
Оперативный отдел (1а). № 801/43.24.07.43
Касательно частей дивизии
КНП. дивизии — Скородумка
Приказываю:
Срочно сформировать части быстрого реагирования. До
вечера 25.07 сообщить в дивизию об их организации, оснащении и местах размещения.
Все унтер-офицеры и рядовой состав, откомандированный из полевых батальонов для регулировки движения и охраны пленных, отзываются обратно и к вечеру 25.07 должны явиться в дивизию и доложить в штаб отдела тыла (2а).
