Не удосужившись постучать, врываюсь в кабинет. Кристиан сидит за столом и разговаривает по телефону. Поворачивается к двери, и недовольное выражение на лице тотчас исчезает.
– Значит, больше увеличить не можешь? – говорит он в трубку, продолжая разговор и глядя на меня. Я обхожу стол. Кристиан поворачивается в кресле. Хмурится, наверное, спрашивает себя, что ей тут надо. Я забираюсь ему на колени – брови удивленно прыгают вверх. Обнимаю за шею, прижимаюсь. Он неуверенно кладет руку мне на талию.
– Э… да, Барни. Подожди секунду. – Кристиан закрывает трубку ладонью.
– Ана, что случилось?
Качаю головой. Кристиан берет меня за подбородок, смотрит в глаза. Я опускаю голову, сворачиваюсь у него на коленях. Он целует меня в макушку.
– Барни? Ты что-то говорил?
Разговаривая, Кристиан держит телефон между плечом и ухом и одновременно стучит пальцем по клавишам. На экране возникает зернистое черно-белое изображение – темноволосый мужчина в светлом комбинезоне. Кристиан трогает еще одну клавишу, и мужчина оживает, движется на камеру. Лица не видно, он идет, опустив голову. Кристиан останавливает картинку – незнакомец стоит в ярко освещенной, выкрашенной белым комнате с черными высокими ящиками вдоль левой стены. Должно быть, это и есть серверная.
– О’кей, Барни, еще разок.
Экран оживает. Голова человека на записи увеличивается в появившейся рамке. Я приподнимаюсь, подаюсь к монитору.
– Это Барни делает? – спрашиваю тихонько.
– Да, – отвечает Кристиан. – Можешь добавить резкости? – обращается он к Барни.
Картинка расплывается, фокус меняется, камера как будто наплывает на человека, который опускает голову. Я смотрю на него, и по спине пробегает холодок. В линии подбородка что-то знакомое. Короткие черные волосы как-то странно растрепаны… Изображение становится резче, и я вижу маленькое колечко в мочке уха.
Ни фига себе! А ведь я его знаю.
– Кристиан. Это Джек Хайд.
Глава 7
– Думаешь, он? – удивленно спрашивает Кристиан.
– Линия подбородка. – Я указываю на экран. – Серьги. Линия плеч. Фигура. И у него, должно быть, парик… или волосы подстриг и покрасил.
– Слышишь, Барни? – Кристиан кладет телефон на стол и включает громкую связь. – Похоже, миссис Грей, вы очень хорошо изучили своего бывшего босса, – недовольно ворчит он. Я отвечаю сердитым взглядом, но положение спасает Барни.
– Да, сэр. Я слышал миссис Грей. Сейчас провожу весь имеющийся материал через программу распознавания лиц. Посмотрим, где еще этот му… прошу прощения, мэм, – этот человек успел побывать.
Я поднимаю глаза – Кристиан уже не слушает объяснения Барни, все его внимание занимает изображение на экране.
– Но зачем ему это? – спрашиваю я.
Кристиан пожимает плечами.
– Может быть, из мести. Не знаю. Понять, почему люди ведут себя так, а не этак, бывает порой невозможно. Меня только злит, что ты близко работала с этим человеком. – Он еще крепче, словно защищая от какой-то беды, обнимает меня.
– У нас также есть содержимое его жесткого диска, – добавляет Барни.
Что?
– Да, помню. А есть ли у вас адрес мистера Хайда?
– Есть, сэр.
– Сообщите Уэлчу.
– Обязательно, сэр. Я просканирую весь городской видеоархив, может быть, смогу отследить его передвижения.
– Проверьте, какая у него машина.
– Понял, сэр.
– А Барни сможет все это сделать? – шепотом спрашиваю я.
Кристиан кивает и довольно усмехается.
– А что было на жестком диске?
Лицо тут же суровеет, улыбки как не бывало.
– Ничего особенного, – роняет он сквозь зубы.
– Расскажи.
– Нет.
Кристиан снова качает головой и прикладывает к моим губам указательный палец. Я насупливаю брови, но он смотрит на меня с прищуром, ясно давая понять, что сейчас лучше помолчать.
– У него «Камаро» 2006 года, – докладывает взволнованно Барни. – Я отправлю Уэлчу номера.
– Хорошо. Дайте мне знать, где еще успел побывать этот мерзавец. И сопоставьте это изображение с тем, что есть в его личном деле. – Кристиан скептически смотрит на меня. – Мне нужна полная уверенность.
– Уже сделано, сэр. Миссис Грей права. Это Джек Хайд.
Победно улыбаюсь. Ну что, и я пригодилась? Кристиан гладит меня по спине.
– Отлично, миссис Грей. Похоже, вы можете не только исполнять декоративную функцию, но и полезны в практическом смысле. – Он смотрит на меня, и в глазах прыгают веселые огоньки. Поддразнивает.
– Декоративную? – в тон ему говорю я.
– Очень. – Кристиан мягко целует меня в губы.
Он усмехается, целует еще раз, уже настойчивее, сжимает в объятьях…
– Проголодалась? – спрашивает Кристиан, слегка запыхавшись.
– Нет.
– А я – да.
– И чего хочешь?
Он растерянно мигает.
– Ну… э… вообще-то я хотел бы поесть, миссис Грей.
– Сейчас что-нибудь приготовлю.
– Мне это уже нравится.
– Нравится, что я предлагаю приготовить? – смеюсь я.
– Нравится, что ты смеешься. – Он целует меня в макушку, и я поднимаюсь.
– Так чего бы вы хотели, сэр? – заботливо спрашиваю я.
Он щурится.
– Хитрите, миссис Грей?
– Как всегда, мистер Грей. Ну, сэр?
На его губах – улыбка сфинкса.
– Знаешь, я еще могу положить тебя на колено… – Какое соблазнительное обещание.
– Знаю. – Я наклоняюсь и целую его. – И мне это нравится. Но сейчас поберегите ладонь – вы ведь голодны.
Он смущенно улыбается, и мое сердце сжимается от нежности.
– Ох, миссис Грей, что же мне с вами делать?
– Для начала ответить на заданный вопрос. Что бы вы хотели съесть?
– Что-нибудь легкое. Подумай. Удиви меня, – говорит он, повторяя мои слова из игровой комнаты.
– Хорошо, подумаю. – Покачивая бедрами, я выхожу из комнаты и иду в кухню. Настроение, однако, падает, когда я вижу там миссис Джонс.
– Здравствуйте, миссис Джонс.
– Миссис Грей. Желаете поесть?
– Э…
Она помешивает что-то в кастрюльке на плите. Аромат восхитительный.
– Вообще-то, я собиралась приготовить по сэндвичу для нас с мистером Греем.
Рука замирает над кастрюлькой, но только на мгновение.
– Конечно. Мистеру Грею нравится французский хлеб. В холодильнике есть как раз то, что надо. Я вам сделаю, мэм. С удовольствием.
– Да, конечно. Но я хотела бы сама.
– Понимаю. Пожалуйста, я подвинусь.
– А что вы такое готовите?
– Соус болоньезе. Есть можно в любое время. Я поставлю его в холодильник. – Она радушно улыбается и выключает плиту.
– А что… какие Кристиан любит сабы?[8] – Я умолкаю, поймав себя на двусмысленности. Поняла ли это миссис Джонс?
– Миссис Грей, в сэндвич, если это французская булка, можно класть что угодно. Не сомневайтесь, он съест.
