распространялось без их ведома. Половине из них даже не выплатили весь обещанный гонорар.
Моника Эвенс была одной из первых женщин, откликнувшихся на ложное объявление GirlsDoPorn в 2013 году. Прошло всего два месяца после ее восемнадцатого дня рождения. Продюсеры обеспечили ей перелет в Калифорнию, где вынудили снимать несколько часов жесткого полового акта. Позже она рассказала изданию «Вайс»: «Мне было так больно. Я не хотела продолжать, но они сказали: “Нет, ты подписала контракт, осталось всего десять минут”… я была там на протяжении четырех или пяти часов. Это было пыткой. А потом они отвезли меня в аэропорт, и я полетела домой. Я плакала на протяжении всего перелета»[183]. Через месяц видео было везде. Его отправляли Монике в соцсетях, ее семье присылали кадры из видео, над ее младшей сестрой издевались. Моника отправила «Порнхабу» электронное письмо с просьбой удалить ее видео, но так и не получила ответа. Ей пришлось пройти курс лечения в психиатрической клинике.
Моника дала показания по коллективному иску двадцати двух потерпевших против GirlsDoPorn. В январе 2020 года истцам возместили 12 775 000 долларов ущерба. Кроме того, было заведено несколько уголовных дел по фактам сексуальной торговли и производства сексуальных изображений детей. Американские федеральные власти выдвинули обвинения нескольким работникам студии. Двое из них – порноактер Рубен Андре Гарсия и оператор Теодор Уилфред Гуи – признали вину и ждут приговора. Тем не менее сооснователь GirlsDoPorn Майкл Джеймс Пратт все еще на свободе[184].
Иск был подан в июне 2016 года, но канал GirlsDoPorn оставался на «Порнхабе» до октября 2019 года[185], пока не были заведены уголовные дела. В декабре 2020 года сорок женщин, которых коснулась деятельность GirlsDoPorn, подали еще один коллективный иск. Они заявили, что «Майндгик» мог знать о сексуальной торговле еще в 2009-м, и уж точно знал в 2016-м, но все равно продолжал сотрудничать с GirlsDoPorn[186]. В иске также предполагается, что даже в декабре 2020 года «Майндгик» все еще отказывался удалять некоторые видео, несмотря на просьбы потерпевших. Этот иск еще не рассмотрен[187].
«Майндгик» почти не скрывает своих злоупотреблений и все равно продолжает купаться в прибыли. Причина проста – люди продолжают смотреть. Иногда жестокость порноиндустрии намеренно выводится из поля зрения потребителя – например, когда актеру платят за то, чтобы он скрывал за стонами наслаждения свою жуткую боль. Но иногда издевательства очевидны. А иногда именно в них вся суть.
Формат типичных видео GirlsDoPorn не пытался скрыть принуждение. Он выстраивался на нем. Записи обычно проходили в отелях, с минимальной съемочной группой. Женщинам на камеру давали деньги и просили зачитать вслух фрагменты их (подложных) контрактов. Не было даже попыток создать впечатление энтузиазма – по замыслу, нерешительность прибавляла участницам сексуальности. И успех одиннадцати лет существования GirlsDoPorn показывает, что потребителям порно действительно очень понравился этот жанр: их видео на сайтах «Майндгик» собрали более миллиарда просмотров.
В любом случае порноиндустрия не производила бы контент, изображающий издевательства, если бы на него не было спроса. Видимо, в глубине человеческой сексуальности скрывается нечто темное – по большей части в мужчинах, но не только в них. Раньше это оставалось в отдельных головах и фантазиях, но сегодня с помощью порно транслируется на весь мир. Иными словами, индустрия находит это жестокое, потаенное зерно и выращивает из него нечто огромное.
Лимбический капитализм
В 2020 году опрос мужчин Западной Европы показал, что в среднем они смотрят около 70 минут порно в неделю. При этом 2 % из них смотрят не менее 7 часов[188]. Судя по всему, среднестатистический мужчина больше смотрит порно, чем моется[189].
Но не все мужчины смотрят порно, даже молодые. Опрос 2019 года, проведенный Би-би-си, показал, что 23 % британских мужчин в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет не смотрели порно в течение последнего месяца[190]. Просмотр порно распределен по популяции очень неравномерно. Он похож на распределение Парето, при котором небольшое количество людей ответственно за большую часть потребления. Именно эти потребители играют ключевую роль в процветании индустрии – но даже их она умудряется эксплуатировать.
Многие потребители порно испытывают внутренний конфликт. Доктор Фиона Вера-Грей, исследователь Даремского университета, изучала опыт потребления порно мужчинами и женщинами. Ей часто встречалась одна и та же эмоциональная реакция – всплеск возбуждения, который резко сменяется чувством стыда сразу же после оргазма. Как указывает Вера-Грей, многие потребители «испытывают этический конфликт из-за просмотра материала, в котором женщинам, понятное дело, дерьмово, но который, с другой стороны, служит источником возбуждения… они мастурбируют, а потом восклицают про себя “Боже мой!” и отталкивают компьютер»[191].
Сексуальное возбуждение подавляет реакцию отвращения[192] в силу незамысловатой биологии. С одной стороны, другие люди являются потенциальными носителями болезней. Но, чтобы размножаться, нам нужно вступать с ними в интимный контакт. Иными словами, сексуальная привлекательность незнакомца отключает естественное нежелание вступать с ним в близкий контакт. А еще эта реакция отвращения тесно связана с моральными интуициями[193]. Нам тяжело даются взвешенные моральные суждения, когда мы сексуально возбуждены.
Порносайты специально устроены так, чтобы как можно скорее вводить пользователей в состояние возбуждения. На иконках всегда изображены самые откровенные моменты видео, акты проникновения, и никогда – сидящие на кровати актеры. Ссылки на видео часто начинают проигрываться автоматически при наведении курсора или сразу при открытии сайта. На пользователя немедленно обрушивается целый поток визуальных (и иногда звуковых) сексуальных стимулов. Это базовое влечение, столь же глубокое, как голод и жажда, глухо к моральным доводам. Оно порождает невольную реакцию, и порноиндустрия научилась виртуозно этим пользоваться.
Подобные сайты – один из наиболее нелицеприятных примеров того, что профессор Дэвид Кортрайт назвал «лимбическим капитализмом». То есть «технологически продвинутой, но социально отсталой моделью ведения бизнеса, при которой глобальные индустрии, часто при поддержке правительств и преступных организаций, провоцируют избыточное потребление и зависимость. Для этого они используют процессы лимбической системы – части мозга, ответственной за эмоции»[194]. Именно из-за лимбического капитализма все самые успешные приложения раскрашены в цвета свежих фруктов и блестят, как чистая вода. Наши примитивные мозги все время отчаянно ищут стимулы, которые были привиты им эволюцией и давали преимущество нашим предкам. Именно к этим инстинктам научились подключаться поставщики лимбического капитализма.
Секс, показанный в порно, отличается от нормального секса, как «Макдональдс» отличается от нормальной еды. Обе эти формы капитализма берут наши естественные желания, извлекают оттуда наиболее патологические и затягивающие элементы, убирают все полезное, а потом призывают нас потреблять еще и еще. Оба
