– Объясняю, – чуть ли не по слогам произносит тренер, однако отвлекается на секунду от меня и орет: – Яцун, ну, е-мое! Два метра безобразия, а блок нормально пробить не можешь. Вы меня доконать решили окончательно? Вчера Пантелеймонов, сегодня ты.
– Степан Юрьевич… – начинает высокий парень, стоящий рядом с Лехой, однако тренер машет рукой, кривится и перебивает его:
– Да ну тебя! Скажи, кого мне завтра на поле выпускать, если ты гол забить толком не можешь? Желторотиков молодых? Или Петрова с корявыми руками?
– Ну, может, хватит?! – возмущается тот самый Петров, глядя на нас с тренером, однако мой нынешний собеседник снова громко кричит:
– Я не понял, а кто сказал останавливаться? Бегом на подачу. Яцун, еще раз гол не забьешь, выгоню нахрен из команды. Петров, а ты останешься после тренировки, будем боки ставить учиться. Бегом, я сказал!
И снова начинается игра. Тренер сидит и смотрит на площадку, но меня-то гложет любопытство. Что там он говорил про сборы, отсутствие жен и секса? Очень, прямо очень любопытно, почему нельзя-то.
– Степан Юрьевич, – аккуратно произношу, заставляя мужчину обратить на меня внимание. – Вы так и не сказали, почему нельзя-то, – озвучиваю свои недавние мысли. – Или это страшная тайна?
– Да? – он поворачивается лицом ко мне и поднимает обе брови вверх. Теперь мне еще интереснее, к чему относится его “да”. Прямо не мужчина, а загадка.
– Ага, – киваю в ответ и жду. Уже прямо с диким нетерпением.
Я тут, видите ли, хочу Леху соблазнить – уж очень сильно он мне нравится, слов нет, какой красавчик. Еще и идеальный вдобавок ко всему – мое бедное сердце так и трепещет в ожидании вечера. Но если тренер запрещает, то я подчинюсь и спорить не буду. Подождем еще немного, куда, спрашивается, торопиться в наши молодые годы?
Но бедный Леха – ему еще со мной спать в одной кровати, хоть утром он и не поверил моим объяснениям. Даже если прогонит – дождусь, когда заснет, и снова залезу к нему под одеяло. Иначе бессонная ночь мне гарантирована, а рядом с парнем очень даже уютно и тепло.
И снова он останется без секса.
– Скажем так, – Степан Юрьевич проводит глазами по моему телу вниз, затем поднимает вверх и останавливается на моем лице. – После бурной ночи с такой красавицей завтра этот, – запинается, видимо, подбирая одно из своих нелицеприятных выражений, но я аккуратно подсказываю:
– Чемпион!
– Пусть будет так, – кивает утвердительно головой, соглашаясь с моими аргументами. – Так вот, этот балбес завтра будет вялым на поле, еще и начнет коситься в твою сторону без конца и края. Поэтому, если ты действительно хочешь, чтобы он стал чемпионом, то сегодня массаж, легкий ужин и никакого секса. Можно при свечах, – усмехается, глядя на мою улыбку на все лицо. – Честно говоря, думал, ты сейчас будешь ахать и охать. «Как посмели! Лезете в мою личную жизнь!»
Последние две фразы он произносит писклявым голосом, пытаясь сымитировать женский голос, чем вызывает у меня только дикий смех. Честно говоря, даже не думала спорить со взрослым и опытным мужчиной – ему-то, поди, виднее, когда можно заниматься нам с Лехой сексом, а когда нельзя.
– Я же не кисейная барышня, и все понимаю.
– Тогда я спокоен за Пантелеймонова. Доверяю тебе! – тычет пальцем мне в грудь, а после снова отвлекается на игру.
Больше откровенные беседы мы не ведем, общаясь в основном на тему волейбола. Даже советуемся, кого завтра выпускать на поле. Меня так увлекает разговор с тренером и игра на площадке, что я не замечаю, как быстро пролетает время и тренировка заканчивается.
Надо же, а такое чувство, что только пришли.
Встаю со своего места и направляюсь к парапету следом за Степаном Юрьевичем.
– Пантелеймонов, – произносит тот, заходя на площадку, когда Леха подходит к нам. – Смотри мне! – машет перед носом парня пальцем. – Хорошая девочка, – как-то резко меняет тон на спокойный и даже местами веселый. – Не вздумай Нику обидеть, а то по шее настучу.
– Сначала дотянитесь, – ворчит мой кавалер, который как минимум на целую голову выше своего наставника. – В холле меня подожди, – это уже командует мне, правда, с таким несчастным видом, что желание съязвить что-то в ответ пропадает.
– Дотянусь, не переживай! – продолжает вещать мужчина, не давая мне возможности ответить. – Зачем же в холле? – поворачивается лицом ко мне. – Можно в тренерской подождать, чайку выпить.
Вижу, что Леха недоволен – весь его вид кричит о том, что парень не на шутку раздражен и зол. Желваки ходят ходуном, губы сжаты, а взгляд не предвещает ничего хорошего. Точно не стоит его сейчас злить еще больше – мне же потом ночевать будет негде. Не к тренеру же в гости напрашиваться.
– Спасибо за приглашение, – улыбаюсь мужчине, – но я лучше в холле.
– Как знаешь, – протягивает мне руку, а я в ответ вкладываю свою. – Завтра жду на игре, без опозданий. – Наклоняется ко мне ближе и на ушко шепчет: – Я на тебя надеюсь.
Отходит, хлопает Леху по плечу и направляется к выходу на противоположном от нас конце площадки. А парень не двигается с места, продолжая меня сканировать сверху вниз.
Прямо бес в него какой-то вселился, честное слово. Уж лучше бы соблазнял или приставал, чем молнии в мою сторону метать.
Вот прямо чувствую, что попадет мне, знать бы еще – за что?
– Я… – пытаюсь найти хоть какое-то оправдание, но парень меня резко перебивает:
– Дома поговорим!
Разворачивается и убегает, как я понимаю, в раздевалку. А я тяжело вздыхаю – слава Богу, пронесло! По крайней мере, пока. И радует фраза “дома поговорим” – значит, выгонять меня не собирается.
С улыбкой на лице поправляю сумку на плече и ковыляю к выходу.
Жду Алексея возле огромного окна в холле – на улице идет снег, и аккуратные снежинки плавно падают с неба, укрывая асфальт ровным слоем. Красота неописуемая, что даже и без того отличное настроение поднимается еще выше. Помню, как в детстве мы бегали со Стасом на соседнюю улицу, в конце которой была огромная горка, и толпа ребятишек
