изо всех сил.
– Держите его крепко! – воскликнула сестра, хватая его за вторую руку. – Перестань дергаться, маленький извращенец!
С шестью девушками атлетического телосложения ему было не справиться. Они повалили его на пол и раздели, после чего дюйм за дюймом тщательно исследовали его тело… и обнаружили все недостатки.
– Вы только посмотрите на эти крошечные яйца! – со смехом заметила Кара. – Они размером не больше прыщей у него на лице!
Девушки издевались над ним до тех пор, пока им это не надоело. Тогда, скривив губы от отвращения, они выставили его вон. Он укрылся у себя в комнате, однако захлопнутая дверь не заглушила гремевшего за спиной оглушительного хохота…
И вот сейчас, глядя на Мелиссу Кэмпбелл, он увидел те же самые скривившиеся губы, которые должны были бы приоткрыться, принимая его поцелуй. Полуприкрытые глаза, которые должны были бы смотреть на него с вожделением. Но Мелисса не хотела его. Теперь он видел это настолько отчетливо, что жар его страсти остыл.
Подобно многим другим красивым женщинам, она его обманула. В это самое мгновение он взвесил ее сердце на весах правды и обнаружил, что оно обременено тяжестью обмана, точно так же, как у него самого сердце стало тяжелым от боли предательства. Он так надеялся, что Мелисса именно та, кто ему нужен… Но он ошибся.
В который уже раз.
Глава 29
Вечером Нина поставила свой черный внедорожник перед домом тети Терезы. Та, видевшая пресс-конференцию по телевизору, позвонила Нине и сказала, что приготовила ужин для всей группы, настояв на том, чтобы они заехали к ней по дороге в гостиницу.
– Нельзя работать на пустой желудок, mija, – с укором произнесла она.
После того как Нина объяснила, что у них нет времени рассиживаться за неспешным семейным ужином, Тереза быстро сменила тактику, обещав приготовить только то, что можно будет взять с собой. После чего сразу же разорвала соединение, тем самым положив конец всем возможным возражениям. Нина начинала проникаться уважением к такой тактике.
Уэйд направился прямиком в гостиницу, откуда собирался связаться по видео со своим начальником, старшим агентом-супервизором Бакстоном. Кент и Брек вызвались проводить Нину, и у той сложилось впечатление, что им любопытно познакомиться с ее новообретенными родственниками.
– Да, кстати, а кто там будет? – спросила Брек.
– Думаю, только мы, семья тети Терезы и Бьянка, – сказала Нина, открывая дверь машины. – По тетиным меркам, совсем немного.
Они поднялись на крыльцо. Из дома доносились громкие голоса и смех, а также пьянящие ароматы вкусной еды. Нине очень хотелось пообщаться с Терезой, так похожей на ее мать, которую ей не суждено было узнать.
Однако чувство долга, как всегда, оказалось сильнее. Всякий раз, когда Нина, вспоминая выпавшие на ее долю страдания и голод, начинала тосковать по родительскому теплу, которого никогда не знала, у нее перед глазами возникал образ Мелиссы Кэмпбелл. Сейчас Мелиссе приходится еще хуже. Оставалось только надеяться на то, что тетя ее поймет.
По-прежнему стесняясь входить в дом без предупреждения, Геррера позвонила в дверь.
Открыв, Тереза схватила Нину за обе руки.
– Все будет готово меньше чем через десять минут, – заверила она. – Бьянка общается по видеосвязи со своими приемными родителями. Она освободится буквально через минуту.
Пройдя следом за Терезой на кухню, Нина представила ей Брек и Кента.
– Привет, Нина!
Обернувшись, Геррера увидела подошедшего восемнадцатилетнего сына Терезы Алекса.
– Нина, с тобой хочет повидаться еще кое-кто! – послышался женский голос.
На кухню вошла двоюродная сестра Нины Селена с новорожденной дочерью на руках.
– Hola[14], малышка Тори! – Нина склонилась к очаровательному розовому личику с лучистыми глазками и была вознаграждена беззубой улыбкой.
– Она просто прелесть! – Селена оглянулась на своего мужа. – Как же мы счастливы!
– Мне тоже нужно сладкое, – Брек протянула руки. – Можно?
Глядя на то, как Селена протянула малышку Брек, которая нежно забрала ее из материнских рук, ласково напевая, Нина поймала себя на том, как грудь ее наполнилась каким-то странным чувством. Брек, у которой не было детей, выглядела совершенно естественно, держа на руках Тори. Нина, не имеющая опыта общения с маленькими детьми, чувствовала себя чужой в незнакомой стране.
– А ты хочешь ее подержать? – спросила у нее Брек.
– Я… я не могу. – Нина с ужасом представила себе, как роняет Тори, казавшуюся хрупкой, словно фарфоровая кукла.
– Тут нет ничего сложного, Геррера, – шагнул вперед Кент. Он протянул руки, и Брек осторожно передала ему младенца. – Просто нужно поддерживать тельце и головку. – Положив ножки Тори на свой согнутый локоть, Кент подхватил ее под головку ладонью. – Это чем-то похоже на то, как держать футбольный мяч[15].
Прижав спеленатую малышку к своей широкой груди, он склонился к ней и улыбнулся. Тори прильнула к нему, закрывая глазки. От вида этого сурового бывшего спецназовца, нянчащего новорожденного младенца, у Нины внутри все перевернулось. В миллионный раз она пожалела о том, что не способна выражать любовь и нежность.
– Это часть программы обучения «морских котиков»? – попыталась отшутиться Нина.
– Это часть детства вместе с тремя младшими сестрами, у которых теперь есть уже свои дети, – совершенно серьезно ответил Кент. – Я восьмикратный дядя. – Он остановил свой взгляд на Нине. – Почему ты не хочешь попробовать?
Возможно, для него это было легко, однако Нина была в ужасе от мысли, что она каким-нибудь неловким движением сделает малышке Тори больно или хотя бы просто напугает ее и та расплачется.
– Я… ну… по-моему… – Она попятилась назад.
– Вам лучше с красным или зеленым соусом? – вмешалась Тереза.
Нина, уверенная в том, что тетка сознательно пришла на помощь, выручая ее из стеснительного положения, с благодарностью посмотрела на нее.
– Мы возьмем оба. Помочь тебе собрать еду?
Тереза отклонила ее предложение. Забрав малышку Тори у Кента, Селена ушла в детскую укладывать ее спать.
Нина обвела взглядом заполненную народом кухню. Яркая плитка на полу, светло-коричневые стены и сочная зелень за панорамным окном придавали дому неповторимый дух Юго-Запада, который ей очень нравился.
Достав из духовки чугунную сковородку с шипящим мясом с овощами, Тереза вывалила ее содержимое в термоконтейнер. Ее муж Джон достал из терракотовой печки свежие горячие кукурузные лепешки и завернул их в фольгу.
– Фахитас[16], – сказала Тереза, накладывая дымящийся рис из кастрюли в высокий стаканчик из пенопласта. – Con arroz[17].
В предвкушении того, как она со своими коллегами насладится в гостинице этой восхитительной едой, у Нины потекли слюнки.
На кухню вошла Бьянка.
– Мистер и миссис Гомес просили меня еще раз поблагодарить
