но ничего не обещаю.
Она упорхнула, а я продолжил расковыривать вилкой объемистую паровую котлету. В любом случае стоило подумать и о ночлеге.
– Вам повезло, – голос официантки оторвал меня от размышлений. – Завтра утром туда поедет машина.
– Меня могут взять, – обрадовался я. – А во сколько и откуда? Я в долгу не останусь.
– Вот номер, шофера зовут Алексей, – она протянула мне визитную карточку. – Свяжитесь с ним, и все решите. Конечно, выйдет дороже автобуса, но быстрее.
– Спасибо. – сказал я, пряча карточку в карман.
Алексей оказался парнем лет двадцати, подвязавшимся на доставках по области. Стартовали мы рано, часов в пять. Он даже заехал за мной к хостелу, где меня приютили на ночь.
Фургончик марки ВИС, спереди восьмерка сзади пластиковый фургон, катилась довольно бодро. Хотя, судя по звуку мотора, он знавал и лучшие времена. Да и кто их не знавал. Я с интересом разглядывал проносящийся мимо пейзаж и искренне дивился качеству дороги, твердая четверка с минусом.
– У нас тут сам понимаешь с транспортом не просто. – пояснял Алексей, вертя баранку. – Плечи длинные, а заказы маленькие. Я вот по аптекам коробки возить пристроился.
– А не заругают, что ты пассажира взял, все же лекарства, то се.
– Забей, – отмахнулся он. – Тачка моя, да и в кузов ни ты не я не лезем. Там коробки с пломбами. Так что дыши ровно, воздуху у нас много.
Я стал дышать ровно, разглядывая проносящиеся за окном пейзажи.
– А у вас как в Москве?
– Живем, – задумчиво ответил я. – С транспортом получше, с воздухом похуже.
– А тебе, что в Афанасьево понадобилось? родственники?
– Да я вроде то же, как бы «на доставке», – усмехнулся я. – Далеко оттуда до Бора?
– Километров сорок, – присвистнул Алексей и прищурился, – Но я тебя туда не повезу, у меня график.
– Понятно, – согласился я, невольно прикидывая в уме как двигаться дальше.
В Афанасьево мы приехали к десяти утра. Алексей высадил меня на центральной площади, вернее на центральном перекрестке. В таких поселках мне доводилось бывать. Торговый центр, почта, сберкасса.
– Слушай, москвич, ты тут постой, а я попробую тебе помочь, – сказал Алексей, убирая в лопатник плату за проезд.
Через пару минут он вернулся в крепким детиной.
– Вот, – указал Алексей на спутника. – Это Коля, он через два часа в Бор едет.
– Иван, – представился я, протягивая руку, – Куда подойти?
– А никуда ходить не надо, – томным голосом ответил Коля, протягивая руку в ответ. – Вы вон, в Слоне, на терраске посидите. А как увидите красный ЗИЛок, подъехал, так и выходите. Я как загружусь, так на Бор и поедем.
Коля попрощался с Алексеем и пошел на свою погрузку.
– Спасибо, – от души поблагодарил я Алексея. – Здорово ты меня выручил.
– На здоровье, москвич, – ответил Алексей, хлопая меня по плечу, но увидев, что я полез в карман за кошельком отшатнулся– Эй, ты это чего? Ничего не надо. Бывай.
– Слушай, – крикнул я ему во след. – А что там за река?
– Кама, – бросил он в ответ и рассмеялся. – Если обратную машину не найдешь, можешь до самой Москвы по воде добраться, только на подходе к Волге поворот не проскочи.
Фургончик затрещал мотором и скрылся и проулке. Я остался ждать Колю.
Колин ЗИЛок прикатил немного раньше обещанного, и мы тронулись в сторону Бора. По дороге мы болтали о том и о сем, в гулкой кабине старенького ЗИЛа было как-то небывало легко
– Но вот до скита вам придется добираться пешком, – участливо и словно виновато пояснял Коля, не отрываясь от дороги. – Пути туда нет. Матушки затвором живут.
– Не уж то совсем пути нет? – усомнился я.
– Только пешком. Там тропа нахоженная не заплутаете. – продолжил здоровяк. – Они бывает, что в магазин выходят. Но это совсем редко, когда автолавка приезжает. Спички там соль, да мало ли что. А еще к ним иногда батюшка приезжает, в большие праздники по духовным делам. Серьезный такой, на «тойоте». А все равно до скита пешком, шесть километров, это уж как заведено.
Поселок оказался не маленький. Дорогу к скиту мне указал Коля и не только указал, но и подвез меня к самому началу тропы. От дороги было перекинуто несколько бревен через канаву, а дальше шла тропа в полметра шириной. К начала стоял тесаный столб с прибитой иконкой.
Я помахал Коле он выпустил в ответ облако сизого выхлопа. Назад он ехал только завтра, и обещал меня захватить. Я посмотрел на часы и порадовался, что день еще долгий и пошел по тропе.
Удивительно, что, проехав такое немалое расстояние, я не разу не задумался о том, почему я вообще все это делаю. Допустим, сначала у меня было невменяемое состояние. Хотя какое может быть невменяемое состояние. Я вполне мог отказаться, но, почему-то, не отказался.
Может сработала скрытая жажда приключений. А, что за приключения со мной произошло? Я же не в Гималаи пошел. Так пойди туда не знаю куда. И главное, ведь все идет как идет, и нигде я не осекся. Не преткнулся о камень. Добрался до этой тропы. И все равно, если меня спросят, зачем я в это ввязался, я точно ничего вразумительного не смогу сказать в свое оправдание.
И что интересно я даже ни на минуту не сомневаюсь, что совершенно благополучно вернусь обратно в Москву. В таком странном состоянии я и добрался до другого конца тропы.
Не знаю, как вы представляете себе скит, лично мне представлялся некий форт из Стивенсоновкого острова сокровищ, частокол и все, что к нему прилагается. Но ничего такого не было.
Здесь же была большая, хотя и порядком осевшая изба, с куполком-луковкой на коньке, длинный сарай, какие-то навесы. Обычное большое крестьянское хозяйство. Вместо забора перекрещенные прутья. У тропы был столб наподобие того, что стоял в начале, но кроме иконы на нем был еще колокольчик, на манер корабельной рынды. Я позвонил.
Из сарая вышла женщина во всем черном, отряхнула с себя солому и направилась в мою сторону. Вот тут я растерялся, потому что не знал, что я собственно должен ей сказать. Не стоять же мне столбом с протянутой рукой с зажатым в ней письмом.
– Здравствуйте. – тихо спросила монахиня, подойдя ко мне почти вплотную. – Вам нужен кто-то из сестер, придется подождать.
– Видите ли, – несколько замявшись начал я. – Я тут по поручению своей соседки.
Я искренне надеялся, что она начнет задавать наводящие вопросы, но она молчала.
– Понимаете, я из Москвы, – снова заговорил я, стараясь говорить по существу. – Я привез письмо, для сестры Ольги.
