Читаем без скачивания Армагеддон - Владимир Александрович Сухинин

и не стал прерывать радость Рохли. Теперь, чтобы обрести свободу, нужно было подойти к пропасти и принести жертву. Но Курама боялся, что Рохля может заартачиться. Он задумался, как лучше поступить, и, оглядевшись, подобрал камень. Спрятав его за спину, он подошел к Рохле.

– Смотри, брат! – воскликнул он, резко указывая рукой в сторону паутины. Рохля испуганно обернулся, и Курама с размаху опустил камень на его голову. Рохля беззвучно упал ему на руки, и кровь из разбитой головы пролилась на его руки и грудь. Курама отбросил камень и, подхватив Рохлю, закинул его себе на плечо.

Несмотря на свой маленький рост и худощавое телосложение, Рохля оказался тяжелым грузом для Курамы. Возможно, сказывались усталость и нервное напряжение. Немного постояв, чтобы привыкнуть к весу, Курама понес бесчувственного брата к пропасти.

Пройдя через туннель, он понял, что сильно устал, и сбросил Рохлю на землю. Сев рядом с ним, он стал отдыхать. Около себя, справа под руку, положил камень – на случай, если Рохля проснется, он решил успокоить его еще раз. Курама просидел около часа. Рохля не приходил в себя, его дыхание было шумным и прерывистым, но глаза были закрыты. Отдохнув, Курама снова поднял Рохлю и понес его дальше.

К пропасти он подошел спустя полчаса. Она была неширокой, но перепрыгнуть ее было невозможно. Курама напрягся и, подойдя к краю, положил брата на камни. Он дал себе передышку, чтобы собраться с силами. Все нужно было сделать в правильной последовательности: скинуть Рохлю и произнести фразу «Это жертва», но даже на это у него не осталось сил.

Он просидел еще, не считая времени, и наконец решился применить ритуал выхода из лабиринта. Подойдя к Рохле, он подвинул его к краю и выпрямился. Он перевел взгляд на другой край пропасти, пару раз вздохнул и неожиданно почувствовал, как его ухватили за ноги и с силой дернули. Он упал, и нижняя половина его тела повисла над пропастью. Он лежал на спине и махал ногами по воздуху, стараясь ухватиться за что-нибудь руками.

Зашевелился Рохля и стал спихивать его вниз. Кураме не за что было держаться, он уже почти весь повис над пропастью и, схватившись за Рохлю, постарался удержаться. Но они оба начали сползать вниз, и Курама, понимая, что сейчас упадет и всем его планам придет конец, отчаянно закричал:

– Нет, Рохля, нет! Держись…

Но последние слова он уже кричал, падая вниз. За ним полетел в пропасть Рохля. Оба отчаянно кричали, понимая, что разобьются о скалы. Но в полете они зависли в темноте, и их выбросило в темное помещение. Оба упали на голый камень, но даже не ушиблись.

Курама первый пришел в себя и толкнул ногой лежащего в прострации Рохлю:

– Все из-за тебя, урод, – прорычал он.

Рохля, завизжав, вцепился ему в шею руками. Он сжимал пальцы, стараясь задушить Кураму, а тот пытался отодрать его руки. Кураме не хватало дыхания, и он ослабел. Решившись, он ударил пальцами по глазам Рохли, и тот, вскрикнув, отдернул руки и прижал к глазам.

– Я ослеп! – закричал он и зарыдал.

Курама выбрался из-под брата, пошатываясь, встал и направился на свет красного огонька. Он знал, что это снова начало лабиринта. Обреченно вздохнув, он вышел из небольшой пещеры и обомлел. Перед ним расстилалась пустыня, полная мелких вулканов, из которых вырывался дым и периодически выскакивал огонь.

– Где это я? – прошептал он.

Глава 6

Высокие планы бытия

Ридас не был доволен своим положением вассала. Хотя он и избавился от главы ковена магов, отправив его в лабиринт, и шансы на его выход оттуда были невелики, но его уязвленные чувства не давали ему покоя. Он стал вассалом, почти слугой. Был унижен и оскорблен.

Он понимал, что рискнул и проиграл, хотя казалось, что его планы сработали: противник был заточен в темницу, из которой не было выхода, и власть над всем Инферно почти была в его руках. Он мысленно искал, где допустил ошибку, но не мог ее найти.

Тогда он воспринял все случившееся с ним как досадную случайность, которая лишь отсрочила его восхождение к власти. Сейчас он копил благодать, которую забирал с островов, и начал создавать тайный культ поклонения низвергнутой богине смерти. Внешне он внушал ковену магов идею разрушения этого культа, но тайно поддерживал его, перенаправив оба потока благодати на себя.

У него было время как бы для борьбы с культом смерти, и Рок не получал благодать с островов. Ридас был упорен и терпелив. В один из своих смотров земель он натолкнулся на покровителя пророков Авангура.

– Надо же, – удивился Ридас, – вылез из колодца. И как сумел? – Он проследил за ним и понял, что тот обходит своих пророков, а их было немало. Ридас сразу осознал, какое влияние имеет этот самостоятельный сын Творца, и решил сделать его своим союзником. Но неожиданно тот явился сам.

Гора Ридаса напоминала убогий холмик, скудно обустроенный, с одним небольшим домом. У Ридаса даже слуг не было – сказывалась его природная скупость. Он встречал гостя с выражением легкой неприязни. Не так он хотел устроить встречу, но и отказываться от разговора не стал.

Авангур появился неожиданно и попросил о встрече. На Ридаса смотрел мужчина средних лет и помахал рукой:

– Привет, Ридас, хочу с тобой поговорить. Пустишь?

Ридас недолго думал, он кивнул и открыл доступ покровителю пророков. Он решил не юлить с Авангуром.

– Садись, – указал он на лавку у стола. – Прости, угостить тебя нечем, я еще не набрался сил, сам видишь. – И обвел комнату руками.

– Вижу, – кивнул Авангур и присел напротив Ридаса. – Я, в общем-то, по делу. Хочу стать твоим союзником против Рока.

– Кого? – изумился Ридас.

– Рока, Ридас. Никогда не поверю, что ты смирился с участью вассала.

Ридас прожег гостя взглядом, но ответил сдержанно:

– Ну, это не самое плохое место. Ты тоже, кажется, вассал Худжгарха.

– Я и трое братьев стали товарищами Худжгарху, – сообщил Авангур. – Он проявил удивительное здравомыслие и предусмотрительность. Выделил место для нас у подножия своей горы, и мы безопасно строим свое служение, остальные не могут даже начать. Рок им все ломает с самого начала.

– Странное у вас товарищество, ни на чем не основанное, Авангур, – не поверил ему Ридас.

– Скажу откровенно – он дает защиту, мы делимся с ним знаниями. Он человек, а не сын Творца.

– Да, я видел его, молодой, энергичный юноша, он смог меня сильно удивить.

– Нас тоже, – кивнул Авангур.

Ридас некоторое время