— Здесь существует деликатная проблема. Это идиотское рекламное агентство, нанятое Филдингом, уже вовсю распускает слухи, будто мощные силы в правительстве пытаются помешать ему накормить мир. Если правительство выступит сейчас против этого проекта, Америку обвинят в антигуманности.
— Ладно, я предлагаю другое решение, — сказал Римо.
— Какое?
— Оставить все как есть. И пусть этими семенами засеют всю землю. Тогда некому будет обвинять нас в антигуманности.
— Я знал, что всегда могу положиться на вашу ясную голову, — сказал Смит ледяным тоном. — Благодарю вас.
— Не за что, — сказал Римо. — Звоните в любое время, всегда к вашим услугам.
Когда он повесил трубку, Чиун сказал:
— Тебе не так весело, как ты хочешь показать.
— Это пройдет.
— Нет, не пройдет. Ты чувствуешь, что Филдинг тебя одурачил, и теперь из-за этого может пострадать множество людей.
— Возможно, — согласился Римо.
— И ты не знаешь, что же теперь делать. Филдинг умирает. Его невозможно заставить. Ты не можешь убить его, если он не откажется от своего плана. Он уже ничего не боится.
— Да, похоже, — сказал Римо. Он посмотрел в окно на панораму Денвера. — Наверное, это из-за того, что Смитти так расстроился. Знаешь, я, пожалуй, уважаю его, хотя никогда не признаюсь ему в этом. У него трудная работа, и делает он ее хорошо. И я бы хотел сейчас помочь ему найти выход из положения.
— А! — сказал Чиун. — Императоры приходят и уходят. Нам с тобой надо отправиться в Иран. Там ценят наемных убийц.
Все еще глядя за горизонт, Рима задумчиво покачал головой.
— Нет, Чиун. Я — американец. Мое место здесь.
— Ты наследник титула Мастера Синанджу. Твое место там, где требуется твое высокое мастерство.
— Тебе легко говорить, — сказал Римо, — А я просто не хочу бросать Смита и КЮРЕ.
— А как же твой равноправный партнер? Его мнение для тебя ничего не значит?
— Нет, Чиун, ты тоже входишь в нашу команду.
— Ну что ж... Тогда решено.
— Подожди, подожди... Что решено?
— Решено, что я разрешу для тебя эту небольшую проблему. А взамен ты и император Смит впредь не будете без меня выбирать нам задания. Я тоже буду иметь право высказать свое мнение.
— Чиун, ты хоть раз сделал что-нибудь для кого-то, не требуя ничего взамен?
— Я не Армия спасения.
— Почему ты так уверен, что справишься с этой проблемой?
— Почему бы и нет? — спросил Чиун. — Разве я не Мастер Синанджу?
Джеймс Орайо Филдинг приходил в сознание лишь на очень короткое время. Лейкемия пожирала его организм, и ее победа была уже близка. Смерть могла наступить через несколько дней или даже через несколько часов. Борьба была окончена. Филдинг обречен.
Врачи уже отказались оперировать пациента и сняли круглосуточное дежурство у его постели. Хотя Филдинг понимал, что умирает, но выглядел совершенно счастливым. Он лежал на больничной кровати и постоянно улыбался.
До того дня, когда к нему явился некий старый азиат и пожелал облобызать его ноги.
— Кто вы? — мягко спросил Филдинг стоявшее у его постели старца в голубом одеянии.
— Я недостойный, который прибыл выразить вам благодарность от всего человечества, — сказал Чиун. — Ваш чудесный хлеб уже спас мою деревню от голодной смерти.
Глаза Филдинга сузились. Впервые за последние двадцать четыре часа улыбка сползла с его лица.
— Каким образом?
— О, вы просто не успели довести исследования до конца. Хотя были очень близки к нему, — сказал Чиун. — Вы просмотрели одну деталь. Вещества, которые вы внесли в семена, могли оказаться очень опасными. Но мы нашли средство сделать их совершенно безвредными.
Лицо Филдинга вытянулось. Чиун продолжал:
— Соль, — сказал он. — Обыкновенная соль. Ее хватает везде. Если ее добавить в почву вместе с вашими семенами, урожай поспевает не за несколько недель, а за несколько дней. И никаких вредных последствий. Не то что та бомба, в Японии. Взгляните сами.
Чиун опустил руку к Филдингу и раскрыл ладонь. На ней лежало одно-единственное зернышко. Другой рукой Чиун высыпал на него несколько белых кристалликов.
— Соль, — пояснил он.
Он сжал руку в кулак, потом снова раскрыл ладонь. Семя уже начало прорастать. Из его верхушки пробивался крошечный побег.
— На это требуется всего несколько мгновений, — сказал Чиун.
Он снова сжал руку. Когда он открыл ее через пару секунд, зеленый росток стал уже значительно больше. Он был уже с целый дюйм и заметно возвышался над зернышком.
— Весь мир славит ваше имя, — сказал Чиун. — Вы накормите всю землю до скончания веков. Благодаря вам в мире больше никогда не будет голодных.
Чиун низко склонился перед кроватью Филдинга и, не разгибаясь, попятился к двери, как бы удаляясь из королевских покоев.
Рот Филдинга мучительно искривился. Соль. Обыкновенная соль может заставить его метод работать эффективно. Благодаря ему люди-букашки станут всегда есть вволю. Он потерпел неудачу. Памятник, который он мечтал соорудить себе из миллионов трупов, рухнул. Если только он не...
Рекламному агентству Фелдмана, О'Коннора и покойного мистера Джордана не составило труда собрать репортеров в больничную палату к мистеру Филдингу, где в тот же вечер состоялась большая пресс-конференция. Ведь имя Филдинга прославилось на весь мир. Каждое его слово шло нарасхват и немедленно становилось достоянием огромной аудитории.
Чиун и Римо сидели в своем гостиничном номере, наблюдая по телевизору, как Джеймс Орайо Филдинг оповещал весь мир о том, что его проект является мистификацией.
— Это была просто шутка, — говорил он. — Только теперь я обнаружил, что она может оказаться очень опасной. Радиоактивные семена могут облучить букашек... гм, людей, которые войдут с ними в контакт. Я даю указание судам, перевозящим семена в другие страны, немедленно выбросить груз в море. Нужно оградить людей во всем мире от опасности.
Римо продолжал смотреть телевизор, затем повернулся к Чиуну.
— Дело сделано. Как тебе это удалось?
— Ш-ш-ш, — сказал Чиун. — Я слушаю новости.
После пресс-конференции ведущий сообщил, что первый отклик на заявление Филдинга уже получен, от правительства Индии. Хотя Индия не просила предоставить ей семена Филдинга, но вот радиоактивные отходы, полученные им, готова принять — разумеется, бесплатно. Чтобы исследовать их на предмет потенциального военного применения.
— Должно быть, это какая-то ловушка, — прокомментировал сообщение ведущий.
Когда передача новостей благополучно перешла в сводку погоды и спортивные сообщения, Римо снова спросил Чиуна:
— Как тебе это удалось?
— Я просто сумел его убедить. Я прибегнул к доводам разума.
— Это не ответ. — Римо встал и, мягко ступая, прошелся по комнате, все еще дожидаясь от Чиуна пояснений. Но их не последовало. Римо подошел к окну и выглянул наружу. Рука его легла на подоконник и коснулась какого-то предмета.
Он поднес его к глазам.
— Зачем ты проращиваешь зерно в ящике? — спросил он.
— Это тебе мой подарок. На память о бесконечной доброте мистера Филдинга. А он сам пусть пойдет на вечный корм букашкам.
Примечания
1
Перефразировка слов песни из «Серенады солнечной долины».
2
Love game (любовная игра) — гейм, выигранный с сухим счетом.
