когда я краснел, как кисейная барышня, не зная, что сказать в ответ. Теперь все больше злюсь и вредничаю – вот прямо как сейчас.
– Ну-у, – тянет Ника и так смешно вытягивает губы трубочкой, что мой боевой запал исчезает так же резко, как и на лице появляется улыбка. И как эту крошку с невинным взглядом можно обидеть? – Проявляю женское любопытство.
– Зачем? – не унимаюсь я, продолжая, как и настроился, пытаться загнать Нику в угол. Сама хотела поиграть – я принимаю твои правила, дорогая.
– Тяжелый случай, – мотает моя спутница головой из стороны в сторону, фыркает, а после засовывает последний ролл в рот. – Понимаешь, Чемпион, – одновременно жует и начинает свою эмоциональную речь, делая акцент на последнем слове. Это еще смешнее выглядит, чем ее губки трубочкой. – Большинству женщин присуще такое отрицательное качество, как “любопытство”. Нас тянет расспросить собеседника, узнать многое из того, что нам, в принципе, и нафиг не нужно, но природу ведь не обманешь. И мне, – она бросает на поднос деревянные палочки и двумя руками дотрагивается до груди, – как одной из представительниц этого большинства, тоже интересны сплетни, чужие секреты и скрытые тайные желания.
– То есть, интересуешься исключительно из любопытства? – поднимаю одну бровь вверх в ожидании ответа.
Сдается мне, что не только из любопытства, но уж очень интересно послушать, какую песню Ника затянет в свое оправдание. Она отставляет поднос на пол, снова усаживается в позу “лотоса” и с ехидной (я бы даже сказал, победоносной) улыбкой на лице произносит:
– Исключительно!
– Врать не надоело? – хоть и говорю я это с укором, девушка все равно продолжает скалиться. И глаз не отводит, пристально впиваясь в мои. Ее хоть чем-то можно смутить? – Кстати, как представитель того же большинства любопытных, только уже мужчин, хочу поинтересоваться, – делаю паузу, наблюдая, как одна бровь на лице девушки медленно ползет вверх. – Кто нравится тебе?
– Так и знала, что задашь сейчас именно этот вопрос! – тычет в меня пальцем и тоже делает паузу. Непродолжительную, но все равно интригующую. – Вообще, или исключительно знаменитые мужчины?
– Сама решай, – ухожу от прямого ответа, так как последний пункт меня в принципе не интересует. А вот что касается первого…
– Мне нравятся Чемпионы по волейболу, – выдает девушка, даже глазом не моргнув, вгоняя меня, как обычно, в небольшой ступор. – И в отличие от тебя, – снова тычет пальцем, правда, теперь уже дотрагиваясь ноготком до моей груди. – Я не ухожу от ответа, – запинается, глядя пристально в глаза. – Даже если и вру.
И опять тупик – как-то лихо у нее получается меня в угол загонять. Хотел девушку своими вопросами заставить хотя бы покраснеть, а в очередной раз попался сам.
Ее глаза не отпускают – хоть бы взгляд отвела в сторону телевизора, где американская красотка ходит по магазинам в поисках вечернего платья. Так нет же, пялится на мое лицо, всем своим видом демонстрируя победу. «Вот она я, такая смелая и крутая. Смотри, Чемпион – тебе еще далеко до меня».
Но это почему-то уже не раздражает, как раньше. Наоборот, возникает непреодолимое желание схватить девушку за руку, уложить на спину и…
– Кино смотреть будешь? – пытаюсь сбежать от непрошенных мыслей, переводя разговор на нейтральную тему. От реализации своего недавнего желания спасает только завтрашняя игра, потому что по ее результатам будут отбирать игроков на финальные игры Чемпионата мира.
И я не могу упустить свой шанс. А девушка никуда не денется – ее-то я точно не отпущу.
– Нет, – Ника слова улыбается, так и не убирая пальчик с моей груди. – Зато буду выполнять наставления тренера, – она делает очередную паузу, а я удивленно приподнимаю обе брови вверх. Интересно, и даже очень – что там за наставления такие? Девушка наклоняется ко мне и практически в губы шепчет: – Поворачивайся.
– Зачем? – комок застревает в горле, но я не шевелюсь. Если сейчас дам волю эмоциям, завтра буду об этом жалеть.
– Тебе положен массаж, Чемпион, – произносит Ника, я стону в ответ, от чего девушка заливается смехом.
Опять спалился по полной программе, надо же такому случиться! Рядом с ней никак не получается полностью расслабиться, а также полностью контролировать и свои действия, и свои эмоции.
– А ты умеешь? – я не сдаюсь до победного, так как боюсь даже мысленно представить, чем этот массаж может закончиться.
– Нет, – Ника снова ехидно ухмыляется и наконец-то выпрямляется, отодвигаясь от меня на расстояние вытянутой руки.
Протяни и возьми, что называется, но я держусь. Из последних сил. Получается с трудом, но по-другому нельзя.
– Тогда как ты собираешься его делать? – вздох облегчения вырывается из груди, что соблазн временно будет занят другим делом, нежели строить мне глазки.
– Надо же когда-то начинать, – девушка пожимает плечами и кривит губки. – Будешь моим первым клиентом. Глядишь, еще крутой массажисткой стану, и тебе, Чемпион, дам автограф по большому блату. В этом доме есть крем?
– Если только для бритья, – смеюсь, наблюдая, как красотка ловко вскакивает с кровати и бежит к входной двери.
А я стягиваю с себя сначала толстовку, а после и футболку, оставаясь в одних спортивных штанах. Пусть лучше Ника будет увлечена массажем. Тем более – что там она сможет сделать, если никогда в жизни даже не пробовала? Хотя моя строптивая красавица может и соврать, и тут уж я точно попаду, что говорится, в самые настоящие сети этой маленькой Вредины.
Но Чемпионы не сдаются – в любом случае, любопытство берет верх, и я укладываюсь на разложенном диване животом вниз.
– У меня в сумочке завалялся, – кричит Ника, и через несколько секунд слышу, как она плюхается на диван. – Правда, только для рук, – тяжело вздыхает, а я, пока она не видит, закатываю глаза.
Только я мог попасть в столь нелепую ситуацию и встретить эту строптивую красотку! И за что мне такое счастье привалило?
Девушка тем временем усаживается на мою пятую точку, выдавливает на спину холодный крем, от которого мурашки бегут по всему телу – надо как-то взять себя в руки и расслабиться. Пытаюсь, но ничего не получается. Особенно когда нежные пальчики касаются кожи спины и начинают аккуратно ее разминать.
